Глава 19. Лазейка

Мы покинули прежнее жилище в одиннадцатом часу. Я решила повременить с выходом. С утра пораньше молодая женщина и девочка-подросток будут смотреться на городских улицах подозрительно. Тем более женщина, портреты которой напечатали во всех газетах. С чего бы новоявленной леди Льюис выскакивать спозаранку? А так будет выглядеть, словно мы с младшей сестрой вышли на променад после завтрака. Прогуливаемся себе спокойно вдоль набережной или по дорожкам в сквере недалеко от дома.

— Не торопись, иди медленнее, — то и дело напоминала я Джоди. — Мы скоро доберемся до «Пристанища духов», обещаю. Но надо поддерживать легенду. Мало ли кто нас увидит.

— А можно побыстрее… хм… поддерживать?

Мелкая нервничала и жаждала поскорее оказаться в укрытии. На нее влияла особенная ночь, прошедшая не по плану. И дело было не только во встрече с охотниками и прятках в туннеле. Джоди не отбегала положенное, не размяла лапы, как следует, и теперь ее немного лихорадило. Нет, серьезный недуг ей не грозил. Перекидка и пробежка по лесным тропам всё же имели место быть. Но лучше в ближайшие дни дать ей еще порезвиться в лисьем обличье. Во избежание проблем со здоровьем.

Вот только как это сделать?

— Леди Льюис, какая встреча!

Я чуть не рухнула на дорожку из серого кирпича.

Перед нами стоял Грейсон. Собственной треклятой персоной.

— Доброе утро… Хм… день, — пробормотала я, силясь взять себя в руки.

Нельзя выглядеть подозрительно. Никак нельзя.

— Прогуливаетесь? — спросил он с улыбкой. Неприятной улыбкой.

— Да. Погода просто отличная, не правда ли?

— Правда. Вот я и вышел прогреть кости на солнце, — Грейсон перевел взгляд на притихшую Джоди. — Какое очаровательное создание.

Мелкая тут же шагнула за мою спину, а я чуть не застонала. Да что она творит! То ни черта не боится, то рушит всю конспирацию на корню.

— Извините мою сестру, господин Грейсон, — я выдавила улыбку. — Она очень стеснительная. А вы… Вас постоянно показывают по телевизору. Вы очень важный человек. Она к подобному не привыкла.

— Ничего страшного, — заверил наш враг и бесцеремонно взял меня за локоть. — Сабрина, не уделишь мне минуточку наедине? Есть личный разговор.

Сердце ускакало в пятки. Почти в буквальном смысле.

Неужели, ночью произошло нечто ужасное? С Джонатаном? Но мы всё утро держали телевизор включенным. В новостях не было ни слова о масштабных облавах.

— Да, конечно, — пробормотала я, пока меня тащили в сторону от белой, как мел, сестренки.

— Что еще ты узнала о новоявленном муженьке? — спросил Грейсон жестко, едва мы оказались на расстоянии от Джоди. — Говори, Сабрина. Мне осточертело ждать.

— Я… я… — мысли в голове неслись галопом.

— Сегодня ночью я приказал устроить облаву в Огненном и окрестностях. Втайне от Джонатана. Но он каким-то образом узнал и явился. Ты в курсе, кто ему сообщил?

— Нет. Я…

— Ты совершенно бесполезна!

Глаза с полопавшими капиллярами нехорошо сузились, а пальцы вцепились в руку так сильно, что того гляди кость сломают.

— Но я же сообщила, что Джонатан подозревает кого-то влиятельного, — пролепетала я, пытаясь защититься.

Ох уж эта Аманда. Могла бы предоставить новые «сведения». Грейсон ведь прав. С его точки зрения, толку от меня ноль.

— Кого именно подозревает Джонатан?

— Я не уверена…

— Говори! — он резко вывернул мне руку.

От боли потемнело в глазах, и я отчаянно сопротивлялась звериному желанию вцепиться в обидчика зубами.

— Ну же! Иначе…

— Стоуна! — выпалила я первую фамилию, что пришла в голову. — Джонатан подозревает Оливера Стоуна!

От неожиданности Грейсон отпустил мою руку.

