Глава 39. Нежное насилие Часть 2. P.S Последствия

Он знает, что я его ненавижу, но ему это совершенно не мешает быть так близко ко мне. Еще одно доказательство, что ему наплевать на мои чувства. Так есть сейчас, и так будет всегда…

— Не смотри на меня как на человека, Лори, — шепчет мне в губы, в то время как мои руки натянуты как струны, чтобы освободиться от его тисков. — Люди поступают по-другому, мыслят по-другому… я просто отличен от других. Все, что сейчас происходит — это совершенно нормально. Мы вовсе друг другу не чужие. Мы связаны, а это очень многое значит. Тебе не будет со мной плохо. За это я ручаюсь.

Как все сложно с этими волками…

— Зачем ты тогда мне такой нужен?! — приподнимаю голову.

— А ты задавала себе такой вопрос, когда не знала кто я? — вот это он меня поймал. — Я отвечу за тебя. Не задавала. Тебе было наплевать, что я не из людей, — протягивает он, начиная медленно обводить пальцем мой правый сосок.

Это чертова правда, с которой спорить бесполезно.

— Сейчас все по-другому, — шепчу я. — Ты должен меня отпустить, Алекс.

— Не должен, — коротко целует и отстраняется к моим ногам.

Я оцепенела от страха, когда он стал расстегивать мне джинсы и снимать их с меня рывками вместе с бельем.

— Не делай этого, — привстаю на локтях. — Это насилие!

Не сводя с меня дикого взгляда волк отбрасывает мои вещи на пол и снимает свою рубашку через голову.

— Это не так, — отрицает, возвращаясь на уровень моих глаз.

Его тело впервые плотно прилегает к моему, обдавая жаром.

Пытается снова впиться в мои губы, но в этот раз я не впускаю его в свой рот. Стискиваю губы и зубы насколько это возможно.

— Открой рот, — говорит тихо, а я отказываюсь, вертя головой. — Сейчас же открой рот! — уже приказывает, еще плотнее прижимаясь ко мне, сминая мои груди своим телом. — Это протест? — и я киваю на его вопрос.

Да, черт возьми, это протест.

На что он упирается одним локтем на постель, а другой рукой проскальзывает к моему животу и ниже.

Пару движений пальцами между моих складочек и…

— Аааа… — стону я. — Ммм… — уже мычу от поцелуя.

Поцелуя-таки добился, а вот движения не прекращает.

— Прекрати же! — кричу истошно, когда вместо одного пальца он проникает в меня двумя.

— Не прекращу… — зарывается носом куда-то мне в шею к волосам.

Чувствую его горячее дыхание и то, как начинает хлюпать у меня между ног. Меж этим проскальзывает странная ноющая боль, когда он заходит в меня с каждым разом все дальше и дальше.

— Ай… ай… — как бы я не скулила, это не останавливает его. — Алекс… — впиваюсь в его плечи ногтями, не жалея их, на что он остро реагирует входя в меня грубее. — Алекс…

Ловит мои губы своими губами, начиная шептать:

— Запомни, что только мне ты нужна. Никого другого не будет.

— Может мне еще и ценить тебя начать? — язвлю сквозь стон.

— Было бы неплохо…

— Не будет этого. Знаешь ли, я не боюсь остаться без члена. Пусть вообще никого не будет. Лишь бы не ты! — вот это я сказанула.

Волк резко отстранился от моей шеи, когда услышал это, чтобы посмотреть мне в глаза.

— А вот это мы еще посмотрим.

Похоже, я бросила ему вызов.

Стоило волку снять с меня груз своего тела, я попыталась отползти к спинке кровати, но он успел перехватить меня бедра и рывком подтянуть к себе.

— Ты чертово животное! — рычу я на него, осмелев в конец.

— Пусть так, — не отказывается от своего истинного имени, расстегивая свои штаны, сбрасывая их с себя меньше чем за пять секунд. — Только ты против меня ничего не можешь, милая. Против чертового животного, я хотел сказать. Смирись, Лори, — разводит мои колени в стороны, поудобнее устраиваясь между ними.

Прогибаюсь в спине, когда он только слегка касается горячим органом моих половых губ. Меня сильно тряхануло, будто с оголенными проводами соприкоснулась.

Закрыла глаза, чтобы не видеть его… чтобы не видеть, что происходит…

— Ммм… — сдержанно мычу, когда волк начинает тереться об меня.

Ноги подрагивают так, что боюсь, даже у него нет столько сил, чтобы остановить эту вибрацию.

— Скажи «да», Лори, — просит он. — Скажи… — начинает медленно надавливать, медленно проникая всего лишь на сантиметр.

Как я могу на эту раздирающую словно до костей боль, ответить «да»? Он в своем уме?!

— Нет… Нет… — верчу голову, вцепившись с обеих сторон в простынь. — Ааааа… — протягиваю болезненно, широко открывая рот. — Мм… мм… — боль стихает в следующую секунду, но я продолжаю скулить, обливая щеки слезами.

Боль заставила… Сама я плакать не хотела.

