78

Истерика накрывает меня все с новой и новой силой… Проходит два дня, но ничего не меняется. На мои вопросы никто не отвечает. Тигран не звонит. Его старый номер отключен, новый я не знаю.

Маркус не отходит ни на шаг. Следит что за мной, что за Лейлой. Как будто боится, что та мне что-то расскажет. А мне до жути хочется узнать о Таире! Она называла ее имя и еще кучу ужасных вещей. Я хочу знать все. Мне нужно знать. А еще мне нужно выйти из этого дома, вдохнуть наконец свежего воздуха.

Смотрю на здоровяка и понимаю, что дела не будет. Добровольно меня никто не выпустит, значит придется хитрить.

Хватаюсь за живот и начинаю дико вопить.

— Что??? Что случилось? — Лейла бросается ко мне, глаза перепуганные.

— Живот болит, ай…

Пускаю слезу, сильнее хватаюсь за живот, а после за ее руку.

— Я беременна… Мне очень страшно, а что если…

— Маркус, ей нужно в больницу! — Кричит девчонка и оборачивается к мужу.

— Wie habt ihr mich alle bekommen! — Рычит мужчина и подрывается с места.

Сомневаюсь, что он сказал что-то хорошее, тон явно был угрожающим. Но мне плевать! Я знаю одно — на медосмотр его не допустят, а вот девчонку вполне. Там я смогу выведать у нее все, что мне нужно!

Когда я оказываюсь в кабинете врача, то хватаю Лейлу за руку, притягиваю к себе и заглядываю в ее глаза.

— Ты же знаешь, что с ним! Ты знаешь! Скажи мне! — Она отводит глаза, отворачивается, но я не отпускаю ее руку. Я хочу знать правду. — Скажи мне, прошу тебя, скажи.

— Давай сначала проведем осмотр, тебе было плохо, — она пытается уйти от разговора. Хочет, чтобы я отстала, хочет меня отвлечь.

— Я притворилась, я специально это сделала. Он бы не дал тебе ничего сказать.

— Так ты не беременна? — Ее глаза округляются.

— Беременна. Но у меня ничего не болит. Скажи, прошу, скажи.

Она кусает губы, а после нервно их облизывает и начинает оглядываться по сторонам. Смотрит так, как будто надеется, что я отстану, что не стану от нее требовать ответа. Но я не намерена сдаваться.

— У него ранение. Очень серьезное…

— Он в больнице…? — Сердце сжимается так, что становится трудно дышать, в груди начинает жечь, как будто ошпарили кипятком…

— Нет… точнее да… он…

— Добрый день, — в палату заходит врач, а мне хочется его убить, выставить за двери. Лейла пытается воспользоваться возможностью и уйти. Но я хватаю ее за руку, цепляюсь пальцами и не отпускаю.

— Где он? — Сердце бьется так, что я сейчас оглохну, кровь разносится по венам на бешеной скорости…

— Он здесь, в Германии…

Отводит глаза, не смотрит на меня.

— Он… он вчера впал в кому…