16 глава

Тёма

— Внимание! Внимание! Новости года! Наш сердцеед — Чайковский наконец-то нашел любовь своей жизни! — громко, голосом диктора вещала Женя с переднего сидения.

Я лишь улыбнулся и посмотрел на букет. Понравятся ли её маме цветы? Ведь букет был именно для нее.

По пути, заскочив в цветочный киоск, мы поехали к Лере. Мне предстояло познакомиться с ее родителями. Теперь уже официально. Правда, в качестве кого — Лера не пояснила. Надеюсь, не в качестве друга. Я совсем не боялся увидеть Елену Степановну, но нервничал из-за знакомства с отцом Леры.

— Наш Тёмка влюбился! — продолжала Женя, перекрикивая музыку в машине.

— Хватит уже! — со смехом возмутился я. — И не ляпни такого при Лере.

— А что? — спросил Оскар, убавляя громкость динамиков.

— Ничего. У нас с Лерой пока ничего не понятно, — пояснил я серьёзно.

— Как это? — спросил друг. — Ты — чувак едешь к предкам! Знакомиться! Что может быть тут не понятного?

— Многое. Например простила ли она меня, да и вообще!?

— Простила, — ответила Женя на риторический вопрос. — Можешь быть уверен! Она бы не поехала, если бы не хотела с тобой помириться! Это я тебе как девушка говорю.

— Очень на это надеюсь.

Мы заехали во двор, и Оскар припарковался на свободное место.

— Удачи! — пожелал Оскар.

— Ни пуха! — поддержала его Женя.

— Спасибо, — бросил я и вышел из машины.

Около одно подъезда я заметил Леру с дорожной сумкой. Рядом с ней стоял мужчина с прямой осанкой и такими же рыжеватыми, как у Леры, волосами. «Это ее папа» — догадался я. Но где же Елена Степановна?

Я подошел к ним и вежливо поздоровался: «Здравствуйте!»

Мельком посмотрел на Леру. Она улыбнулась, но выглядела при этом поникшей.

— Доброе утро! А вы, стало быть, Артём — молодой человек нашей Лерочки? — спросил ее отец.

— Так точно! — ответил я. Блин, что я несу. От волнения голова совсем не соображала.

— Это хорошо. А я ее отец — Александр Леонидович. Очень приятно познакомиться.

— И мне тоже очень приятно, — я стоял и не знал кому вручить букет. Лере или папе, чтобы передал потом своей жене.

— Так. Чем занимаешься? Какую специальность получаешь? Куда направляетесь? — посыпался на меня шквал вопросов.

— Учусь на экономике, работаю у отчима, занимаюсь спортом, танцую. Еще преподаю в собственной школе танцев и обучаю детей. Едем в Москву на фестиваль, в надежде занять первое место!

Ну с первым местом, конечно, прозвучало слишком смело, ну, а что поделать. Это было правдой.

— Хм, — насупился он. — какие танцы?

— Брейк-данц. Уличные танцы — проще говоря.

— Я вижу вы спешите, — посмотрел он вдаль на парковку. — Значит, более тщательное знакомство перенесём на другой день. А так задам последний вопрос — Леру любишь?

— Люблю, — слишком быстро и самоуверенно ответил.

Мне было легко сознаться в этом. Ведь меня переполняли искренние чувства какого-то неземного и взбудораженного состояния. Адреналин бурлил по венам от одной только мысли, что скоро я смогу быть рядом с Лерой. И теперь нам обоим не отвертеться. Она сильно завела меня вчера своей фотографией, и я долго не мог уснуть, представляя, как раздеваю ее и ласкаю в самых нежных и укромных местах ее прекрасного, манящего тела.

— Верю. Поезжайте. И осторожнее в Москве. Если что — сразу звони, — последняя фраза предназначалась Лере, и она в согласии кивнула.

— Эм. Это Елене Степановне. От меня, — пробормотал я и протянул букет.

Мужчина взял цветы и прищурился. Стал тщательно разглядывать причудливую композицию.

Повисла пауза, и я взглянул на свою девочку. Она широко распахнула глаза и улыбнулась. На ее скулах играл легкий розовый румянец.

— Что ж. Похвально. Лилии она любит. Сам выбирал?

