Глава 40

Стражники принялись оборачиваться, явно имея в виду насовать тумаков тому, кто портит такое чудесное развлечение, но тут же поскучнели и принялись освобождать вход в таверну. Первым в зал ввалился Любомир с каким-то ящиком, подмигнул Зое и потащил ящик на второй этаж. За ним в дверь вошел толстенький усатый мужчина в котелке и длинном пальто. Следом забежал Виктор, торопливо поздоровался с Зоей и тут же удалился вместе с невестой и будущей тещей. Зоя с любопытством покосилась на лестницу, но сначала нужно было покормить страждущих. Хоть бы плова хватило! Да и компот заканчивается. А еще пироги! Мама дорогая, во что она ввязалась! Интересно, удастся сегодня хоть немного поспать? Не успели стражники закончить обед, как явились Янко и Борко с мукой, яйцами, творогом и прочими ингредиентами для выпечки. Памятуя о том, что других яиц достать негде, Зоя отобрала у них корзину еще во дворе и самолично отнесла в кухню. Быстро вымыв посуду, она поставила вариться гречневую кашу и говядину. Переживут стражники денек без плова, ничего с ними не сделается. Подступиться к компоту она не успела, потому что в кухню явился Любомир и принялся настойчиво тянуть ее наверх, бормоча что-то о том, что господин Теодор не может ждать столько времени. – У меня дел невпроворот! – возмутилась Зоя. – Какой еще господин Теодор? Что происходит? – Сейчас узнаешь, – подмигнул ей Любомир, распахнул дверь одной из гостевых комнат и втолкнул туда Зою. – Вижу, ваш жених сказал правду, у вас совсем нет свободного времени. Но поймите, я же должен успеть сшить платья и подогнать их по фигуре! – всплеснул руками расположившийся в комнате мужчина. – А вы меня возмутительно игнорируете! Стойте спокойно, я должен снять мерки. Вы же не хотите, чтобы праздничный наряд морщил, или, что еще хуже – жал?! Опешившая Зоя покорно согласилась, что выйти в люди в перекошенном наряде подобно социальной смерти, и принялась подчиняться приказаниям поднять руки, опустить руки, наклониться и повернуться. Когда дело дошло до содержимого таинственного ящика, у Зои зарябило в глазах. Ткани, ткани, всех цветов и оттенков, плотные и легкие, подчеркивающие фигуру и скрадывающие недостатки. Ленты и кружева, тесемки и декоративные шнуры, какая-то необыкновенная вышитая кайма… Зоя попыталась было заикнуться о цене всего этого великолепия, но портной весьма невежливо от нее отмахнулся. Тем временем с кухни явственно потянуло подгорающей кашей. Охнув, Зоя заверила господина Теодора, что полностью полагается на его художественный вкус, профессиональное чутье и многолетний опыт, и побежала спасать гречку. На кухне она обнаружила, что Любомир уже снял с огня кастрюлю, и готовить обед для стражников заново ей не придется. – Какое счастье! – обрадовалась Зоя. – Ты такой молодец! Вовремя похваленный Мирек воспылал энтузиазмом сделать еще что-нибудь полезное: – Чем тебе еще помочь? – Там, в кладовой, бочонок с капустой, – отозвалась Зоя. – Вот тебе миска, набирай с горкой. Будем готовить начинку для свадебных пирогов. И кстати о свадьбе, почему ты не предупредил меня, что привезешь портного? – Давай ты меня за это потом поругаешь, – проорал из кладовки Любомир. – Все равно нужно будет поссориться, чем не повод? Зоя хихикнула и заклинанием переправила на стол жбан для теста. Запах тушащейся капусты напрочь перебил все остальные кухонные ароматы. Зоя, поминутно сверяясь с поваренной книгой, готовила овсяную кашу. Поверх нее в пироги полагалось укладывать резаный лук и накрывать все это тестом. Представив себе дивный вкус готового