— Стоуна? Что за бред? Он ярый борец с оборотнями и на короткой ноге с мэром. Жаждет отправить этих зверушек на манеж.

— Почему же бред? — проговорила я и попятилась на всякий случай. — Отличное прикрытие. Такого человека сложно заподозрить. Ну а затея с цирком… У Стоуна же дочь. Он готов ради ее защиты принести в жертву кого угодно. Неважно, что другие оборотни окажутся на арене. Главное, что ненаглядная Мариэтта останется на свободе. Джонатан подозревает, что она — та лисица, которую видели в лесу. И у нее есть жених. Другой тайный оборотень. Думаете, ее папенька случайно натравил на нас с Джонатаном газетчиков? Он опасается главного охотника. Надеялся обезвредить его тем скандалом.

Ох, ну меня и понесло! Я сама не поняла, как умудрилась придумать эту стройную теорию за считанные секунды. Возможно, Аманде она не понравится, и у нее был другой кандидат в лисы. Но уж извините. Что пришло в голову, то пришло.

— Интересные мысли у твоего муженька, — протянул Грейсон, поглаживая подбородок. — Еще бы узнать факты, которые на них натолкнули.

— Это мне неведомо, — я уставилась вниз, изображая простушку, но потом вспомнила, что на этого опасного человека подобное не действует, и посмотрела прямо в глаза.

— Что ж не доложила о Стоуне? — Грейсон снова попытался взять меня на локоть, но я увернулась.

— Надеялась узнать еще что-то полезное. В смысле конкретное. Это же Стоун. Вы сами сказали, он дружит с мэром. Вдруг Джонатан ошибается насчет него, а вы… вы уже того… что-нибудь предпримете. Я же потом крайней останусь.

Грейсон глянул снисходительно. Мол, за кого ты меня принимаешь, глупая девчонка. Такой, как я, не действует сгоряча, а сначала просчитывает ходы.

— Постарайся разузнать подробности, зря что ли теперь зовешься женой главного охотника, — велел он грозно и добавил: — Свободна.

Дважды говорить не требовалось. Я схватила за руку Джоди и рванула в «Пристанище духов». Хватит, нагулялись.

****

Мы с Джонатаном вернулись в «Пристанище духов» одновременно. При виде нас с Джоди он выдохнул с облегчением и вытер пот со лба.

— Я звонил сюда рано утром, но Валентайн сказал, вы не вернулись.

— Ох, надо было позвонить в особняк, — пробормотала я виновато. — Прости, не сообразила. Ночка выдалась насыщенной. Да и утро тоже. Мы переночевали у Фейт. Старый дом недалеко от выхода из туннеля. А потом изображали невинную прогулку. Вот только… только… — я покосилась на навострившую уши сестру. — Джоди, иди отдохни.

Я понимала, что она подслушает, если захочет. И всё же хотелось спровадить ее подальше. Хотелось остаться с Джонатаном наедине. Создать видимость личного разговора. А еще… еще я жаждала прижаться к нему, уткнуться лицом в грудь. Ибо страха натерпелась на недели вперед. И за себя, и за сестру, и за него.

— Ты в порядке? — спросил Джонатан мягко, когда шаги Джоди стихли на лестнице.

— Нет, — призналась я честно и сделала то, что собиралась: прильнула к мужу, крепко обхватив его туловище руками. — Устала. Сил никаких. Ни моральных, ни физических. Еще и чертов Грейсон пристал.

— Что-о-о? — Джонатан резко отстранил меня от себя, чтобы посмотреть в глаза. — Ты видела этого гада ползучего?

— Да, — я закивала, едва сдерживая слезы усталости. — Он подошел к нам, когда мы изображали прогулку. Отвел меня в сторону от Джоди. Даже не отвел, бесцеремонно оттащил, чтобы напомнить, что я обязана шпионить.

— Что ты ему сказала? — Джонатан осторожно коснулся моих волос.

Он не требовал ответа. Просто спрашивал. Беспокоился, но, кажется, больше за меня, чем за себя. Это было так странно, так непривычно.

