56. Лукас

Наверное, надо сказать спасибо Кэрол.

В тот день мне резко стало худо и едва не отказало то немногое, что ещё служило.

Сначала меня накрыло чёрным унынием. Даже моя невеста не верила в меня и сделала аборт!

Но потом меня обуяло злостью и яростью!

Я бывал в горячих точках и едва умирал от жажды, меня ранило не единожды.

Я потерял много своих бойцов и видел смерть ближе, чем кто бы то ни был.

Я не боялся умереть, но хотел бы сделать это достойно, как подобает настоящему мужчине.

Я готов был сдохнуть даже на постели, но только в случае, если бы мне к тому моменту исполнилось лет девяносто, а вокруг крутились правнуки, дёргая меня за бороду.

Но не так! Не тогда, когда тебе едва стукнул тридцать один год!

Я, блядь, молод и здоров как бык. Во мне немерено сил и желания жить!

Так что пошли на хрен все: врачи со своими неутешительными диагнозами и предложениями переместить меня в центр для таких же, как я; лживая невеста, удравшая сразу же, едва запахло трудностями; фанаты, боготворившие меня и разом отвернувшиеся после одной-единственной крупной неудачи.

Я лежал в больнице и клял всех, черпая в своей озлобленности силы жить дальше.

Я дал себе установку — встать на ноги. Обязательно!

Не только встать на ноги, но и утереть нос всем, кто не верил в моё выздоровление.

В один из дней меня навестил мой приятель Майки.

— Как ты, бро?

Я метнул на него яростный взгляд.

— Вот это я понимаю, держишься молодцом! — хлопнул меня по плечу приятель. — До меня дошёл слушок, что Кэролайн кинула тебя. Ну и сука же она! Я всегда говорил, что она — одна из дырок, не больше. Честно говоря, ты немногое потерял. Найти точно такую же не составит большого труда.

Я улыбнулся, наверное, это меньше всего походило на улыбку.

— А ещё я вот что считаю, Лукас. Не хрен тебе свою задницу в этом центре отлёживать. Тебе тут слюни подтирают, пятки чешут, как царьку папуасов! Тебе надо переехать к себе. Я нашёл тебе одну сиделку. Он выхаживает и ставит на ноги кого-то вроде нас, долбанутых на всю башку, пострадавших после аварий или военных действий.

— Он? — переспросил я.

— Ага. Доктор Тейлор. Называй его только так.

Я шевельнул губами. Сказать два сложных слова было тяжело.

Майки усмехнулся.

— Поверь, приятель, он научит тебя чётко и ясно произносить «доктор Тейлор» раньше, чем ты нагадишь в свою «утку» ещё хотя бы раз! — грубо пошутил Майки.

Приятель говорил нарочито резко. Я с облегчением вздохнул. Меня не нужно было жалеть и смотреть на меня с презрением.

Я хотел встать на ноги и вернуться к нормальной жизни…

Майки перевёз меня в сраную глушь. В дом моих родителей. Я сто лет не бывал там. Дом стоял пустующий.

Это был огромный домина, за которым требовался уход.

Я долгое время жил в городской квартире и порядком подзабыл, в каком плачевном состоянии пребывает дом родителей.

Меня раздражал вид провисшего потолка и старые обои в пятнах сырости.

Мне захотелось навести в доме порядок сразу же, как каталку со мной разместили в одной из комнат.

Доктор Тейлор оказался мужчиной в летах. Невысокого роста, но жилистый и крепкий. Он разговаривал так, словно раздавал приказы целой роте солдат.