Глава 15

Лев – Лёва! – громкая цокая каблуками, за мной по коридору бежит Наташа. Останавливаюсь, дожидаясь, когда девушка нагонит меня. – Лёва! – повторяет, с разбега цепляясь пальцами за моё предплечье. – Мы не договорили утром. – Я так не думаю, – отрезаю коротко. – Нет, это так! – девушка продолжает капризничать, настаивая на своём. – Ты едешь с Турцию! – выдыхает возмущённо. – Не поверишь, я в курсе, – ухмыляюсь, не скрывая сарказма в голосе. Утром спорили на эту тему и вот опять. Надоело! – Я тоже теперь в курсе! – гневно топает ногой, отчего по приёмной разлетается противный звук от соприкосновения острого каблука с гранитом. Морщусь. Наташа воспринимает это на свой счёт, разумеется. – Я так противна тебе? Но почему? – девушка меняет тактику, больше не кричит, пытается выдавить слезу. – Ты знаешь, что это не так, – пытаюсь отцепить от себя руки подруги. – И я утром сто раз повторил: я пока не собираюсь жениться, хватит унижаться, Нат, правда, тебя это не красит, – высвобождаюсь из капкана и разворачиваюсь, чтобы уйти. – Это из-за той жирной курицы, да? – выплёвывает ядовито мне вслед. – Что? – поворачиваюсь вполоборота. – Какая курица7 Я не обедал ещё сегодня… – Лев, хватит делать из меня дуру, – надувает губы, а мне хочется съязвить, мол, она сама прекрасно справляется с этой задачей. Но я всё же деликатно молчу, подруга детства и бывшая девушка как-никак. Которая отказывается слышать меня, будто я ей обещал что-то в своё время. – Я про твою новую секретаршу. Правда, что ты её с собой берёшь в поездку? – двигается в мою сторону, упирая руки в бока. Надо же, всегда такая интеллигентная, и вдруг ведёт себя, как базарная баба. – Я еду по работе, – чеканю строго. По-хорошему, Наташа, похоже, понимать не хочет. Ещё и Майя – подстава подстав, зачем всему офису растрепала раньше времени о том, что едет со мной вместе? Надо бы ей выговор сделать. Неужели не понимает, что только себе хуже этим делает? – Неправда! – Лисицына снова переходит на писк, лицо искажается недовольной гримасой, вся прелесть вмиг испаряется. – Ты из-за неё от меня ушёл! Да что ж такое, а? – Наташа, я ни к кому-то ушёл, услышь меня! – тоже немного повышаю голос, в попытке достучаться до бывшей. – Я ушёл от тебя, причём уже очень давно, просто ты отказывалась признавать это. Видела то, чего давно уже нет. Прости, если я своими словами тебе больно делаю, но я считаю, так честнее, правда, – не знаю, зачем снова извиняюсь перед девушкой, ведь уже не раз повторял ей то же, что говорю сейчас. Мы действительно уже очень давно не были вместе, да и встречались в своё время недолго. А разговоры про свадьбу и вовсе результат бурной фантазии наших родителей. Но Наташа, в отличие от меня, отказывается признавать очевидное, усложняя жизнь и себе, и мне. Думает, я не знаю, что она тоже не святая и в перерывах между колупанием моего мозга по поводу свадьбы, сама встречается с фотографом из агентства своего отца? А меня за идиота держать пытается, пользуется тем, что я не привык грубить женщинам. – И кстати, Нат, – я уже собирался уходить, но снова останавливаюсь на несколько секунд, чтобы сказать: – Майя к нашим с тобой делам не имеет никакого отношения, а обзывать ни в чём невиноватую девчонку жирной курицей, ну такое… Тебе это не идёт, – поморщившись, ухожу в свой кабинет. На самом деле не понимаю, почему Наташа взъелась на мою секретаршу, ведь у нас исключительно рабочие отношения. Ну, взял я девушку с собой на презентацию, теперь вот в командировку беру. Что в этом такого? – Майя, зайди, – бросаю на ходу, проходя мимо стола секретарши. Она сидит, уткнувшись в клавиатуру, и будто бы боится поднять на меня взгляд. Ещё так засмущалась, когда я застукал их с Настей в кухне за болтовнёй. Не знаю, зачем подыграл девчонкам, делая вид, что мне