Думать лучше мозгом

– Ангелина, мы с тобой уже почти целый год, тебе пора уже сделать над собой какое-то усилие, ты еще молодая, тебе нужно жить дальше!

– Я пытаюсь, пытаюсь… – тихо произнесла Ангелина и слезы снова потекли из ее глаз.

– Я назначаю тебе групповую терапию, возможно, общение с другими людьми поможет тебе выйти из твоего состояния.

Несколько сеансов Ангелина сильно нервничала в незнакомой группе людей, но, уже через какое-то время, она раскрепостилась и стала активно делиться своими мыслями и своими проблемами.

Именно на этих странных встречах она и познакомилась с Оксаной. Эта девушка была довольно экстраординарной личностью. Ангелине показалось, что ее новая подруга была настоящей феминисткой, ее довольно жесткие реплики, которые она вставляла во время рассказов других участников, относительно насилия со стороны мужчин, иногда шокировали.

Девушки стали чаще общаться и, уже через пару недель, стали лучшими подругами. Оксана быстро и, без необходимых навыков психологии, стала вправлять мозги своей подруге, да так ловко, что любой психотерапевт мог бы только позавидовать.

Каждый день они общались и обсуждали разные ситуации, происходящие в жизни Ангелины. Оксана была всегда внимательной и с большим участием выслушивала подругу. С ней было легко и просто, словно они были знакомы – сто лет.

Они уединялись в общей комнате, сидя на диване и часами болтали, не замечая никого вокруг. Врач заметил значительное улучшение в состоянии Ангелины и поощрял ее общение с другими больными.

Оксана очень многому научила запутавшуюся подругу, причем, ее обучение было порой грубым и обличающим, но Ангелине нужна была эта встряска.

– Открой глаза, девочка! Але! Какая любовь, проснись! Ты ему нафиг не сперлась! – Оксана смотрела на нее таким взглядом, словно говорит с полной идиоткой.

– Но я не могу себя контролировать, когда вижу его… я боюсь, что если я еще раз увижу его глаза, то снова побегу за ним и позволю ему снова истязать меня… – жаловалась Ангелина, – Я не доверяю самой себе! Он может крутить мной, как хочет!

– Это потому, что ты думаешь не тем местом! Проснись! Ты же женщина! Ты человек! Ты не должна позволять втаптывать свое человеческое достоинство в грязь! Уважай себя! – Оксана всегда умела донести так, что было все предельно понятно.

Ангелина смотрела на нее и улыбалась, как же ей было хорошо рядом с такой уверенной в себе подругой.

Оксану привезли сюда после попытки суицида, когда у нее погибла семья в автокатастрофе, но она держалась молодцом, быстро шла на поправку. Ангелина восхищалась ее смелостью, самоуважением и самолюбием. Эта женщина не дала бы себя в обиду. Иногда Ангелина представляла себя на месте Оксаны и думала, как бы она поступила бы в той или иной ситуации.

– Что бы ты сделала, если бы попала в такую ситуацию, когда ты связана по рукам и ногам и тебя избивают и насилуют? – неожиданно спросила она как-то раз Оксану.

– Ну я бы не допустила этой ситуации, прежде всего, но… если бы такое случилось, я бы потом постаралась жестоко наказать обидчиков, чтобы не повадно было.

– Ты бы отомстила любимому человеку?

– А любящий человек смог бы причинять боль тому, кто ему дорог?

– Не знаю…

– Ты такая наивная, тобой нагло пользовались, вытирали ноги, а ты все терпела и ради чего? Посмотри, где ты находишься! До чего ты себя довела! Подумай об этом!

Ангелине было больно слышать от подруги обвинения, что она сама во всем виновата. Она старалась не думать об этом, чтобы не травмировать психику, а Оксана, как нарочно, постоянно ей это твердила и убеждала, что женщина рождена для любви, а не для боли.

– То, что твой Вячеслав, прости меня, грешную, с тобой вытворял: это настоящий садизм, это даже не БДСМ. Ты вообще знаешь, что такое БДСМ?

– Ну так… немного… – запнулась Ангелина.

– Там есть определенные правила, есть стоп слова, есть желание обоих участников, а если ты не получаешь удовольствия, когда тебя бьют, так какой в этом смысл? Тебе-то это все зачем?

– Я просто хотела, чтобы он любил меня… – тихо произнесла Ангелина.