— Да, — кивнул я

— Молодец. Попал, как говорится, в десятку, — в первый раз за встречу улыбнулся мужчина.

— Старался, — ответил я.

— Молодец. Ну с богом! — обнял он свою дочь.

Я взял сумку с вещами и перекинул через плечо.

— Пока пап, — пробормотала смущенная Лера.

— До свидания, — попрощался я.

Лера шагнула ко мне, и мы, не сговариваясь, взялись за руки. Спокойно пошли к машине.

— Любишь значит? — спросила она тихо, когда отошли от ее подъезда на приличное расстояние.

— Да, — произнес четко. — А я твой парень значит?

— Я бы этого хотела, — робко проронила она.

— Значит — да! — я переплел наши пальцы на руках и вмиг ощутил сильное возбуждение.

— Черт, — прошипел я сквозь зубы.

— Что такое? — взволнованно спросила Лера.

— Ничего, — отмахнулся я, сильнее сжимая ее ладонь и, пытаясь отвлечься, посмотрел на ручные часы, — успеваем. Все хорошо.

Я не стал ее пугать и говорить про то, что умираю — как сильно её хочу. Прямо сейчас и прямо здесь. Лера — этот дивный и нежный цветок, наверное, к такому пока не готова. Уж точно не сейчас.

Мы подошли к Хендаю, и я открыл перед Лерой заднюю дверь. Она села в салон и поздоровалась с друзьями. Я убрал вещи в багажник и тоже присоединился к веселой компании.

Женя уже во всю тараторила о своей жизни и что-то расспрашивала у Леры.

— Стартуем, — сказал я Оскару и взял без разрешения ладонь Леры.

— Поехали, — ответил друг.

Он повернул ключ в зажигании, и мотор автомобиля тихо заурчал. Мы выехали.

Я сразу заметил, что Лера напряженная. Она сидела ровно, как натянутая струна и коротко отвечала на Женькины вопросы. Но сама девушка будто бы была далеко отсюда. Она часто поглядывала в окно и, казалось, что мысли ее остались дома. Я сильнее сжал ее ладошку, и она, перекинув на другое плечо свою косу, взглянула на меня.

— Расслабься, — тихо шепнул ей, притягивая ее к себе ближе. — Ты уже едешь со мной. К чему переживания? Или ты уже жалеешь?

— Нет. Не жалею, — выдохнула она воздух, который все это время был зажат у нее в груди, — И ты прав. Я еду, и нужно отвлечься.

Мы оба понимали, в чем причина ее нервного состояния. Ее мама. Она даже не вышла для знакомства со мной, и я догадывался почему. Уж не знаю, какой разговор у них произошел, но то, что он был не положительным — было очевидно.

Я хотел все узнать, но, конечно, не сейчас, не в машине при друзьях. Потом, когда мы останемся наедине, я подниму эту тему.

— Спасибо за цветы. Они очень красивые, — тихо пролепетала она и скромно улыбнулась — Маме должны понравиться.

— Надеюсь.

— И я, — Лера посмотрела на меня таким взглядом, что мое сердце наполнилось теплом и светом. Таких искренних и доверчивых глаз я еще не видел. В них появилось что-то новое, такое чистое и сокровенное. Будто бы Лера открывала душу передо мной и посвящала все тайны.

И я мечтал разгадать все ее секреты и выведать ее желания. Заглянуть в каждый уголок ее широкой души и познать ее мир. Она переживала из-за мамы, и это еще раз доказывало, что она очень светлый и добрый человечек.

Я перекинулся парой фраз с Оскаром и вновь переключил внимание на свою девочку.

В машине гремела музыка, и я был совершенно спокоен, что нас не услышат с передних сидений.

— Ты сегодня выглядишь просто шикарно, — я посмотрел на ее загорелые ноги. Белая юбка хоть и была по колено, но сейчас она прилично задралась, оголяя стройные ножки девушки.

— Спасибо, — она придвинулась ближе ко мне, а у меня словно крышу снесло от ее тонкого, но очень приятного аромата духов.

Теперь мы сидели вплотную, а Лера ерзала на сидении, устраиваясь поудобнее. Ее скромные движения вызвали целую гамму диких чувств.

