Глава 21. Недопонимание

– Лёша, подожди, – снова шепчу я.

Пытаюсь привстать с дивана, хотя это так сложно. Я вся размякла, как мороженко на солнце. И, кажется, обратно никак не собраться. Это полный провал.

Я оказалась слабой, безвольной перед его напором.

– Ну что ещё ждать? – качает головой он, стягивая джинсы.

Глаза цепляются за его накачанные ноги. Ничего себе… Это ж сколько времени он потратил на тренировки? Впрочем, папа ведь рассказывал. За какой-то крупный косяк отец Тенина отправил Лёшу набираться ума-разума на частный закрытый объект. Там он, видимо, и привёл себя в такую великолепную форму.

Я же, повинуясь любопытству, заходила в его социальный профиль в интернете. Хотела посмотреть на будущего мужа. Изучала его фотографии. Он не был таким… огромным. Да, в спортивной форме, но в разы меньше. И там было много фото из его прошлой жизни.

Девушки, клубы, какие-то спортивные мероприятия… Лёша явно был востребован у женского пола. А сейчас… сейчас он стоит передо мной. В одних боксерах. И всем своим видом демонстрирует, что хочет меня.

Трусы топорщатся так, что мне страшно. Внушительный бугор. И этот факт вдруг пронзает меня очевидной мыслью. Сейчас всё случится.

– Я правда не хочу, – выдаю я, пока ещё соображаю. Сажусь. – Лёш, это всё ошибка. Нам нельзя…

– Что за бред? – ворчит он и медленно приближается. – Нам можно. Ещё как можно. Ты ведь моя жена. По закону. По факту.

– Фиктивная, – напоминаю я.

Он застывает. Я ловлю его взгляд, который тяжелеет. Его лицо каменеет. Кажется, я слышу, как скрипят его зубы. Челюсть сжимается, выдавая его дикое напряжение. Хочется съёжиться и превратиться в невидимку.

– Что? – цедит он со злостью.

Я набираю в лёгкие побольше воздуха. Не отступать. Нельзя сдаваться. Может мне получится достучаться до него? Пока ещё не поздно. Пока всё не зашло слишком далеко. Он ведь вроде слышит меня.

– Наш брак… он же подразумевался, как выгода. Для обеих сторон. Для тебя это репутация, которая прикроет все ошибки, которые ты совершил. Плохой мальчик осознал всё и встал на праведный путь, став… правильным, – поясняю я быстро. – А для меня это возможность избавиться от ненужного внимания.

– Ненужного внимания? – переспрашивает он.

В его голосе всё ещё вибрирует злость. Но он разговаривает! Ведёт диалог! Значит, есть всё-таки шанс, что мы сможем обо всём договориться. Я просто попрошу его не торопиться. И тогда… тогда может у нас получится всё?

Отношения. Нормальные. Как и положено между парнем и девушкой.

Мысль меня вдохновляет. Потому что я бы хотела… Очень бы хотела, чтобы мы узнали друг друга получше. А то, чего он так хочет, случилось бы в тот момент, когда всё будет располагать к этому. Когда между нами будут настоящие, искренние чувства…

– Один криминальный авторитет решил, что я могу стать для него… игрушкой, – нехотя признаюсь я.

– Блядь, – выдыхает Лёша.

Он делает шаг назад и взъерошивает свои волосы. Хмурится. Что-то обдумывает. И я со всей очевидностью понимаю, что ему никто ничего не рассказывал. Но как же так? Почему его не предупредили? Неужели его выцепили с его закрытой зоны и сразу под венец потащили, ничего не объяснив?

Так странно. Но зато становится понятно. Понятно его дикое поведение. Он ведь на свадьбе совсем обезумел. Будто ему в руки достался очень вкусный сочный десерт, который он желал слопать в один присест.

– Сашенька. Я понимаю… ты ждала, что этот брак будет пустышкой. Но это ведь не так. Ну сама посуди. Нас же тянет друг к другу, нас прёт. Я с тебя вообще балдею…

Лёша в один миг настигает меня. Я даже дёрнуться не успеваю, как снова лежу спиной на диване, а он снова сверху. Близко. Теперь почти полностью обнажённый. Его кожа горячая. По телу пробегает волна томительного, приятного предвкушения.

Он кладёт руку мне на щёку. Медленно ведёт большим пальцем по моим губам. Я теряюсь. Он снова напирает. И я снова на грани капитуляции. Дыхание от него перехватывает.

Невероятный Тенин. Просто какой-то ходячий секс.

– Ты моя жена. И я хочу тебя. До безумия хочу, – вкрадчиво произносит он. – И я тебе гарантирую. Не обижу. Буду нежным, аккуратным… Тебе всё понравится. Обещаю… Со мной ты будешь под защитой. Ни один урод на тебя косо не посмотрит, а если посмотрит, то пожалеет, что на свет родился. Поняла?

Я заворожённо смотрю в его глаза.

– Да, – киваю я.

– Вот и славно.

Он наклоняется и впивается в мои губы. Сладко ласкает меня языком, заигрывает, отвлекает, сводит с ума… И тут я понимаю, что наш разговор снова перетекает в горизонтальную плоскость. А ведь начиналось всё хорошо, я думала, что мы как взрослые люди поговорим.

