Глава 10

Я посмотрела с презрением через плечо на Эли. Даниэлем это не осталось незамеченным. Теперь мои глаза смотрели только на него. А его-на меня. Он бросал мне вызов, а я принимала. Внутри торжествовало предвкушение приближающегося превосходства. Я знала, что сейчас будет. Мужчины предсказуемы и примитивны, кто бы что ни говорил. Это и только это позволяет женщинам выживать в их суровом мире.

Закрыла глаза, отрешаясь от действительности. Здесь и сейчас не будет существовать никого кроме меня. Так я видела это со стороны. Встала в центре зала, улавливая ритмы только что сменившейся музыки. Они поставили что-то чувственное- и в то же время танцевальное. Грудное, густое, с элементами восточного шика и в то же время современное. Наверное, кто-то из популярных ливанских ди джеев. Музыка здесь всегда была отменной. Ливанцы умели так же хорошо веселиться, как и убивать.

Я отменно танцевала. Не потому, что занималась танцами с детства и вечно представляла себя перед зеркалом всемирно известной актрисой, певицей или танцовщицей… Как раз с точки зрения профессионального потенциала я была посредственна. Но чувство ритма, равно как и умение владеть своим телом делали меня уверенной на танцполе. А это — главное. Иногда даже одно нелепое движение руки может смазать впечатление от самого филигранного исполнения. А еще я свято следовала одному неизменному правилу, делающему меня «лучшей из плохих». Хорошая эскортница должна уметь делать хорошо все! Абсолютно все! Многим кажется, что это легкий путь. Всего то и нужно- перешагнуть через собственную гордость и ложиться под мужиков. Примитивно и глупо. Проститутки, возможно, так и делают. Но проститутки получают плату только за свое тело, их доход ограничен. Эскортница в правильном понимании- это, если хотите, инвестиции в себя, которые приносят щедрые дивиденды не разово, а перманентно. Веками именно эта каста женщин только и развивалась среди представительниц слабого пола. Пока добропорядочные матроны рожали детей и сносили побои и измены мужей, заключенные за решетки своих унылых домов, куртизанки и гетеры сверкали роскошью и красотой, купались в восхищении, вкладывали в искусство и свои мозги.

Мои руки взметнулись вверх и начали двигаться в такт ритму. Бедра пустились в свой плавный танец. Почувствовала, как в глубине живота рождается первобытное чувство инстинкта соблазнения. В мире животных самцы танцуют перед самками, чтобы привлечь к себе партнершу. В мире людей все иначе- мужчины веками делали все, чтобы загнать нас под себя, сломить заложенный самой природой доминант матриархата. Теперь это нам, женщинам, приходится танцевать перед ними. Вот только в светящейся в их глазах похоти и алчности до женского тела и внимания и скрывается то самое женское превосходство. Когда мужчина вожделеет тебя, он твой раб. Даже если ты стоишь перед ним на коленях вся в цепях. Ход за тобой. И то, как ты пойдешь, и определит дальнейший исход вашего противостояния, определит, кем будешь ты.

Я двигалась, все сильнее вживаясь в музыку. Глумливо-похотливые смешки прекратились. Я знала, что теперь они все, присутствующие, смотрят на меня не с забавой и превосходством. Они удивлены, взбудоражены, заинтригованы.

Распахнула глаза. Ожидаемо наткнулась на Его острый взгляд. Никогда не видела, как холодная ртуть его черных глаз загорается жарким огнем. Словно бы лед загорается. Продолжаю плавно двигать своим телом, зная, как завожу мужчин вокруг все сильнее. Преднамеренно медленно окидываю их томно-насмешливым взглядом. Девочкам, завистливо притаившимся в тени моего яркого представления, при всем их мастерстве со мной не сравниться. Почему? Все просто. Не потому, что я танцую лучше. Мы все уже поняли, что это совсем не так. Не потому, что я красивее… Они моложе меня и явно не уступают в физических данных. Дело в уверенности. Я знаю себе цену. Я знаю, как заставить себя желать. Я знаю, как заинтересовать. Именно потому, что в первую очередь интересую сама себя. Мой главный фанат- я сама. Вот таким должен быть девиз каждой из нас.

Я запрыгиваю на один из диванов-лежаков, где разлегся ближе всего ко мне распложенный мужик. Делаю прямо над ним несколько пируэтов, расставив ноги по обе стороны от его коленок, но пока он не успел меня тронуть, тут же перепрыгиваю к другому. На этот раз сползаю вдоль дивана на пол и сажусь к нему спиной, чтобы мои волосы коснулись его брюк. Все это происходит очень быстро. Но от этого острота моих движений и их эффект не становятся менее впечатляющим. Теперь я возле дивана Удава. Встаю близко-близко к нему. Так, что мои ляжки касаются коленок его расставленных ног. Наши глаза направлены друг на друга. И мне хочется смеяться от того, как дергается его рот в вожделении. Примат, бьюсь об заклад, я уже могла бы начать им манипулировать. Танцую перед ним, чувственно двигась и закидывая руки себе над головой. Когда его рука ложится на мое бедро и сжимает в попытке притянуть к себе, позади слышится жесткий окрик Тигра. Ну вот и все, мальчик, ты тоже заглотил наживку.