Мое длительное воздержание прямо в эту минуту проявилось мучительной болью, и я обняв Леру, закрыл глаза.

— Хм, — загадочно хмыкнула она, даже не подозревая, как сильно меня заводит в данную минуту.

— Что? — спросил я, стараясь не выдать свое возбуждение.

— Ты и я… вместе… Почему ты не разговаривал со мной в лагере?

Черт. Об этом я меньше всего хотел сейчас вспоминать. Но может это и к лучшему. Мне необходимо было отвлечься.

— Я думал — все кончено, — сказал я правду.

— Ммм. А сейчас? Сейчас ты так не думаешь? — тихо спросила она, заглядывая мне в лицо.

— Сейчас нет, — серьезно посмотрел на нее. — Я же предупреждал — тебе не отвертеться.

— Ммм. И что это значит? — улыбнулась она.

— Что я безумно хочу тебя, и мне будет сложно себя сдержать, когда мы окажемся одни в номере гостиницы, — все-таки сознался я.

— Ах, — вздохнула она и отвернулась.

Я тихо засмеялся, касаясь губами ее мягкий волос.

— Люблю, когда ты краснеешь. Это так заводит, — промурчал я ей на ушко.

— Так ты специально? Чтобы меня смутить? — возмутилась Лера.

— Нет. Я. Реально. Хочу. Тебя, — твёрдо, выделяя каждое слово сказал я.

Она ничего не ответила. А через секунду нас прервала Женя.

— Останавливаться на выезде будем? — крикнула она. — Я бы кофе взяла. Жесть как спать охота.

— Мне тоже охота. Я бы выпила кофе, — ответила Лера.

— Окей, — ответил Оскар, — на заправке тормозну.

Какое-то время ехали в молчании. Я не мог поверит в то, что обнимаю свою любимую девушку, и очень скоро она будет моей. Теперь мне хотелось побеждать и стремиться к успеху. Не только в плане танцев, но и в учебе. Если я по-настоящему хочу быть рядом с ней, то должен подтянуть некоторое дисциплины. Хоть это будет и непросто, но попытаться я обязан. С Лерой мне хотелось стать лучшей версией себя.

Когда мы подъехали к черте города Лера спросила: «Кстати, где мы будем жить?»

— Мы с тобой в гостинице. Не волнуйся.

— Одни? — опешила она.

— Да. А что? Боишься? — с вызовом посмотрел на нее.

— Нет. Хорошо, — согласно кивнула она и прикусила губу.

— Не делай так больше, а то я накинусь на тебя прямо здесь, — шепнул я.

Она не успела ничего ответить, потому что машина остановилась, и музыка в салоне стихла.

— Какой тебе взять? — отстранился я слегка от нее.

— В смысле? — не поняла она.

— Кофе! Какой ты любишь? — улыбнулся я.

— Ааа… Латте. Если можно.

— Хорошо, — подмигнул я ей и вышел из машины.

Мы купили девочкам кофе и горячие круасаны. Оскар заправился, и мы сели обратно.

Мы выехали на шоссе и плавно двинулись в сторону столицы.

— Вкусно, — Лера отпила немного из горячено стаканчика и улыбнулась мне.

— Угу. Иди ко мне, — поманил я ее.

Она снова села рядом, а я приобнял ее за талию, ощущая ее тепло.

Оскар завел тему фестиваля, и мне пришлось поддержать беседу. Лера беззаботно разговаривала с Женей. Я был рад, что девушки нашли общий язык и охотно общались между собой.

Лера заметно повеселела и даже смеялась, а я чувствовал себя самым счастливым человеком на земле.

Теперь, когда мы вместе — я все смогу. Лера всего лишь одним своим присутствием насыщала меня волшебной энергией, и я ощущал прилив сил и огромный заряд бодрости. Это было что-то похожее на адреналин, только в тысячу раз приятнее.

И самое интересное — мне будто было мало. Вот я сижу с ней рядом, а мне хотелось большего.

Как дико, до мучения, хотелось ее поцеловать. Коснуться пухлых мягких губ и долго, с наслаждением, терзать, ласкать их. Увидеть при этом ее прикрытые веки и трепетание длинных ресниц. Услышать синхронное биение наших сердец. Сказать наконец: «Ты моя», и больше не отпускать ее никогда.

