61. Лукас

— Твою мать! — выругался я сквозь зубы. — Похоже, секс откладывается. Оденься.

Мэрайя перевела взгляд вниз.

— Мне нужно сменить трусики и штаны…

— Да, малышка. Эти никуда не годятся!

Мэрайя быстро привела себя в порядок. Она успела полностью переодеться к тому моменту, как полицейская машина остановилась напротив дома.

Я вывел беглого арестанта и передал его полицейским. Они начали задавать вопросы, чтобы составить картину происшествия.

— Значит, именно вы, мистер, схватили беглого арестанта? — перекатив жвачку, спросил коп.

— Так точно, офицер.

— Вы не представились.

— Клаус Ольсен, — спокойно ответил я.

— А как вас зовут, мэм?

— Mariya Stoyanova, — ответила Мэрайя, отвернувшись от меня.

Вот тебе и Мэрайя, Клаус!

Она назвалась своим псевдонимом. Фамилия какая-то странная. Русская, что ли?!

— Вы здесь не проживаете, — докучливо произнёс коп, глядя на Марию.

Видимо, они успели пробить все сведения.

— Нет, — ответила Мария и встала так, что мне совсем не было видно выражение её лица. — Этот дом принадлежит семейной чете Бакер. Анна Бакер — моя подруга.

Что?!

Какая на хрен подруга? Мария говорила, что этот домик принадлежит её родителям.

— А вы, Клаус Ольсен, как вы… здесь оказались?

— Я живу возле Дикинсона.

— Далековато, — фыркнул коп.

— Я регулярно совершаю длительные лыжные прогулки. Вчера я возвращался домной, но был застигнут врасплох метелью. Был вынужден держаться ближе к этой деревеньке. Заметил одинокого и подозрительного человека, прокравшегося в дом. Я сразу насторожился и пошёл следом… — рассказывал я и врал напропалую.

Не говорить же о том, что я играл роль Санты для взрослых!

— Значит, вы очень бдительны. У вас высокая гражданская сознательность.

— Да, офицер. Я бывший военный. Защищать женщин и детей — мой долг.

— Хорошо… Кто-нибудь может подтвердить вашу личность? Документов у вас при себе нет, насколько я понял.

— Документов нет. Остались в доме. Личность может подтвердить мой приятель. Майк Бишоп. Наверняка он сейчас дома со своей семьёй: сыном и женой, которая скоро должна родить.

— Хорошо. Мы обязательно проверим эти сведения. Вы оба должны будете явиться в участок, чтобы ещё раз записать все свои показания! — строго заявил полицейский.

Второй полицейский глаз не сводил с беглого арестанта. Его заковали наручниками и усадили на заднее сиденье патрульной машины.

Я сверлил взглядом спину Мэрайи-Марии. Какого хрена здесь происходит?

— Ничего не хочешь мне сказать? — спросил я едва слышно.

— Это… Это не то, что ты думаешь.

— Я думаю, что ты выставила меня лохом. Весело было?

Мария сглотнула, густо покраснев.

— Я могу всё объяснить, — прошептала Мария, умоляюще глядя на меня.

— Давай. Я послушаю!

Мария открыла ротик, но её едва слышный шёпот перекрыл рокот снегохода.

С него спрыгнул долговязый, худощавый молодой мужчина в модном пальто и поспешил в нашу сторону.

— Мария! Мария! — взмахнул он перчаткой и поскользнулся, приземлившись на задницу. — О, мой бог, Мария! Что здесь случилось?