— Эли, бутылку крутил я, — предупреждает его. И тут же ладонь с моего бедра соскальзывает.

Я, наконец, поворачиваюсь к Даниэлю.

Он зол и взъерошен, как приготовившийся к прыжку хищник. Эта ярость, замешанная на мужском соперничестве и недвусмысленном интересе в мой адрес, делает его еще более притягательным.

Тигр хлопает себя по коленкам.

— Сюда иди, — говорит хрипло на арабском. Ртуть в его глазах превратилась в настоящую лаву. Она в буквальном смысле обжигает меня.

Ноги Даниэла по-хозяйски разведены. Дыхание учащенное. Я подхожу ближе и вижу, как расширены его зрачки. Он в том самом состоянии, когда мужчина переходит от простого мимолетного интереса к настоящему вожделению. Он хочет меня. Об этом свидетельствует его рвущее ткань джинсов мужское достоинство.

Я сажусь на его колени, расставив ноги, и начинаю умело тереться о него, продолжая свои плавно-развратные движения корпусом. Мы теперь с ним глаза в глаза- и я вижу, как расползается по его радужке пятно алчного желания. Слегка приоткрываю свои губы, давая возможность розовому языку лишь на мгновение показаться и подразнить его, оставив на губах влажный блеск.

Ладони Тигра ложатся на мои ягодицы и он со всей силы вжимает меня в себя. Я опускаю руки на его грудь и плечи. Какой же он сильный, напряженный, натренированный. Теперь его мощная агрессивная энергетика плавится в костре желания. Это делает его дико привлекательным. Пожалуй, у меня давно не было столь эффектного мужчины. Такого опасного- уж точно. Желание обострило черты его лица, сделало взгляд хмельным, но острым. Похоть была ему к лицу. Исходящий от его кожи жар под моими пальцами заставлял у меня между ног всё сжиматься. Яркие эмоции. Мне казалось, я давно научилась контролировать свое тело и инстинкты, а здесь- чистое сумасшествие. Это как ехать по опасной трассе на суперкаре- ты вроде бы контролируешь движение, управляешь авто, но любое неверное движение- и ты летишь в кювет, а то и в пропасть.

Музыка стала еще более ритмичной и чувственной. Я убыстрила темп, выгибая свой торс подобно тому, как делала бы это в диком акте совокупления. Его руки стали более требовательными и жесткими. И я опять вспомнила о том, сколько, должно быть, насилия он ими совершал. Мужчины позади затаили дыхание, даже уже не думая отвешивать скабрезные шутки. Я кожей, третьим глазом чувствовала исходящее от них возбуждение. Казалось, в этот момент все взгляды были прикованы ко мне, к нам. Волосы разлетались в воздухе при каждом моем порочном пируэте, а частое дыхание заставляло грудь ходить ходуном.

Он властно положил руку на мою поясницу, поднял, притянув к себе. Вторая рука сжала мою грудь. Наши губы теперь были на расстоянии не более сантиметра друг от друга. И в то же время, он не спешил целовать. И я не спешила. Дразниля. Заигрывала. Наше противостояние сейчас было не про поцелуи.

Даниэль посмотрел вниз, мне между ног, на открывшуюся его взору черную полоску трусиков. Поправил мое платье сзади так, чтобы у людей вокруг был минимальный обзор на то, что он собрался делать. Опустил на полоску белья руку, несколько раз провел по ней, отодвинув стринги, и не спрашивая, вошел в меня сразу двумя пальцами.

Когда он почувствовал мое возбуждение на своих пальцах, его зрачки стали еще больше- такими большими, что, казалось, закрывают все яблоко, поглощают меня. Он ритмично вжимал меня в себя, при этом тараня пальцами, забрав инициативу полностью себе. Я дала ему этот контроль. Наивный. Пусть берет… Иногда нужно поддаться, чтобы победить.

Его действия были умелыми, даже профессиональными. Такими, что даже я замирала от удовольствия и желания получить разрядку, но… Держала себя.

— Плохая девочка течет? — прошептал он мне на ухо на французском.

Его голос сейчас был отдельным поводом стать еще более влажной. Идеальный по физическим параметрам мужчина. Совершенный. Все в нем заставляло мое женское эго трепетать. Мерзавец, созданный творцом из лучшего сорта божественной глины.

Я оставила его слова без ответа, лишь шире развела ноги и подалась еще отчаяннее навстречу.

А потом чуть заметно улыбнулась и со всей силы сжала его пальцы внутренними мышцами, намекая на то, что может его ждать со мной.

Даниэль дернулся. Посмотрел на меня исподлобья. Совершенно пьяный. Голодный. Даже алчущий. Уже ничего не контролирующий.

— Я тебя хочу… — говорит с рокотом мне на ухо. Я снова его сжимаю- и он стонет в ответ, пытаясь найти мои губы своими.

— Ты выиграл только танец, Даниэль, — говорю я твердо, но насмешливо. Намеренно отодвигаясь от него, выставляя вперед свои руки.

Мужчина на секунду замирает. Его челюсть сжимается. Как кажется, темнота теперь полностью его поглотила. Он еще с пару секунд смотрит на меня, а потом подхватывает на руки, вставая сам и направляясь к выходу, не отрывая взгляда от моих глаз.