Оскар что-то болтал, а я отвечал на автомате. Сам больше обращал внимание на Леру.

— Будешь? — предложила она мне мягкую булочку с кремом внутри.

— Эм. Давай, — согласился я и взял круасан.

Женя и Оскар теперь разговаривали о своем. И мы с Лерой могли поговорить.

— Как на свадьбе погуляли? Ты наверно спать хочешь? — спросил я у нее.

— Да. Немного хочу. Я долго не могла уснуть. Переживала.

— Ммм, — я напрягся. Черт, зачем спросил? Сейчас она снова вспомнит о маме.

Но нет. Лера улыбнулась и выглядела спокойной.

— Да и день выдался нервный, — продолжила она. — У меня еще с утра приключение было. Я тебе не успела рассказать.

— Какое? — встрепенулся я.

— Хм. Я можно сказать свадьбу спасла. Ну я и еще одна женщина, — загадочно прищурилась она.

— Как это? Не томи. Что произошло?

— Представляешь, звонит мне в восемь утра Ксюша, ну, невеста — сестра моя и сообщает, что ее кот порвал фату.

— Кот? — удивился я.

— Да. Я не знаю, как это произошло. Но в общем, она попросила меня съездить в магазин и купить фату.

— А ты?

— Конечно согласилась. Поехала в единственный салон, который работает с девяти и каким-то чудом продавец продала мне ее, хотя магазин был еще закрыт. Вот такая история. А если бы она не продала, пришлось, наверное, без выкупа обойтись.

— Да уж. Умница. Ты мой герой, — не удержался я и чмокнул ее в щеку. Лера этого явно не ожидала.

— Спасибо, — пролепетала она.

— Но, блин, неужели так важна фата? — недоумевал я. — Невеста есть, жених тоже. Что еще для счастья надо?

— Ты что! Конечно важно. Важна каждая мелочь. А тем более фата. Это очень важный элемент в наряде невесты, я так думаю. Без нее никак не обойтись.

— Интересные вы создания — девушки, — улыбнулся я.

— Еще бы, — расцвела Лера.

— Кстати, как салон назывался?

— «Евгения». Он один, по-моему, так рано работает. А может и другие есть, просто я не нашла, — пожала она плечами.

— Правда? Серьезно?

— Угу.

- Какое совпадение. У меня же там мама работает. Может это она тебе продала. Сейчас фотографию покажу, — я взял с задней панели телефон и нашел в контактах маму.

— Вот! — показал я Лере снимок.

— Ой, это она. Ничего себе. Вот это совпадение! Я в шоке. А так бывает?

— Я думаю, в жизни все бывает. Но в нашем случае — это судьба! — тихо усмехнулся я, сам немного в шоке от такого события.

— Да уж. Какая судьба?

— Познакомиться с моей мамой.

— Ааа… Она хорошая у тебя и добрая. Спасибо ей, — робко поблагодарила она.

— Угу.

Лера допила кофе и, убрав, стаканчик в пакет, устроилась в моих объятьях поудобнее.

Она стала рассказывать про свадьбу. Какие конкурсы там были, и как ей все понравилось. Я сидел спокойно и внимательно слушал нежный голос своей девушки. Иногда она переходила на шепот, а иногда быстро щебетала, совсем как птичка.

После двух часов нашего пути, когда Лера вдоволь наговорилась, она тихо закрыла глаза и уснула.

Ехать нам оставалось еще три часа, и по плану я должен был сменить Оскара. Но друг, увидев что Лера уснула, понимающе кивнул и сделал музыку тише.

Устроившись поудобнее, я тоже прикрыл глаза и думал о Лере. О том, как она круто развернула мою жизнь в другую сторону. И многое, да почти все, поменяло смысл. Отношение к учебе, отношение к своим танцам, отношение к отцу, отношение вообще к жизни.

Конечно, я остался прежним. Со своим характером, привычками и порой безумными поступками. Но все же многое изменилось. И это было только начало.

Я знал, что с Лерой не будет легко. Мы слишком разные. Но так даже лучше. Так интереснее. Я не хотел ее менять. Я любил ее такой, какой она была. И очень надеюсь, что это взаимно.