Глава 21. Решение волчицы

— Главное, не оборачивайся, — раздался в спину голос тётки. — Просто иди.

Я едва сдержала ругательство. Вот зачем она это сказала? Естественно сразу накрыло желание не просто обернуться, а кинуться назад. К свету и теплу. В мир живых. Но я справилась с минутной слабостью и зашагала дальше по извивающемуся змейкой коридору. Меня окружала тьма, свеча почти не освещала путь. Лишь позволяла видеть стены с обеих сторон и не врезаться в них. Холод и сырость пробирали насквозь. Казалось, сами кости покрылись слоем инея.

Но постепенно глаза привыкли к скудному освещению, и я начала различать предметы вокруг. Первая комната, что попалась на пути, оказалось той самой гостиной, в которой я побывала в прошлый раз. Удивительное дело! Когда я прошла сквозь стену, схватившись за хвост Джулии, сразу оказалась в ней. Нынче же пришлось сначала миновать коридор. Быть может, он — это некий раздел между мирами? Грань между жизнью и смертью. Именно смертью, потому что, увидев истинный облик замка, я четко осознала, что здесь всё давным-давно мертво.

Та же гостиная, показавшаяся в прошлый визит уютной и антикварной, сейчас выглядела жутко. На потрескавшихся половицах слои вековой пыли, ковры истончились, продырявились, мебель того гляди рассыплется. А еще… Еще я ощутила взгляд. Пронизывающий, заглядывающий прямиком в душу. Будто сами стены меня изучали. Возможно, так и было. Тётушка же сказала, что Иоганн Рейнхарт не сгинул в небытие. Он теперь и есть замок.

Я отчаянно пыталась вспомнить, куда идти дальше. До комнаты Джулии меня вела Сара. Мимо десятка разных помещений, считая бильярдную. Обратно я шла с самой хвостатой бестией и, честно говоря, не очень смотрела по сторонам. А зря. Ох, хоть бы рояль заиграл, я бы поняла, в какую сторону двигаться. Но он молчал. Надежды услышать голос Джоди тоже таяли на глазах. В замке царила потусторонняя тишина. Единственными звуками были треск свечи, мои шаги и тревожный стук сердца.

Позвать сестру я не решалось. Казалось, стоит заговорить, всё вокруг обрушится.

Я вышла из гостиной обратно в коридор и пошла наугад. Не стоять же на месте. Теперь к сырости прибавился и затхлый запах, а подчас и гнилой. Я открывала каждую попадающуюся на пути дверь, с отвращением касаясь покрытых плесенью ручек, и тут же закрывала, ибо запах становился невыносимым. Увы, комната Джулии всё не попадалась. Может, она вообще в другой стороне, а я выбрала неправильное направление? Замок-то не маленький. Хоть бы кто-то попался на пути, что ли! Госпожа Рейнхарт, а лучше Сара.

Стоило о них подумать, как до слуха донесся тихий плач вдалеке.

Неужели, Джоди?!

Я зашагала быстрее, опасаясь бежать. Уж слишком негодующе скрипел пол под ногами, хотелось ступать как можно осторожнее.

Она сидела в углу, закрыв лицо ладонями. Нет, не Джоди. Пожилая дама, в которой я узнала хозяйку этого проклятого места. Точнее, сошедшую с ума супругу хозяина.

— Леди Рейнхарт, — обратилась я к ней, опускаясь на корточки. — Вы не подскажете, где комната Джулии?

Она посмотрела на меня бессмысленным взглядом. Совершенно пустым, безжизненным. Даже у тети Маргарет я такого не видела. Вот уж, действительно, труп.

— Не говори с ней. Без толку.

— Ох…

Я не услышала, как сзади подошла Сара. Она сделала это беззвучно, будто не пришла, а появилась из ниоткуда, соткалась из затхлого воздуха.

— Джулия забрала мою сестру. Поможешь ее найти? Мне нужно поскорее…

Я осеклась. Свеча полностью осветила Сару, и мое сердце почти остановилось. Ее лицо покрывали синюшные пятна. Не синяки, а… Я предпочла не додумывать, что это такое.

— Пойдем, — она сделала приглашающий жест рукой, выглядящей не лучше, чем лицо.

Я подчинилась, хотя ноги подкашивались и едва держали. Находиться рядом с ней было невыносимо, но я понимала, что иначе Джоди не найти. Надо сотрудничать. Даже с теми, кто давно не живет.

— Как дела у Китти? — спросила Сара по дороге.

— Хорошо. Отлично выглядит. И чувствует себя тоже. Правда немного страдает от бессонницы.

— Это потому, что она жила здесь. Это место всё ещё тянет к ней лапы. Пусть уедет из «Пристанища духов». Чем дальше от грани, тем лучше.

— Кажется, мы выяснили способ, как оставить Джулию в нашем мире, — добавила я. — Только не уверены, что она захочет.