интересно, есть у Майи парень или нет. На самом деле мне это совсем не интересно, ни капельки, вот вообще нет. Нет же? Только в голове неприятно скребёт от мысли, что Майе уже не пятнадцать, и она вполне себе может состоять в отношениях. Красивая ведь девушка, наверняка, очередь из кавалеров стоит. Тихий стук в дверь прогоняет глупые мысли. – Лев Константинович? – словно напуганная лань, секретарша робко заходит в мой кабинет. – Проходи, – подгоняю девушку. – Ты зачем всем растрепала, что со мной в Турцию отправляешься, м? – сразу перехожу в наступление, чтобы не дать девушке возможность придумать оправдание. Странно, но мне почему-то хочется разрушить эту иллюзию идеальной Майи, которая сложилась у меня в голове за время работы девушки здесь. – Я никому ничего не говорила, – мгновенно реагирует Аврорина. – Настя в курсе, но я не знаю, кто ей рассказал, – пожимает плечами. Не врёт, вижу, что правду говорит. Странно… Может, кто случайно услышал нас утром и растрепал? Офис ведь, все кругом снуют туда-сюда, не упуская возможности подслушать чужой разговор. – Лев Константинович, а можно мне завтра выходной взять? – спрашивает неожиданно. – Мы ведь улетаем через пару дней, а мне нужно… – Что нужно? – подгоняю девушку. – Ну? – К тёте съездить, – отвечает едва ли не шёпотом. – Она болеет, я хотела на новый год поехать, но теперь не получится ведь, – поджимает губы и опускает взгляд в пол. – Хм, – задумчиво потираю подбородок, – ну, можно конечно, а где тётя живёт? Сам не понимаю, зачем интересуюсь, но мне почему-то хочется узнать немного больше про Майю. И чтобы бояться меня перестала, а то она в последние дни будто спрятаться всё время пытается. – В соседнем городе, тут недалеко, я вернусь послезавтра, честно, – глаза становятся грустными-грустными. Вот партизанка, мне её пытать что ли? Ладно, сама напросилась. Приходиться слегка повысить голос, чтобы добиться названия населённого пункта. В конце концов, некоторым полезно не забывать, кто тут главный. – Знаешь, у меня там друг детства живёт, я давно с ним не виделся, – произношу задумчиво. И опять не могу понять логики своих действий, когда предлагаю девушке подбросить её к тёте. В этом же нет ничего такого… – Нет-нет, я сама, – произносит категорично. – Не стоит утруждаться из-за меня. Хмыкаю. Придумала, надо же. – А с чего ты взяла, что ради тебя утруждаюсь? Я же русским языком сказал: друг у меня там, его тоже надо поздравить перед новым годом, мы ведь уедем скоро, – в точности копирую её аргументы. – И тебя заодно проконтролирую, чтобы никуда не вляпалась. – Я? – широко распахивает без того огромные глаза. Ну да, этот аргумент не в кассу, Майя вроде не из тех, кто любит вляпываться в неприятности. Кто ж знал, что я сам эти неприятности нам устрою. На следующий день мы выезжаем пораньше утром, чтобы успеть вернуться к вечеру. Майя хочет больше времени провести с тётей. По дороге девушка молчит. То есть, не совсем молчит, она пытается несколько раз завести разговор, но у неё при этом такой тон, будто секретарша хочет сознаться в каком-то страшном преступлении. А что, если Майя думает отказаться от поездки в Турцию и теперь ищет варианты сообщить мне об этом? Ну, уж нет! Или пусть разговаривает на отвлечённые темы, или и вовсе молчит. Спустя час я высаживаю Майю возле центра реабилитации, нехило так удивляясь тому, где находится её тётка. И пока девушка общается с родственницей, я иду к руководству центра, чтобы поинтересоваться, не нужно ли чего. О том, чтобы ехать к другу, и речи нет. Конечно, я не соврал, и тут живёт мой одноклассник, но мы не общаемся настолько близко, чтобы я заезжал к нему в гости. Зато я очень содержательно побеседовал с главным врачом центра и оставил свои контакты на случай, если тётки Майи что-то понадобится. Уверен, что сама девушка мне