Глава 20

– Расскажи мне, как ты это делаешь, – спросила я, указывая ложкой на сидящую рядом бабочку. Та сейчас походила на искусственный светильник, если бы её крылышки не трепетали на гуляющем сквозняке. – На самом деле, всё очень просто, – заверил меня Лортан, справляясь с очередной ложкой порции мясного рагу. – Попробуй закрыть глаза, и представить тот образ, который ты хочешь придать своему “лучу” – И всё? – удивилась я. – Но ведь ты ни разу не закрывал глаза, я видела. – Ты следила за моими глазами? – очередь удивляться перешла к Лортану. – Вот странно! Я немного смутилась, так как просто не нашла, что на это ответить. Всё-таки, иногда полумрак – это даже не плохо. – Хочешь, я его стукну за такие сомнительные намёки? – охотно вклинился Талеон, занося руку над головой Лортана. – Нет! – выпалила я, и перевела взгляд на адепта. – Не важно, но звучит слишком уж просто. Талеон отвёл руку и, предугадывая мой гнев, исчез. – Это не всё, – заметил Лортан. – Представить действительно не сложно. Сложнее оживить этот образ своим внутренним взором, подпитывая его магической энергией. Именно поэтому я рекомендую тебе закрывать глаза. Хотя бы первое время. – Хорошо, я попробую, – отозвалась я. – Спасибо тебе! Когда с обедом было покончено, мы вышли из столовой и направились в сторону комнат отдыха. Сегодня занятий больше не намечалось, а потому мы никуда не торопились. Вернее сказать, не торопился Лортан. Он пытался увлечь меня разговором о невероятном устройстве их библиотеки, и мне было бы интересно узнать больше, но… Дело в том, что последние полчаса все мои мысли были направлены лишь в одну зону академии. И это была далеко не библиотека. – Я кое-что забыла, – словно бы вспомнив что-то, прервала я рассказ Лортана. – Мне нужно идти. – Если я не ошибаюсь, – нахмурился тот, – то твоя комната, что предоставил тебе ректор, за следующим поворотом. – Верно, – согласилась я и тут же перевела тему. – Что у нас завтра? – Две скучнейших лекции, – ответил он. – И, если профессор по Противодействиям явится в академию с конференции – то ещё одна, не такая скучная, но сложная. – Отлично, – проговорила я, хотя это мне было совершенно безразлично. – Тогда – до завтра? – До завтра, – кивнул он, и бабочка перелетела с одного его плеча на другое. Я развернулась, и направилась обратно. Сердцем я уже ощущала нависающую надо мною беду, но поделать ничего не могла. Я не хотела в это верить, я надеялась, что это лишь дурные предчувствия, которым не дано сбыться. – Эй, Лили! – окликнул меня Лортан. – Да? – обернулась я, и отметила, что он ещё не сделал и шагу. – Будь осторожна, – попросил он. – И держись подальше от ректора. – Разумеется! – соврала я, и мои гулкие быстрые шаги эхом зазвучали по почти опустевшему коридору. – Он смотрит тебе в след, и качает головой, Лили, – объявил мне Талеон. – Значит, в чём-то тебя подозревает. А это очень странно, что посторонний нам человек знает больше, чем знаю я. – Ничего он не знает! – отмахнулась я. – А ты отстань от меня. – Куда это ты направляешься? – рогатая голова Талеона плыла рядом и оглядывала мрачные стены, скудно освещённые свечами, и, разумеется, даже и не думала исчезать. – Если меня не подводит память, то этот коридор ведёт к дверям ректора. – Тебя не подводит память! – съязвила я, заворачивая за угол. – А тебя подводит! – процедил фамильяр. – Ты что, собираешься нанести дружественный визит этому грубияну? – Не совсем, – оглядевшись, ответила я. – Тихо ты. Я чуть не оглохла от твоих воплей. – Ты прекрасно знаешь, Лили, – сдержанно проговорил фамильяр, – что я готов умереть за тебя в любую минуту, потому что обязан защищать тебя. Но я не готов мириться с беспечностью, из-за которой мне предстоит отдать за тебя жизнь! А потому, я требую от тебя объяснений! Что ты задумала? – Да тихо ты, – оборвала я Талеона, едва дверь ректора показалась на горизонте. – Ничего я не задумала. Просто мне нужно кое-что уточнить у него, вот и всё. – Что именно? – допытывался фамильяр. – Есть ли вообще хоть что-нибудь, из-за чего тебе стоит ещё встречаться с этим типом. Что-то кроме твоего возвращения? Я не ответила. Как я могу сказать ему правду, если я и сама в неё не очень-то верю? Я приложила ухо к двери и прислушалась. Внутри было тихо, или, по крайней мере, так казалось. Мой осторожный стук в дверь не дал никаких результатов, а потому, без особой надежды, я дёрнула на себя ручку двери, и вдруг сердце моё воспрянуло, потому что всё складывалось именно так, как я хотела. Дверь оказалась не заперта.