продукта, Зоя содрогнулась, но менять что-то в рецепте свадебных пирогов не решилась. Отправив в печь первую партию выпечки, Зоя разложила остатки плова по тарелкам и позвала Мирека обедать. Или ужинать, кому как больше нравится. Тот охотно бросил щепать лучину, подсел к столу и принялся сосредоточенно жевать. – А добавки нет? – осведомился он через некоторое время. – Гречка только, – ответила Зоя. – Будешь? – Буду, – тяжело вздохнул ее жених. – Если нет плова, сойдет и она. Зое снова стало смешно. Всю жизнь ведь вареную крупу ел и нахваливал. А тут гляди-ка, гурман какой, кашу он ест только от безысходности. Задняя дверь кухни отворилась, и в помещение вплыл господин Теодор. – Пожалуйте наверх, на примерку, – строго сказал он. – Окончательная подгонка дело тонкое, а мне к утру обязательно нужно вернуться в Бобрянск! У меня такой плотный график! Вылет в село в него совершенно не вписывался, но ваш жених был так настойчив и убедителен! Любомир в углу давился от смеха и Зоя заподозрила, что с убедительностью что-то нечисто. – Пойдемте же! – настойчиво повторял портной. – Время не ждет! Зоя покосилась печь, но Мирек успокоил ее: – Иди, я справлюсь. Платьев было три, и Зоя так и не смогла понять, какое ей больше нравится. Нежно-зеленое, бархатное, расшитое лентами. Светло-серое с зелеными клиньями на юбке и нежной растительной вышивкой на лифе. Или темно-синее, закрытое, с двумя рядами золоченых пуговичек и меховой отделкой на воротнике, манжетах и подоле. – Вы не маг, вы настоящий волшебник, – с горящими глазами сообщила она господину Теодору. – Вы всего за полдня сотворили три настоящих чуда. Портной польщенно шевельнул усами и галантно ответил, что Зоина красота сама по себе ослепляет, и он был счастлив шить платья для молодой особы, у которой нет ни одного недостатка, а только лишь достоинства. А теперь не будет ли молодая особа так любезна оставить его, чтобы он мог закончить свою работу? Молодая особа немедленно избавила господина Теодора от своего присутствия и поспешила обратно в кухню. Любомир уже достал готовые пироги из печи и грустно вздыхал, глядя на мешок с рисом. Все еще находясь под впечатлением от платьев, и слабо соображая, что делает, Зоя замочила рис, нарезала лук и морковь, и только после этого вспомнила, что варить плов не собиралась. – Это все ты виноват, – выговаривала она Миреку, раскатывая очередной пласт теста. – Подай мне миску с луком, пожалуйста. Я думала каши наварить, и там какая-то птица битая еще осталась, а теперь что делать? – Плов? – рискнул предположить Любомир и ловко увернулся от полетевшей в него ложки. – Как можно неделями есть одно и то же? – задумчиво спросила Зоя и принялась выкладывать начинку в пироги. – Мне этот плов не лезет уже, а вы едите и едите. – Так вкусно же, – пожал плечами Мирек. – Надо есть, пока дают. – Вот буду тебя всю жизнь одним пловом кормить, – пригрозила Зоя и удалилась в кладовую за бараниной. Что поделать, не морить же жениха голодом. За всеми заботами время ужина наступило как-то внезапно. В числе явившихся в таверну стражников обнаружился рыжий Кузьма. Забившись в дальний угол, он недобро сверкал на Зою глазами. – Гречка… – разочарованно протянул кто-то. Остальные поддержали его нестройным гулом. – Тихо вы, – цыкнул Ратислав. – Госпожа магичка и так занята сверх меры. Чуете запах? Пироги печет, не иначе. Оттого и каша на ужин, да только радоваться надо, что каша, да с мясом. Али кто по рыбе соскучился? Стражники дружно заржали. – А только все одно это уже не поможет! – внезапно заявил Кузьма.