– Зачем тебе это? На нем свет клином сошелся? Нашла какого-то извращенца с красивыми глазками и отключила мозг? Включай его! – Оксана щелкнула пальцем перед ее ухом, – пора думать головой! В мире столько нормальных мужиков, а ты вцепилась в какого-то больного придурка!

– Я уже насмотрелась на “нормальных” мужиков… – съязвила Ангелина, всем нужно только одно, все пытались только использовать меня, Вячеслав единственный кто был ко мне, хоть иногда, нежным…

– О, боги! Опять ты завела эту пластинку! Задай себе вопрос: зачем ты ему нужна? А потом спроси себя, зачем тебе такой мужчина? Хватит уже унижать себя, расправь крылья! Ты настоящая женщина, красивая, перспективная! Ты встретишь еще своего настоящего принца, обещаю! – Оксана улыбнулась и Ангелине показалось снова, что она знает ее, уже много лет.

Состояние психического здоровья Ангелины улучшалось с каждым днем и врач обещал начинать готовить ее к выписке, если она начнет хорошо питаться и перестанет плакать.

С тех пор, как Оксана стала опекать ее, Ангелина почти не плакала. Она уже смирилась с тем, что пережила, смирилась с тем, что она была такой наивной дурой, она уже была готова двигаться дальше, но что ее ждало в этом мире? Выйти отсюда, означало снова прийти к дом к Вячеславу и Майе, снова посмотреть в его глаза. А если она не выдержит?

– Меня выписывают, – заявила однажды Оксана, перевернув этой фразой все в душе, привязавшейся к ней, Ангелине.

– Как выписывают? Ты же здесь совсем недолго лежала!

– Не всем нужно тут годами лечиться, – засмеялась подруга, – у меня было временное помутнение, сейчас я пришла в себя.

– Мне будет не хватать тебя, – в голосе Ангелины чувствовались плаксивые нотки.

– Хочешь, я буду навещать тебя?

– Хочу, – радостно улыбнулась Ангелина.

– Тогда заметано! Буду приезжать к тебе почаще, пока ты не захочешь отсюда выбраться!

Целый месяц Ангелина читала, привезенную Оксаной, литературу по психологии и правильным взаимоотношениям. За то время, пока она была без подруги, она многое переосмыслила, посмотрела на свою жизнь, с другой стороны.

“Действительно, что я в нем нашла? Какой-то красивый богатей с определенным набором манер, он же привлек меня, чисто, своей оболочкой, и держал, все это время, в рабстве, грамотно трахая мой мозг и мое тело, как же я раньше, всего этого, не видела… или не хотела видеть?”

Для полного выздоровления ей оставался всего один шаг: это попрощаться с Вячеславом и Майей и начать новую жизнь.

Оксана, всячески, поддерживала ее, зачастую приезжая к ней со своими подругами, устраивая настоящий вечер встреч.

– По поводу жилья, не парься, можешь пожить у меня первое время, пока не встанешь на ноги! Мне будет приятно, – Оксана тоже привязалась к этой странной несуразной девушке, которая была, как и она, одинока в этом мире.

Вячеслав продолжал приходить, время от времени, но Ангелина наотрез отказывалась подходить к нему. Просила передать медсестрам, что не хочет его видеть. С Майей она, пару раз, все-таки встретилась, но каждая встреча была, для нее, довольно болезненной, она все еще любила эту нежную девочку и очень сильно скучала по ней. На ребенка она, всего лишь раз, посмотрела: девочка была вылитой копией Вячеслава. У Ангелины сразу же возникла неприязнь к этому созданию, словно она была виновата во всех ее бедах.

В день выписки Оксана приехала забирать Ангелину, заказав такси и устроив настоящий пир. Ангелине было приятно, что она нашла настоящую подругу, которая не требует от нее ничего взамен, которая просто искренне помогает ей и ценит их дружбу.

– Хочешь, я сама схожу за твоими вещами к нему и заберу?

– Нет, я думаю, я должна сама с этим покончить, но я буду тебе очень благодарна, если ты будешь рядом для подстраховки. Я могу не выдержать психологического давления с их стороны.

Увидев приехавшую за ней подругу, Ангелина заплакала. Оксана не пыталась ее утешить, только осторожно взяла за руку и повела к машине. По дороге домой, она обрисовала картину новой жизни, которая Ангелине казалась, несбыточной мечтой.

Она так долго жила в таких “необычных” условиях, что уже не доверяла судьбе. Но Оксана говорила с каким-то безумным чувством уверенности, уверенности в том, что так будет. В этом было что-то волшебное, что-то вызывающее чувство спокойствие.