И у меня растёт уверенность, что весь этот его монолог был направлен только на то, чтобы снова меня склонить к тому, чего ему так сильно хочется. Это не про заботу, это про его личный эгоизм.

– Лёш… – с трудом прерываю поцелуй, губы горят, дышу, как паровоз. – Секса не будет.

Он смотрит на меня мутным от возбуждения взглядом. Скользит по глазам, по губам, снова возвращается к глазам.

– Я не буду с тобой спать, – повторяю максимально твёрдым тоном.

Кажется, даже получается сказать это уверенно. Потому что его лицо мрачнеет. В глазах вспыхивает что-то опасное, злое. Будто из глубины его сознания проявляется другая сущность Лёши. Ту, которую я ещё не видела.

Это ведь о том, о чём я и думаю постоянно. Я его совершенно не знаю!

– Да блядь… – рычит он, явно теряя самообладание. – Чего ты заладила?! Ты – моя. Это очевидно же. С какого хера я не могу спать со своей женой?

– Ненастоящей женой, – испуганно лепечу, понимая, что он заводится.

Слишком быстро заводится. Видно же, что надоело ему со мной возиться. И вдруг… вдруг он всё-таки не сдержится? Насколько сильно он жаждет меня? Неужели моё согласие ему не потребуется? Хотя… чёрт… Я ведь вся горю, он снова мне легко докажет, что я вся влажная от него.

Но это ведь не то. Я реагирую, но я не готова. Морально не готова к такому шагу…

Ещё несколько мгновений он смотрит мне в глаза, а потом резко поднимается с дивана. Я прикусываю губу и смотрю на него снизу вверх. На его напряжённую фигуру. На его искажённое гневом лицо.

– Ты мне жена! Я могу тебя иметь! Прямо сейчас! В любых позах, столько раз, сколько захочу! И никто слова не скажет! Потому что ты моя по закону!

По телу пробегает дрожь. Теперь уже не от возбуждения. Я понимаю, что внутри просыпается обида.

– Я не вещь! – вырывается у меня. – Мы… Давай… притормозим. Я не хочу такого быстрого развития отношений.

– А я хочу, – припечатывает он. – Я, блядь, хочу, Саша! Какого хрена нам ждать, если ты тоже хочешь меня? Я же чувствую!

– Есть… непроизвольные реакции организма, – смущённо бормочу, заливаясь краской. – Но я понимаю мозгом, что не хочу с тобой спать.

– Не хочешь? – рычит, сжимая кулаки. – И что мне делать теперь, м? Ходить до усрачки перевозбуждённым, пока ты соизволишь меня подпустить к своему телу?

Я молчу. Он всё так… опошливает. Ну неужели он потерпеть не может? Если ему я важна, если он правда хочет, чтобы у нас что-то получилось… неужели не может дождаться, когда я буду готова к такому?

– Или предлагаешь мне других трахать? М? Фиктивный брак ведь подразумевает возможность развлекаться на стороне. Так ты мне говорила, да?! – взрывается очередной тирадой.

Сердце разрывается на части. От его слов. Так больно в груди, что на глаза наворачиваются слёзы. Но я не позволяю себе слабины. Всеми силами держу себя в руках.

Хочет так? Впрочем… если он действительно это сделает, это только покажет его отношение ко мне. Значит, не нужна. Значит, все его слова ложь. Про то, что у нас по-настоящему. Что он не обидит меня. Зато будет проще смириться. Зато всё встанет на свои места.

Если воспользуется разрешением, то он разобьёт мне сердце, но зато окончательно докажет, что я была права, что я не нужна ему как личность, я нужна ему только как тело. А если не воспользуется… Впрочем. Не может быть. По нему ведь видно… Он не из тех, кто хранит верность.

Тем более, к какой-то девушке, которая только на бумажке ему жена.

– Ты прав, – ровно произношу, принимая непростое и, возможно, неправильное решение. Уверена, что пожалею об этом. И почему… почему в груди растёт дыра? – Ты можешь делать всё, что захочешь. Хоть завтра, хоть прямо сейчас.

Я произношу это и чувствую во рту противный привкус. Будто я разгрызла горькую таблетку. Приходится выбирать между этой горечью сейчас или мучительной болью потом. Лучше уж сразу, чтобы потом не страдать. Когда я окончательно пропаду в своих чувствах к нему, если уже не начала тонуть в этом…

Лёша грубо матерится себе под нос. Разворачивается и раздражённо двигает к выходу из комнаты.

– Идиотизм, блядь, – шипит он. – Ты сама всё рушишь, Саша, – его голос внезапно срывается, и в нём слышится не только злость, но и что-то похожее на отчаяние. – А могло бы быть… охрененно.

Он уходит в ванную комнату, хлопнув дверью так, что кажется, стены дрожат. И я остаюсь одна. Слёзы текут по щекам, и я чувствую, что своими принципами реально загоняю нас в какой-то тупик.

Я ведь права, да? Но почему тогда так тошно на душе?