Глава 14

Михаил Пока малолетние партизаны готовят новую пакость, у меня есть время на то, чтобы знаться делами. Правда, я не спешу. И снова откидываюсь на ковер из травы и кучи разноцветных кленовых листьев. Хорошо, что погода сухая. Давно я так не лежал, прямо на траве, пялясь ввысь. Замысловатые облака, рваные кусочки голубого неба между ними, нарядные красно-золотистые кроны деревьев, подсвеченные тускловатым солнышком. Красиво, загадочно и безмятежно – совершенно не так, как в обычной, будничной реальности. Когда был мелким пацаненком, часто рассматривал небо, лежа под кленами. Были моменты, когда рядом лежала маленькая Света. И мы спорили, какое облако на что похоже. Грозный космический боевой корабль против головы уснувшего на подушке бегемота. Жизнь казалась такой же безмятежной и неспешной, как и плывущие облака. Было же время… Мда… Для ребенка просто повалятся в траве – норма. Для взрослого же… Да и со стороны… Ладно. Поностальгировал и хватит. Дела не ждут. Отряхиваясь от листьев, спешу к строящемуся объекту. А мысли совсем не о делах. Думаю о том, что еще придумают дети. План про поцелуй Светы мне очень понравился. Специалисты по технадзору из сторонней организации подтверждают мои наблюдения и отчеты моих людей. Не зря я нанял именно эту строительную фирму. Дорогую, но работающую ответственно и по всем нормам. К заливке фундамента будущего комплекса все готово, работы произведены качественно, ни к чему не придраться. Особенно касается места под бассейн. Закладные под подвод коммуникаций проложены в нужном количестве и в правильных местах, арматура связана – выше всяческих похвал. Даю команду везти бетон. Специалистов по технадзору оставляю. Пусть проверяют качество раствора, что должны скоро привезти, ну и другие моменты в работе. Пока ждем, знакомлюсь с остальными отчетами и выслушиваю ответственных за строительные объекты. В какой-то момент оборачиваюсь на здание детского дома. Отсюда хорошо виден торец крайнего крыла строения. И окна директора на втором этаже. А в них две фигуры. И если мужская, директора, продолжает наблюдать за ходом работ, то женская, в которой узнаю Свету, тут же прячется. Мои губы слегка расползаются в довольной улыбке. На длинную цепочку из бетоновозов сбегается почти вся малышня детского дома. Им отчего-то интересно смотреть, как раз за разом машины сливают раствор в большой котлован под будущий бассейн. Отдельной группой стоит партизанская шайка-лейка во главе с Юлей. Даже от придумывания плана «В-э», а может и «Г-э» оторвались, сюда прибежали. Они и подходят ближе всех, пока остальные смотрят издали. Партизаны хмурятся, лупят глаза, показывают пальцами, объясняют что-то друг другу. Юля осмеливается выйти на переговоры. Хмуря бровки и пытаясь придать своему милому личику грозный вид, подходит ко мне ближе. Указывает пальчиком в разливающееся «бетонное озеро». И спрашивает приказным тоном не терпящим возражений: – Это что такое делается? Остальная шайка-лейка срывается и подбегает ближе, чтобы услышать мой ответ. – Что, интересно стало? – вместо ответа спрашиваю я. На «ага» и «да-а» от другой малышни Юля шикает. А мне говорит, скрестив ручки на груди: – Вообще не интересно. Просто спросила. – Мы плосто хотим знать, – поддакивает малышка рядом. – Значит так, – потираю я руки. – Тут на стройке нужно придерживаться правилам безопасности. И если хотите, чтобы я вам все объяснил, а вы посмотрели, как все делается, вам нужны каски. – Каски?! – Настоящие? – А пулю выдержит? – А ракету? – А кирпич? – А если упасть головой вниз? Пока на меня сыпятся вопросы от восторженной малышни, прошу одного из работяг принести нужное количество со склада. Как раз только заказывал дополнительную партию. Это на случай какой-либо проверки, если проверяющие будут слишком придираться к мелочам. Даже не существующим. Мало ли кто из «доброжелателей» решит кого натравить на объект. Через пятнадцать минут отряд партизан превращается в оранжевоголовых гномиков. Каски, конечно, им сильно велики. Но держатся за счет креплений. И говорят, что удобно. Двоих балбесов приходится разводить в стороны, подальше друг от друга. Они додумались в баранов поиграть. Стучались и бодались касками на головах. Потом развожу еще несколько рябят, так как дурной пример заразителен. А затем приходится пригрозить всем, что отниму каски. Угроза действует. Гномий отряд готов слушать. – Здесь будет бассейн, – объявляю я. Реакция следует незамедлительно: – Че? – ЧО?! – Плавда? – Реальный бассейн? – Прямо настоящий?! – Такой огромный?! – А в нем можно будет плавать?! – А там горки будут? – Бассейн самый настоящий, – отвечаю малышне. – Да, большой. И плавать будет можно. – А зачем трупам бассейн? – вдруг спрашивает один из мальчиков постарше. Чего? Каким еще трупам? Последний вопрос задаю вслух. В голову закрадывается мысль, что мальчик о себе и других детях так говорит? Чего им наплели? Что они все тут умрут? Что за бред? – Так это… – чешет затылок пацан. – Лешка Матюшкин сказал, что вместо детского дома морг построят. И будут трупы тут везде лежать. Много-много трупов. – Ну и дурак ты! – отмахивается от мальчика Юля. – Матюшкин врет всегда. – Вседа влет! – машет кулачком самая младшая. – Да, тут будет большая баня, – предлагает вариант другой мальчик. – В городе есть такие. Заходишь в такую, и тебе жарко. А потом, раз, и в бассейн прыгаешь. Там дяди и тети всякие отдыхают. – Лучше бы для детей что-нибудь построили! – топает ножкой недовольная Юля. – Для всяких дядь и всяких теть и так всего много. – Тут будет несколько комнат-саун, – соглашаюсь я. – Но в бассейне будут плавать не дяди и тети. – А кто же? – слышу закономерный вопрос. – Дети. После моего ответа лица малышей вытягиваются от удивления. – Это что, вместо нас тут другие дети будут жить? – удивляется кто-то. – А мы где жить будем? Обида, возмущение. Решаю всех немного успокоить. – А кто сказал, что вы тут жить не будете? Теперь на меня из-под касок взирают еще больше вытянутые лица с сильнее распахнутыми глазами. Ну точно, волшебные гномики.