Глава 2

Михаил – Мерзавец! – Света с ненавистью смотрит своими голубыми глазищами. Большими копиями тех, что я встретил недавно во дворе детского дома. Получается, не зря мне показалось сходство. Нихрена не показалось. Ее кто-то успел обрюхатить… Принцесса… Непроизвольно сжимаю кулаки. Как же они сейчас «чешутся». И зубы скрипят. Что за урод посмел? Где этот будущий труп? Еле сдерживаю себя, чтобы не сорваться. Винить Свету, что кому-то доверилась, не хочу. Я сам был не подарок. Нет, не совсем так. Не хочу винить за то, что доверилась, да. А вот очень сильно наорать – жажду. – Как ты вообще посмел?! – продолжает прожигать глазами Света. – Не ожидала от тебя такого! – А я не ожидал, что ты тут же рванешь и ляжешь под кого-то! Так не терпелось ребеночка завести?! – все же не сдерживаюсь я. – И как твой муженек поживает? И где он сей… Договорить не успеваю. Новая пощечина обжигает щеку. Но тут понятно за что. Поэтому и пропускаю. Сам виноват. Реально. Не должен был ей такое говорить. Новый взмах руки девушки. Который, на этот раз, перехватываю. Нечего. Никому не позволяю с собой такого поведения, а тут… Вон, как Павлик ошарашено смотрит на эту сцену. Если начнет распускать язык и трепать небылицы про меня, в больничку отправлю «отдыхать». Это он должен понимать. Авторитет – святое. – Урод! – выплевывает мне в лицо Света, пытаясь вырвать свою руку из моего захвата. Губы дрожат. В сверкающих глазах застывшие слезы. Пустить их по щекам, плакать при мне, она себе не позволяет. Гордая. Да, я ей, наверное, сейчас больно сделал. Не физически. Она часто говорила про ребенка, когда мы были вместе. Очень хотела. Из-за этого сильно ссорились, особенно в последние месяцы. Ну какой тогда ребенок? И ее «мы и так неплохо живем» – чушь! Я в то время, считай, только «выстрелил». Бизнес в гору пошел. По-серьезному. Нужно было все держать на контроле и бустить рост. Пусть и все это было далеко не безопасно для здоровья. И жизни. К тому же, необходимо было поддерживать старые и заводить все новые и новые знакомства, связи в разных кругах. А это сопровождалось частыми посиделками не только в конференц-залах, но и в ресторанах, ночных клубах, дачах, саунах… И там конечно же были девочки разной степени развязности. И каждая из них тоже хотела урвать свой кусочек «счастья» с богатым «спонсором». А то и просто жаждала физического удовлетворения. Я держался. Иногда по грани проходил. Но не мог предать Свету. Всего себя сдерживал. Ради нее даже месяц в элитном гареме шейха вытерпел бы… А ребенок… Помимо мнения, что для него еще рано, была и другая причина. Самому себе сознаваться в ней трудно. Поэтому, стараюсь о ней не думать. В последнюю ссору со Светой она не хотела отпускать меня на очередную такую встречу с будущими очень выгодными партнерами. Опять завела пластинку про ребенка. Что нужно перестать ввязываться в опасные дела. Что она так больше не может. Она хочет обычного семейного счастья. Я только и пропадаю на встречах в окружении девиц. И слухи всякие про меня. Даже ее подружки про меня уже рассказывали небылицы, мол девицы, что подле моей компании крутятся, хвастаются о незабываемых ночах со мной в постели. Только эти Светины дуры-подруги сами ко мне лезли. Дули губки, когда посылал подальше. Ссорились и орали в тот последний раз мы около часа. Под конец я кипел. С дури на эмоциях высказался что-то типа насчет моего появившегося желания убежать на эту встречу в окружение девиц от Светы. Чтобы не слышать про детей. И вместо этого просто пользовать этих девиц ради удовольствия. Тут же понял, что ляпнул. Но было поздно. Света выкрикнула, что пойдет делать ребенка с тем, кто будет это ценить. И свалила, хлопнув дверью. А потом сообщение, чтобы больше не появлялся в ее жизни. На телефонные звонки слышал «абонент – не абонент». На ту встречу так и не поехал. Чуть всех попадавшихся на глаза не переубивал. Буянил. Под конец ночи оказался в КПЗ. Как? Даже не помню. Утром понял, что мы со Светой слишком долго были вместе. И нам точно нужно отдохнуть. Не делать друг другу мозги. Не причинять боль. И что оказалось? Отдохнули, мда… – Да, – соглашаюсь с высказыванием Светы, не торопясь отпускать ее руку. Словно магнит включился. Она слишком нежная и приятная. Как же я по этому прикосновению скучал… – Я не только урод. Но и подлец, козел, скотина, придурок и так далее. Но это не отменяет того факта, что ты выполнила свою угрозу. У тебя ребенок. И судя по возрасту, он появился довольно быстро после нашего расставания. Правда сразу побежала заводить? Смотрю в мокрые голубые озера. А там боль, горечь, обида… Обида? – Ты еще и дурак! Но… – выплевывает Света и сглатывает комок. Не договаривает фразу. Переключается на другую. – Ты из-за этого не хотел заводить ребенка? Ты ненавидишь детей? Что? – Какой же ты мерзавец! – продолжает девушка, снова превращаясь в комок ярости. – Поэтому ты решил выгнать всех из детского дома? Они в чем перед тобой виноваты? Как ты вообще посмел пойти на такое?! Ты же сам тут рос! Мы вместе с тобой росли! А ты решил все это разрушить! Разрушить будущее детей, как память об этом месте! Как тебе совесть позволяет вообще перешагивать порог этого дома?! От таких обвинений даже отпускаю руку Светы. – Не позволю! – шипит она. – Ты ни за что не получишь этот детский дом! И вон отсюда! Ты порочишь здание своим присутствием, иуда! А вот это она зря. Забыла, что указывать мне не стоит? Не позволит она? Выгоняет? Иуда? – Детский дом достанется мне, – заявляю уверенным и спокойным голосом. – И буду с ним делать все, что захочу. На самом деле, хотелось рвать и метать. Но я сдержался. Преобразил жгучую ярость в холодную. Несколько секунд тишины, сверление двух непримиримых пар глаз. Еще две пары смотрят по-разному. Одна со страхом, вторая с непониманием происходящего. А затем от деревянной лестницы доносится скрип ступеней и топот шагов. В кабинет вбегает давешняя девочка. – Фух! – она картинно выдыхает и вытирает рукавом несуществующий пот со лба. – О! Мама, а ты уже познакомилась с принцем?