— Я… я сказала… сказала…

Я понимала, что нужно признаваться. Хотя бы частично. Не упоминать участие Аманды в «обработке» Грейсона. Но всё остальное рассказать, как на духу. Потому что я выдала нашему неприятелю та-акое, что может серьезно аукнуться. Ударить по нам всем.

— Я поступила глупо, но само вырвалось. Это было первое, что пришло на ум. Грейсон хотел знать полезные сведения о тебе, давил и я… Я сказала, что ты ведешь собственное расследование. Подозреваешь влиятельного чиновника в том, что он оборотень. А когда Грейсон спросил, кого именно, я назвала Оливера Стоуна. Прости меня! Сама не знаю, как так вышло. Мне… мне очень жаль, Джонатан.

Я ожидала бури. Ругани или просто упрёков. Но он вдруг рассмеялся.

— Ну и ну, — протянул, вытирая заслезившийся глаз. — Вот это версия, Сабрина. Я бы сам не сообразил выдать такое.

— У нас будут проблемы? — спросила я, не понимая его реакцию. Этот смех — просто смех или нечто истерическое, вырвавшееся в ответ на безумное признание?

— Возможно, будут, — Джонатан притянул меня к себе. — А может, два паука пережалят друг друга. И поделом.

— Но…

— Не переживай ни о чем, Сабрина. Что сделано, то сделано. И поверь, я не считаю это ужасным поступком. Ты действовала по обстоятельствам, а Грейсон получил пищу для размышлений и на время отстанет.

— Отстанет ли? — усомнилась я. — Он приказал устроить облавы. И возможно, не в последний раз. Далеко не в последний.

— Скорее всего, — согласился Джонатан неохотно. — Я пытался выяснить, какая муха укусила Грейсона. Вчера ему донесли, что накануне ночью в городе снова видели лису. Она завернула в подворотню и исчезла. Как твой братец.

— Кто-то из стаи, — прошептала я.

— Наверняка. Грейсон получил донесение и взбесился. Мол, лисы бродят по Огненному, а охотники не справляются. За столько недель никого не поймали. Вот и объявил масштабную ловлю.

Я сжала кулаки. Грейсон взбесился, видите ли! А мы, можно подумать, не злимся, когда нас преследуют, как диких зверей!

— Никого ведь не поймали? В новостях ни слова.

По лицу Джонатана прошла тень.

— Вообще-то поймали, но пока не объявляли. Схватили лиса. На окраине города. На пустыре. Нет-нет, это не твой брат! — поспешил заверить супруг, когда я испуганно ахнула. — Однако… Он точно не из стаи. Иначе бы стал невидимкой, верно? Этот лис не смог. Позже ему пришлось перекинуться в человека. Личность уже установлена. Его зовут Роберт Глайд. Подозреваю, это твой… хм… старый знакомый.

Я закрыла лицо ладонями и всхлипнула.

Да, это был он! Роберт! Тайный лис, который много лет жил в Огненном, и мой первый любовник. Ох, ну как же так? Он всегда был невероятно осторожен!

— Мне жаль, Сабрина, — проговорил Джонатан мягко.

Я отняла руки от лица, испугавшись, что он ревнует к Роберту. Мой бывший в беде, а я готова разреветься.

— Я не… мы с ним давно не… Просто… просто… Он один из нас.

— И знает ваши имена, — напомнил Джонатан.

— Знает. Но не выдаст. Ни за что. Роберт вырос в настоящей стае. Такие лисы за своих горой. Он скорее умрет, чем погубит сородичей.

Я помолчала, горестно вздыхая. Не верилось, что друг в руках охотников.

— Что с ним будет? — спросила после паузы.

— Ты знаешь ответ.

— Цирк?

— Да. Мэр и Стоун давно жаждали заполучить рыжего артиста.

— Роберт не выйдет на арену, — прошептала я и поёжилась. — Он не позволит выставлять себя на потеху публике.

— У него не будет выбора. То есть, будет, но альтернатива хуже. Гораздо хуже.

На глаза навернулись слёзы.

— Ты не понимаешь, Джонатан! — вскричала я с горечью. — Роберт — лис старой закалки. Настоящий лис. Он не позволит лишить себя свободы. Он выберет смерть, потому что она большая свобода, чем то, чего хотят мэр и Стоун.