Волк решил сделать это резким поступательным движением, и теперь замер во мне, пытаясь успокоить:

— Т-ш-ш-ш… — шипит мне в губы. — Это быстро закончится…

— Что закончится?…

— Все, — последовало первое движение его бедер, от которого я слегка скривилась всем лицом. — Расставь ноги шире, — потребовал он.

И я делаю как он говорит, в надежде, чтобы все и правда скоро закончится. Но разве можно ему верить? Он же будет мучать меня себе в удовольствие сколько ему потребуется.

Меня дергает и я каждый раз тихо вскрикиваю от того, как он вколачивается в меня, при этом умудряясь ласкать мне пальцами клитор и как-то держаться надо мной на одном локте.

— Скажи «да».

— Нет!

И зачем ему это только нужно? Ах, да… ему нужно превратить мое «нет» в неизменное «да». Это же дело волчьего принципа.

— ДА, ЛОРИ!

— НЕТ, АЛЕКС!

— Да, — уже спокойно произносит он.

— Нет! — снова злобно шиплю я.

— Нет… — говорит волк.

— Да… — невольно произношу я противоположное, и вдруг на его лице вижу победную улыбку.

— Вот и славно, — мерзавец. — Ты такая горячая, Лори… Мне нигде не было лучше, чем в тебе, — мне это за комплимент считать?

Неожиданно опустошает меня, а затем снова заполняет. И так несколько раз в подряд.

Боль ушла. Ее больше не было. На ее смену пришли стоны, которые предавали меня раз за разом, когда звучали на всю комнату, а может и за ее пределами.

Я уже не спорила и не скулила, а обняв волка ногами была уже совсем не против быть вдавленной в этот чертов матрас. Скажу больше… мне всего этого мало. Ведь напряжение только копится, от которого взорваться можно.

Спустя еще где-то минуту волк внезапно хватается за мои ноги, разводя их в стороны, чтобы чуть отстраниться, и уже через секунду на низ моего живота хлынула горячая сперма, которую он стал размазывать своим органом по мне.

Это все прекрасно, но…

— Ааа… — вскрикиваю от неожиданности, когда Алекс переворачивает меня на бок, а сам тесно устраивается сзади.

Слегка ощутимо покусывая меня за плечо, волк заводит свою руку к моим чувствительным точкам. Его влажные пальцы очень быстро скользят туда-сюда по моим влажным складочкам до тех пор, пока я не напрягаюсь всем телом и из моих уст не разносится протяжный стон.

— Отдыхай… — в последний раз провел пальцами по моему плечу, чуть щекоча.

Я лежу и все еще подрагиваю всем телом. Выглядит со стороны так, будто меня колотит от холода, хотя на самом деле я горю, смотря в одну точку перед собой, все еще лежа на боку.

— Нет… — еле слышно шепчу я, слыша как он встает и начинает одеваться.

Всего минута, и ко мне пришло полное осознания того, что произошло. Это же ничего не меняет. Совершенно ничего. Только… я стала еще больше его ненавидеть. Все это смешалось с моей прошлой к нему симпатией и дало мне всплеск адреналина.

Подорвалась с кровати и с силой стянула окровавленную белую простынь с постели. Обкрутила ее вокруг себя и оббежав волка, рванула из комнаты.

— Лори… Лори… — судя по голосу растерялся. Наверное, сначала подумал, что я собралась в душ, но нет, мой путь лежит в совсем другое место.

Я бежала, но в этот раз была осторожна на ступеньках.

Как только сбежала и добралась до кухни, с силой выдернула ящик с ножами. Так, что он грохнулся на пол. Схватила первый попавшийся нож. И с этим ножом, который длиннее моего предплечья, встала в позу, ожидая волка, который появился через секунду.

— Лучше не подходи! — сделала выпад, махнув лезвием. — Видишь? Я не шучу! — еще один выпад, а он в очередной раз уклонился.

— Спокойно, Лори, спокойно… — еще такого спокойного тона в жизни от него не слышала.

— Никогда тебе этого не прощу! Никогда, слышишь?!

— Тебе же все понравилось…

Может быть и да… И как по проклятию мое «нет» и правда, превратилось в неизменное «да», но противно было то, что когда все закончилось… ко мне вернулся разум.

— Ничего мне не понравилось! — неожиданно подбегаю к нему в надежде чиркнуть его ножом по груди, но волк успевает перехватить нож рукой прям за лезвие.

По его руке начинает стекать темно-алая кровь, при виде которой мне чуть не поплохело. Но он продолжает стискивать лезвие своей ладонью, после чего резко вырывает столовый нож из моей руки.

Бросает его. Кровь капает на мраморный пол. Далее он поднимает на меня тяжелый взгляд.

— Алекс… — тяну его имя, смотря на его руку. — Пожалуйста… — подтягиваю простынь повыше и начинаю отступать назад, к столешнице, видя в каком он, черт возьми, гневе. Сейчас точно может зашибить с ладошки.

Но вместо того, чтобы орать и читать мне морали, как нельзя поступать, волк подбегает ко мне и срывает с меня простынь окровавленной рукой. Берет за талию, измазывая меня своей кровью и усаживает на столешницу, вклиниваясь между моих ног. И целует… целует…