Раньше я боялась открыть рот, теперь пугало молчание. Звук собственного голоса придавал сил, напоминал, что я не мертва, в отличие от всех и всего вокруг.

— Почему не захочет? — удивилась Сара. — Она отчаянно рвется отсюда.

— Чтобы остаться там, ей придется перестать быть лисой. А ее возлюбленный не способен перекидываться в человека. Это их разделит.

— Вон оно что, — протянула Сара. — Видно, другим придется сделать выбор за них. Джулия безумна. Похищение ребёнка тому доказательство. Она перешла все границы.

— Вы видели Джоди? — спросила я с тревогой и надеждой одновременно.

— Да. Она в комнате Джулии. Напугана. Она видит всё вокруг настоящим. Прямо как ты сейчас.

— Откуда вы…

— Я же замечаю, как ты на меня косишься, рыжая. Я тебя пугаю.

— Нет. То есть, немного, — призналась я неохотно. — Само это место пробирает до дрожи. Получается, Джулия никогда не видела его таким?

— Видела, конечно. Мы все видели. Когда впервые оказались здесь. Но потом замок завладел нами, отравил. Потому и преобразился в наших глазах, чтобы плен не казался таким уж адом. Но леди Рейнхарт всё равно не оправилась. Так и осталась не в себе. Ты в прошлый раз прошла через Джулию. Потому, видно, глядела на всё ее глазами, не своими.

— Но Джоди тоже…

— Она ребёнок. Дети всегда восприимчивее. Китти долго видела замок мертвым. Гораздо дольше, чем я.

— Скажите, а вы сможете выйти, если я попытаюсь…

Сара остановилась и посмотрела на меня горько.

— Ты знаешь ответ, рыжая. Моя дочь смогла покинуть это трижды проклятое место из-за юного возраста. Замок способен сделать детей вечными пленниками, но не убить. Для меня и леди Рейнхарт всё кончено. Единственное, на что мы можем надеяться, это на иную свободу. На покой. Кстати, — Сара кивнула на ближайшую дверь. — Мы пришли. Это спальня Джулии.

Я покосилась на дверь, ощутив приступ паники и абсолютной беспомощности. Следовало войти внутрь и забрать Джоди. Но ведь Джулия не сдастся без боя. Определенно не сдастся. А Сара в войне не помощник. Она ясно дала это понять, отступив в сторону.

— Да чтоб вас всех! — прошипела я под нос и рывком дернула за ручку.

В конце концов, Джоди — не младенец, лежащий в колыбели, а лиса-подросток. В прошлый раз мы сообща справились с сестричкой Джонатана.

Эта комната выглядела удручающе, как и все остальные. Стены обшарпанные, рояль поломан, матрац на кровати продавлен и в желтых пятнах. Правда, запах гнили отсутствовал. Видно, обитательница всё же считалась живой.

— Где Клайд? — она рванула мне навстречу, вставая между мной и сестренкой, забившейся в угол, будто лесной зверек, которому больше некуда бежать.

— У твоей матери. Договаривайся с ней. А мне нужна Джоди.

— Ты не ее получишь, если не вернешь мне Клайда.

— Клайда, сестру которого ты украла и приговорила к страшной участи? Это же его кровь! Ты не понимаешь?

Я смотрела в ее посеревшее лицо. Не столь кошмарное, как у Сары, но совершенно нездоровое. Смотрела в глаза, в которых даже в темноте угадывалось безумие. И безразличие ко всему на свете, кроме Клайда.

— Кровь неважна, — Джулия пожала плечами. — Вы давно мертвы для Клайда. Он с этим смирился. Лишь я одна имею значение.

— Как скажешь, — я понимала, что бесполезно что-то доказывать, бессмысленно просить и уговаривать. — А теперь отойди. Я забираю сестру. Только посмей помешать. Я тоже наплюю, что ты — родная кровь моего мужа.

Джулия не сдвинулась с места, но иного я и не ждала. Понимала, что придется схлестнуться. Правда, чувствовала нутром, что перекинуться не получится. Не в этот раз. Чутье подсказывало, что здесь и сейчас лисья сущность мне не подчинится. Может, это и к лучшему. Тётя Маргарет сказала, что замок держит в плену именно Джулию-лису, а не Джулию-человека. Значит, лисий облик, скорее, помеха, нежели помощник.

— Джоди, мы уходим, — проговорила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, обнадеживающе. — Подойти ко мне. Джулия ничего тебе не сделает. Я не позволю.

Сестренка горестно всхлипнула, но поднялась с пола. Ее пошатывало. От страха или влияния проклятого замка. А может, и от того, и от другого.

Джулия угрожающе зарычала, не желая расставаться с заложницей.

Джоди сделала шаг. Второй, третий, четвертый. Глаза Джулии в буквальном смысле наливались кровью, а в моей голове один за другим проносились варианты схватки, но я отметала их как безнадежные. Противница вот-вот перекинется, и в ход пойдут зубы. Если только… только…

Ловкий кувырок, и вот между нами с Джоди стоит лиса. Скалится, готовая рвать и метать.