точно жаловаться не станет, а просить о помощи и подавно. На обратном пути я неожиданно обнаруживаю, что не взял с собой водительское удостоверение. Как меня ещё гайцы не остановили – ума не приложу. – Водить умеешь? – интересуюсь у секретарши, в тайне надеясь на положительный ответ. – А? Я? – переспрашивает удивлённо. – Умею… А что? – Пересаживайся! – командую, освобождая водительское место. Огибаю машину, приоткрываю пассажирскую дверь и жду, когда Майя соизволит покинуть салон. – А может не надо, Лев Константинович? Сюда же мы доехали как-то, никто нас не остановил… – отнекивается девушка – Надо, Майя, надо, – продолжаю настаивать на своём. Конечно, если нас остановят, то «права» могут и по базе пробить, но всё же… Всё же мне хочется хоть немного посмотреть на Майю, а не на дорогу. И кстати, Аврорина так сексуально держит руль… Не знаю, как вообще руль можно держать сексуально, но у моей секретарши получается. Впрочем, у Майи многие вещи получаются отлично, и это и радует, и раздражает одновременно. – Я немного срежу, – сообщает девушка, сворачивая в сторону лесополосы. Мы уже находимся на подъезде к городу, в экономии времени необходимости нет никакой. И нет, чтобы запретить ей делать это, ведь небезопасно ничуть, но я послушно киваю, будто меня загипнотизировал кто. А вообще, очень странно на меня секретарша моя действует, прямо наваждение какое-то. – Я эти места с детства знаю, мы часто выезжали с тётей и дядей за город, на пикники, – щебечет с твёрдой уверенностью в мелодичном голосе. Проезжает ещё пару метров и… Машина «по уши» увязает в грязи. – Ой, – шепчет растерянно, понимая, что натворила. – Я нечаянно… Пересаживаюсь за руль. Пытаюсь хоть немного сдвинуть тачку с места, но ничего не выходит. Между тем на улице опускаются сумерки, а Майя оказывается не такой бесстрашной, как я думал. – Лев Константинович, что будем делать? – хнычет девушка. – Тут небезопасно оставаться, я слышала про одну банду… – Так, стоп! – поднимаю руку вверх. – Не нагнетай! – Но мне страшно… – жалуется, словно маленький ребёнок. – Мало ли что… Аврорина обнимает себя руками, а я тем временем вынимаю из нагрудного кармана пальто телефон и вызываю эвакуатор. – Перестань трястись, – как умею, успокаиваю подчинённую. – Скоро нас вытащат, не паникуй, – приказываю, не скрывая раздражения в голосе. Ну, чего она боится, не одна ведь в лесу? Со мной, а я в обиду девушку никогда не дам. Но кое-кто, кажется, во мне не уверен ни капельки, и это злит безумно. – Так, у ну-ка сюда иди, – подаюсь вперёд и притягиваю девушку к себе. Прижимаю к груди, машинально пробегаясь пальцами по мягким светлым локонам. Не сопротивляется – уже хорошо. – Не бойся, скоро приедет эвакуатор и заберёт нас, всё будет хорошо, – приговариваю, успокаивая маленькую паникёршу. Так-то, Майя уже давно не маленькая, двадцать пять лет как-никак, но сейчас она такая беззащитная, словно ребёнок, и мне очень хочется хоть немного усмирить её страх. Неожиданно ловлю себя на мысли, что никогда вот так просто не обнимал женщин, обычно ведь с противоположным полом время можно провести куда интереснее. Но сейчас у меня на уме ни одной пошлой мысли, по крайней мере, по отношению к Майе я стараюсь их контролировать. Делаю глубокий вдох: как пахнет вкусно. Это не какой-то дорогой элитный парфюм, нет. Скорее натуральный естественный запах, или, возможно, шампунь девушки пахнет так нежно. Так и зарылся бы носом в её волосы. К счастью, вдалеке начинают мелькать фары, а спустя несколько минут к нам подъезжает эвакуатор. С одной стороны, я огорчён этим, потому что мог бы вечность просидеть в обнимку с Майей, а с другой – так даже лучше. Я только радовался, что никаких пошлых мыслей в отношении Майи не испытываю, но от этих сладких объятий даже моя железная выдержка трещит по швам.