— Мне очень жаль, Сабрина, — повторил Джонатан прежнюю фразу.

Муж давал понять, что ничего не может сделать. Не потому что не хочет, а именно не может. Он не в силах вмешаться в судьбу Роберта, не подставив под удар себя и нас. Джонатан давал понять, что мне придется с этим смириться. Смириться со страшной участью небезразличного мне лиса.

— Надеюсь, однажды эти люди за всё ответят, — бросила я и пошла к лестнице.

Хотелось побыть одной. Без Джонатана. Наедине с горечью и усталостью от всего на свете.

****

Настоящие слёзы так и не пролились. Я просто сидела на постели и смотрела в одну точку. Думала о Роберте. За себя не боялась. Не сомневалась в стойкости бывшего любовника. Горевала о его незавидной судьбе. И злилась на несправедливость мира. Да-да, в прежние времена оборотни сами обижали людей, но с тех пор сменились поколения. Мы никому ничего дурного не делали. Мы просто хотели спокойно жить. Быть собой и не расплачиваться за это заключением в темнице или бредовым выступлением на арене.

Неужели, не существует способа это прекратить?

Постепенно мысли перетекли к сестрам и их будущему. У Джоди уже сейчас проблемы. Надо бегать в лисьем обличье, а это становится всё опаснее. Не успею я оглянуться, как она из подростка превратится во взрослую девушку. И что тогда? Где искать ей подходящую пару? В стае Аманды? Вариант, конечно. Но при условии, что вздорная глава этой самой стаи захочет принять Джоди. Меня-то там никто видеть не хочет. С Фейт, казалось бы, всё проще. Она оборотень, лишенный сил. Но ее дети способны получить лисьи способности. Они окажутся полукровками, если сестра выберет в мужья человека. И их тоже вряд ли ждёт безоблачная жизнь.

Фейт, правда, может сделать с ними то же, что сотворил с ней самой наш отец.

Но ведь это не выход. Не выход!

— Фейт… Ох, Фейт!

Я хлопнула себя по лбу, вспомнив о важном.

Книга! Та, которую дала сестра нынче ночью!

Пора с ней познакомиться. Вдруг там, правда, найдется нечто важное о «Пристанище духов» и его особенности. О другой стороне.

— Джеймс Роджерс, — прочитала я имя автора, достав книгу из сумки. — Что ж, господин Роджерс, посмотрим, чем вы нас удивите. И удивите ли.

Поначалу показалось, что ничем. Автор (причем довольно скучно) описывал историю семей Льюис и Рейнхарт. Чуть ли не всю родословную собрал. И только потом перешел к важным вещам. К мистическим обрядам, которые проводил Иоганн Рейнхарт. Тем, что превратили особняк Льюисов в странное, если не сказать безумное место. Роджерс не вдавался в подробности всего, что вытворял в замке Рейнхарт. Написал лишь, что многие обряды у нормальных людей вызвали бы отвращение. Однако отметил, какую именно цель преследовал Рейнхарт. Он искал способ победить смерть. Ни больше и не меньше! Надеялся обрести бессмертие! Я чуть не расхохоталась истерически. Ведь этот одержимый человек в каком-то смысле его нашел. Правда, не для себя. А для жены, сошедшей с ума в плену на той стороне, и для служанки Сары — матери Китти. Сам же Рейнхарт, похоже, сгинул.

Или… не совсем.

Была у Роджерса одна невероятная версия. Он считал, что крыло «Пристанища духов» обрушилось не просто так. Виной тому стал хозяин проклятого замка, добившийся цели.

«Иоганн Рейнхарт сумел-таки победить смерть», — писал автор. — «Его дух всё ещё в нашем мире. Он отобрал у живых половину особняка и теперь обитает там».

— А ведь вы не сильно ошиблись, господин Роджерс, — усмехнулась я горько. — Часть «Пристанища духов» впрямь отобрали. Да только сюда перенесся целый замок вместо его хозяина. Еще бы понять, как с ним бороться.

Оказалось, автор знал ответ и на этот вопрос. Точнее, предполагал.

