Глава 4

– Девочки, вы все молодцы, – говорит Надежда Алексеевна. – После окончания концерта вас приглашают на торжественный ужин в резиденцию господина Аль-Хадида. Замираю, услышав знакомую фамилию. Сердце гулко колотится в горле. Девочки радуются. А я стою соляным столбом, воскрешая в памяти холодный взгляд тёмно-серых глаз. Неужели я смогу поговорить с ним ещё раз? Да нет, о чем нам разговаривать? Нас везут в отель, в котором мы остановились, и дают час на сборы. Солнце садится за горизонт. Пальмы в оранжевом закате выглядят вычурно. Да здесь всё выглядит не так, как мы привыкли! Словно другой мир, другие мужчины, другие правила. – Им нельзя сидеть за одним столом с женщинами, – делится скудными знаниями об этом мире Оксана. – Скорее всего, мы будем в отдельном зале. – Наверное, – пожимаю плечами и достаю из чемодана своё лучшее чёрное платье с открытым плечами. Сверху я надену накидку, чтобы не задевать местные нравы. Добавляю к образу полупрозрачные чёрные перчатки. Я такие видела у нескольких арабских женщин. Густые волосы оставляю распущенными по плечам. Нам сказали, что мы имеем право прийти на ивент в том, в чем привыкли ходить в своей стране. То есть – с непокрытой головой. – Алинка, ты такая красивая! – говорит Окси. – И ты тоже! – оглядываю подругу. Восточный вечерний макияж со стрелками мы не стали смывать. Красиво очень. – А вдруг нам повезёт? – мечтательно закатывает глаза. – В чем? – В любви! Вдруг в нас влюбятся шейхи и заберут в свои дворцы… – Боже упаси, Окси! Я домой хочу. Меня, если честно, пугают местные мужчины. Не знаешь, чего от них ожидать. – Очень даже знаешь, – хитро сощуривается Оксана. – Но никто, конечно, не знает, что происходит в их роскошных дворцах. Мне кажется, что там не соскучишься. – Даже гадать не хочу – что! – А тебе понравился господин Аль-Хадид? Он такой молодой. Мужик просто высший сорт. В нем чувствуется порода. Я бы такому, не задумываясь, отдалась. – Перестань, – швыряю в размечтавшуюся подругу заколку. Мне почему-то ревниво представлять Амира аль-Хадида с Оксаной в постели. – А что, ты бы сопротивлялась такому красавцу? – Конечно! – Ага. Рассказывай больше. Я же вижу твою реакцию на его имя. – Ну и какая у меня реакция?! – Ты краснеешь лицом! – Не дразни меня. Ты же знаешь, что я думаю о мужчинах. Меня интересует только спорт, и моя высшая цель – принять участие в Олимпийских играх и взять золото. – Забудь про игры. Тоже мне высшая цель, – фыркает Окси. – А быть одной из ста наложниц шейха тоже мне высшая цель! – передразниваю ее. – Жемчужиной гарема, – поднимает кверху палец с важным видом. – Ага, – отвечаю скептически. И вот мы снова садимся в комфортабельный автобус и едем по широким улицам богатейшего города. Видно, что здешний эмир не поскупился на ночное освещение. Повсюду включены отливающие золотым светом фонари и ярко горят подсветки на высотках. Светло, как днем. Вряд ли шейх пригласил нас к себе домой. Речь шла о резиденции, коих у него может быть немерено по всем Эмиратам. Единственное, что меня смущает – это то, что тренера с нами нет. Надежда Алексеевна сказала, что у неё есть свои дела, и чтобы мы ничего не боялись. Уважаемые спонсоры не позволят себе ничего лишнего. Хотелось бы в это верить! Микроавтобус проезжает через арку и останавливается возле белоснежного здания с колоннами. На крыше развевается флаг страны. Работает музыкальный фонтан, но возле него нет ни одного человека. Все находятся внутри. Мужчина и женщина гиды провожают нас в огромный зал. Здесь нет столов, как мы представляли, еда лежит прямо на полу – на белых коврах. Какое изобилие! Здесь и горы жёлтого плова, и баранина на гриле. Море уже знакомых нам сладостей и безалкогольное питьё. А я на диете. Или плевать? Один раз живём. Здесь такие запахи, что невозможно уйти с пустым желудком. Садимся на мягкие подушки с кисточками возле импровизированного стола и осторожно пробуем еду. Хорошо, что тренер не видит, с каким аппетитом мы обгладываем бараньи рёбрышки. Вот бы крика было… – Мм, вкусно-то как! – закатывает глаза Оксана. – Ещё бы бокал холодного шампанского и интересную компанию, – добавляет Лина. – А я в отель, спать, – признаюсь я, и все смотрят на меня как на сумасшедшую. – Алиева, ты каждый день бываешь во дворце шейха? – закатывает глаза Лина. – Ну нет, и что? Неожиданно в помещение заплывают настоящие танцовщицы и извиваются в танце живота под негромкую инструментальную музыку. Вот это гостеприимство по-восточному! Сначала мы перед ними кувыркались, теперь они развлекательную шоу-программу для нас устроили. Это мило с их стороны, пригласить в гости и игнорировать. Сидят где-нибудь в соседнем зале, покуривают кальян и… наблюдают за происходящим? Есть ли тут камеры? Поднимаю глаза и насчитываю целых пять камер. Пять! Они видели, как мы ели, во всех ракурсах. Хоть бы тренеру запись не показали, иначе нам крышка. – Какой клёвый вечер! Но без мужиков скучно всё равно, – хихикает Окси. А девушки всё танцуют и танцуют для нас без устали. И хотя они прекрасно справляются со своей задачей, смотреть на них надоело. Глаза сами ищут запретного – мужчин. Права Окси, некуда взгляд кинуть, всё уже рассмотрели в деталях. И каждую монетку на костюмах танцующих дам пересчитали. После ночного обжорства мне захотелось выйти на воздух, и я спросила гида, можно ли посидеть на скамейке возле фонтана? Женщина в хиджабе вызвалась меня проводить. Наконец-то мне пригодилось знание английского языка. На улице значительно посвежело. Жара спала, и поднялся лёгкий ветерок. Сажусь на скамейку и глазею по сторонам. Гид пообещала прийти за мной через десять минут. Вдруг массивные ворота открываются, и во двор въезжает роскошная белая машина. Из салона вылезает… Господи… Он… Амир аль-Хадид. Он одет в национальную одежду: во всём белом, как днём, только добавилась накидка с золотым тиснением. Нарядный до невозможности, словно король. Мне хочется сбежать, но господин Аль-Хадид приковывает меня к лавочке взглядом. Он будто не ожидал меня здесь увидеть, но быстро справился с эмоциями. – Почему ты здесь, цветок? – спрашивает он строго. – Я вышла подышать свежим воздухом, – отвечаю не своим голосом. Да что со мной такое? Куда подевалась моя сонливость? И почему он назвал меня цветком? У них что, так принято обращаться к девушкам? – Хочешь немного прогуляться вместе со мной? Сильная рука со стильными дорогущими часами указывает на тропинку, вымощенную между фруктовыми деревьями. Нервно поправляю волосы и встаю со скамьи. И он принимает мои действия за согласие и неспешно идёт вперёд. А я почему-то иду следом… Едва мы завернули за угол, где уже не такое яркое освещение, как господин Аль-Хадид повернулся ко мне и провёл двумя пальцами по моей щеке. Он ничего не говорил, просто смотрел в глаза и трогал моё лицо. От неожиданности я тоже проглотила язык. – Красивый цветок, – говорит он изменившимся голосом. – Назови свою цену.