Глава 45

Давид. – Василиса, как дела? За окном хмуро. Небо оплакивает мою последнюю надежду стать отцом… Листок с результатами анализов подрагивает в руке, перед глазами мелькает черно-белая, безликая картинка. Рабочие спешно накрывают контейнеры со стройматериалами брезентом, а я звоню Ваське, набравшись смелости… Мне понадобилась неделя… Одному Богу известно, как тяжело мне далось это… Унижение – вот, что я испытывал, видя сочувственные взгляды врачей… Одно лишь, сплошное унижение… А еще неполноценность… Почему так, а? Высокий, здоровый ведь бугай… – Все в порядке, Давид Русланович. Вы довольны квартирой? Или есть замечания? А, может, у вас… – Где Алина, Вась? – А почему бы вам не позвонить ей самому? – Я в черном списке. Да и не скажет она… – Дома у нее были? – Я не знаю, где теперь ее дом, – нервно сглатываю, не отрывая взгляда от серой будки КПП на въезде. Надо ее покрасить, что ли? Толик приедет, поручу ему. – Я не уверена, что могу сказать вам о ее местоположении. Она ведь может… Она… – Не обижу я ее. Вась, я прошу тебя… Она же квартиру сняла? – Она у дедушки Тихона, в Иркутской области. – Мне нужен адрес. Вась, я не причиню ей боли… Но не говори, что проболталась. Не хочу, чтобы Алина сбежала или предприняла другие меры. Нам поговорить нужно. – Черт… Галеев, ты меня без ножа режешь. Ладно… Если с ней что-нибудь по твоей милости случится, я собственноручно тебя прибью. Пришлю в сообщении, ладно? – Спасибо тебе большое. Огромное спасибо. Отрываю взгляд от окна и возвращаю листок в папку с анализами… Их скопилось достаточно. Я обещал Лие, что отвезу ее в отпуск. Вот и представился случай… Завтра прилетает Анатолий. Он дистанционно связался с Васей, они подобрали несколько квартир для аренды… Я не лезу в это, наблюдаю… Толик только что расстался с девушкой, на ком собирался жениться… Он несчастен, зол на всех мир и наполнен дурной энергией… А работа – один из наиболее экологичных и безопасных способов выпустить ее… Отпускаю Евгению Борисовну и возвращаюсь к работе. Нужно кое-что закончить, а еще… Позвонить Юрскому и узнать, как продвигается наш с Ольгой бракоразводный процесс. Отец поговорил со мной один раз… Угрожал, орал, требовал одуматься. После мы не общались… Он укатил с очередной шлюхой в теплые края. А мама… Мне больно говорить с ней. Знать, что она чувствует, живя с таким чудовищем, как Руслан Галеев…Умножать ее боль, добавляя ей своих проблем, я не хочу. Поэтому, для нее я – хороший, добрый и счастливый мальчик… У меня всегда все хорошо. Всегда… Что бы ни случилось. – Олег Максимович, добрый вечер. Есть новости? – Ольга ничего не подписала, но ответного иска не прислала. Пока ее адвокат ходатайствует о переносе заседаний. То она болеет, то адвокат не может… – Понятно… Думаю, все это продлится год… Если не больше. Я рад, что Филатов меня не убил. И никого не прислал, чтобы вразумить. – И это пугает, Давид. Будь осторожен. Уезжай, если есть такая возможность. Хотя бы на время. Запираю кабинет и прощаюсь с охранником. Раньше я бы вызвал шлюху и трахал ее до утра… Доказывал себе, что я мужик. Обратное в мою голову вбила Ольга… После того, как стало известно, что я не могу стать отцом, она методично уничтожала мою уверенность в себе и собственной мужественности. Сначала я пытался доказать ей обратное, а потом перестал обращать внимание… Не прикасался, смиряясь со статусом загнанного в клетку зверя… Плюхаюсь за руль, включаю дворники и настраиваю радио… Ловлю волну, заслышав песню, что мы пели с Алиной в «Кустурице»… «А любовь, как со-он! А любовь, как сон… Стороной прошла». Почему с ней мне ничего не нужно доказывать? Я ощущаю себя сильным рядом с ней. Мужиком. Тем, кто может принять решение… Кому не нужно требовать уважения, заслуживать его… Мне с ней хорошо… Было. Пока она не трахнулась с мужем и не залетела. – Олег Максимович, а посмотри на сайте суда кое-какую инфу по делу Евсеевых. Адвокат Марков. Вроде бы Алина ездила к нему в Москву и… – решаюсь позвонить Юрскому, сворачивая на проспект Красных Партизанов. – Повиси. Щас гляну. Не отключайся. Я как раз возле компа. Вижу, да… Заседание открытое, дело супругов Евсеевых. Все в силе, процесс идет. Заседание будет в следующем месяце. – Спасибо. Доброй ночи. Значит, Аля разводится с отцом своего ребенка? С тем, кого она купила в прямом смысле этого слова? И никакая беременность этому не помеха. Евсеев не лез ко мне все это время… И сейчас делает вид, что все в порядке. Корчит из себя счастливого отца семейства… На прошлой неделе я встретил его в сквере возле здания заксобрания, он рассказывал, какой "Алиночка сварганила вкусный ужин". Хвастался ее кулинарными способностями, а потом плавно съехал к обсуждению ее умений в постели… Я лишь отмахнулся, понимая, что его слова – гребаная ложь… Ее уже тогда не было в городе. А он целенаправленно врал, прощупывая почву… – Лия, сестренка, ты хочешь увидеть Байкал? – звоню сестренке, толкая дверь подъезда. – Ого… Дава, ты серьезно? – визжит она в динамик. Вожусь с дверным замком, вхожу в пустую квартиру, бросая ключи от тачки на тумбочку. Тишина, пустота… Пахнет краской и новой мебелью. Будто и не живет здесь никто… – Серьезно. Завтра прилетает Анатолий Карпов. Он заменит меня на время отпуска. Мама в порядке? – Да. В полном… Про папу даже не спрашивает. Я ей советую развестись с ним. Не могу больше видеть, как он… Он… – Разберемся с этим. Я приеду домой и поговорю с ней, обещаю. Тогда я возьму билеты. – Обожаю тебя, братик.