«Дух Рейнхарда очень силен. Он держится за этот мир крепко, и, кажется, изменить это невозможно. Однако есть одна лазейка. Уничтожить дух Рейнхарда и проклятье можно лишь одним способом. Очищающий огонь — вот решение проблемы. Спалите «Пристанище духов» дотла, и всё закончится!»

Я поежилась и отбросила книгу.

Тоже мне решение! Это точно не наш вариант. Мы не можем спалить особняк. Нам ведь требуется не уничтожить дух Рейнхарда, а сделать нечто иное. Если при пожаре та сторона будет стерта, вместе с ней сгинут и ее обитатели. Ладно еще сошедшая с ума госпожа Рейнхарт. Но вместе с ней там живут Джулия и мама Китти.

В дверь постучали.

— Войдите! — крикнула я, ожидая увидеть Валентайна или горничную.

Однако на пороге появился Джонатан.

— Не был уверен, что ты хочешь меня видеть. Но мне не понравилось, как закончился наш разговор. Не хочу, чтобы ты думала, что я отказываюсь помогать Роберту из-за страха за себя.

— Не беспокойся, — я выставила руки вперед. — Я всё понимаю, Джонатан. Правда. Нельзя рисковать всеми нами. Слишком опасно. Я бы и сама не позволила вмешиваться. Давай не будет говорить об этом. Лучше взгляни, — я показала ему книгу и объяснила ее происхождение.

— Есть что-то полезное? — спросил он, усаживаясь рядом со мной на кровать.

— И да, и нет.

Я пересказала сведения, которые почерпнула в книге. Джонатан сильнее хмурился с каждым моим словом, а под конец сжал кулаки.

— Сжечь особняк? Какая прелесть!

— Прости, я лишь передаю мнение автора книги. Мне идея тоже совершенно не пришлась по душе. Но в чем-то Роджерс прав. Обитатели замка получили бессмертие. Рейнхарт преуспел, пусть результат и получился неожиданным.

— Лучше б этот Роджерс поведал, как вызволить пленников той стороны, вместо того, чтобы предлагать радикальные меры, — проворчал Джонатан. — Знаешь, я почти смирился с тем, что сестру не спасти. Думал, она так и будет жить там. Печальная жизнь, но жизнь. Однако потом появился твой братец и перевернул все с ног на голову.

Я предпочла не обсуждать Клайда и его поведение. Не хватало, чтобы мы с Джонатаном из-за него ссорились.

— Кладку кто-нибудь охраняет? — спросила будничным тоном.

— Валентайн. И твоя сестренка рядом крутится.

— Я же велела ей отдыхать.

— Она не послушалась. Женщины в вашей семье всё делают по-своему.

«В твоей тоже», — съязвила я мысленно. — «Что Джулия, что Аманда».

— Ты бы сама отдохнула, — Джонатан коснулся пряди моих волос и заправил за ухо.

— Да, не помешает, — пробормотала я, осознав вдруг, как сильно вымотана.

Сейчас бы уснуть и проспать сутки напролет.

Однако…

— ААААААааааа!

Мы с Джонатаном оба подпрыгнули на кровати, услышав вопль Валентайна снизу. А потом вскочили с кровати и кинулись из спальни, по дороге столкнувшись в дверях.

— Джоди… — сорвалось с губ шелестом ветра.

Она ведь внизу. Вместе с дворецким!

Джонатан успел добраться до кладки первым. Я отстала на пару десятков шагов.

— Проклятье! — выругался он.

Я, добежав, только тихо охнула, прижав ладони к губам, будто борясь с тошнотой.

Валентайн, которому опять досталось, выглядел плачевно. Он прижимал окровавленную руку к груди, а алые капли падали и падали на ковер.

— Простите, — проговорил он хрипло. — Я не… не сумел…

— Где Джоди, Валентайн? — спросил Джонатан, а голос дрогнул.

Дворецкий испуганно покосился на меня, потом вновь перевел взгляд на господина.

— За стеной. Девочка пыталась бороться с вашей сестрой, перекинулась в лису. Но Джулия оказалась сильнее, забрала ее с собой. За стену. Велела передать, что отпустит, если… Если ей вернут жениха.

Я ничего не сказала. Не смогла. Просто прислонилась к стене и сползла на пол.