— Даже не думай, — я резким движением поднесла к ее морде свечу.

Почему нет?

Мелькнула мысль, что тётка вручила ее не просто для освещения пути. Это пламя живое. Из нашего мира. А лиса, в которую обернулась Джулия — это мертвая ипостась.

Зверушка взвыла и отшатнулась, а на морде отразилась настоящий ужас.

Ага! Значит, я мыслила в правильном направлении! Лисичка испугалась не просто огня. Это был особенный огонь. Опаснее любого другого.

Джоди воспользовалась замешательством Джулии и подскочила ко мне. Я вытолкнула ее в коридор, выбежала за ней. Захлопнула дверь и повернула торчащий в замке ключ. В нее тут же ударилась зверушка, жаждущая рвануть следом.

— Что теперь? — испуганно прошептала Джоди, взирая, как потрепанная временем и темными чарами «преграда» трясется от попыток лисы вырваться.

— Уходим!

Я поставила свечу на пол, аккурат в середине коридора, и, схватив сестру за руку, побежала прочь в обратном направлении. Да, в темноте. Но лучше так, чем бороться со зверем, когда сама человек. Свеча не позволит Джулии пройти за нами в лисьем обличье. Придется преследовать девицей. Перекинуться в зверушку два раза подряд не получится. Такова наша особенность. Нужно выждать не меньше получаса.

— Ты… ты… знаешь, где выход? — Джоди задыхалась на бегу.

Я же наоборот ощущала прилив сил. Глаза теперь отлично видели всё вокруг, и с каждой секундой я чувствовала себя всё лучше и лучше. Чем ближе мы подбегали к грани, тем меньше пугал и влиял замок, сама его хватка ослабевала.

— Знаю. Осталось чуть-чуть. Не останавливайся!

Я, правда, знала. Меня будто тянуло к выходу, как мотылька на свет. Мир живых жаждал вернуть нас назад. Или это всё свечи, которые расставила тётушка. Они непостижимым образом «освещали» дорогу, не давая нам сгинуть.

Позади послышался топот. Человеческих ног, не лисьих лап. Джулии пришлось-таки распрощаться с обликом зверушки.

— Не останавливайся! — снова велела я сестре.

Пусть Джулия и не лиса, но с сумасшедшей сражаться тоже не просто. У людей с помутившимся разумом нередко появляется та-акая силища, что и впятером не совладать.

Мы миновали мертвую гостиную и оказались в коридоре, в который я попала, пройдя через дверь в кирпичной кладке. Остался последний рывок. Но силы Джоди заканчивались, мне приходилось ее тащить, как на аркане. Зато Джулия всё сокращала расстояние. Вот-вот ударит. Я почти ощущала ее горячее дыхание.

— Свет! — пискнула Джоди, увидев приоткрытую дверь в мир живых.

— Прыгай! — велела я и резко повернулась, понимая, что столкновение с Джулией неизбежно.

Она врежется в меня, а дальше… дальше…

…Дальше мы вывалились наружу. Я рухнула на спину, придавленная весом Джулии. Основательно ударилась и зацепила пару свечей. Хорошо, что Джонатан с Китти мгновенно сориентировались. Потушили огонь прежде, чем тот успел разгореться. Он успел лишь «лизнуть» мое плечо, оставив болезненный ожог. Краем глаза я отметила, как дверь в кирпичной кладке закрылась, едва тетушкины свечи перестали стоять в нужном порядке. А в следующий миг я вскрикнула, ибо по моей груди и лицу замолотили кулачки Джулии.

— Отдай Клайда! Отдай Клайда! Сейчас же! — завопила она.

Я из последних сил попыталась схватить ее за руки, но Джонатан и тут не подвел. Ловким движением стащил с меня сестрицу, прижал лицом к ковру.

— А ну угомонись! Успокойся, кому сказано!

Но Джулия не сдавалась. Вот что значит безумие! Она извивалась, брыкалась и лягалась, не позволяя брату с собой справиться. А потом и вовсе извернулась и по-звериному вцепилась Джонатану в руку зубами.

— Да чтоб тебя! — вскричал он, тряся пострадавшей конечностью.

А Джулия вскочила с перекошенным лицом и снова попыталась напасть на меня.

Мне казалось, само время замедлилось. Я видела всё происходящее, будто прошли не секунды, а долгие-долгие минуты. Вот Джулия кидается в мою сторону. Вот Джонатан с Валентайном бросаются следом, а малышка Джоди в ужасе прижимается к стене. Зато Китти… Эта чертова волчица и не думает перекидываться в зверя, способного запросто остановить потерявшую рассудок девицу. Стоит и роется в карманах длинной юбки.

Джулия успела-таки добежать и даже попытаться ударить. Но я не позволила. Перекатилась со спины на живот, и полукровка рухнула плашмя на то место, где я только что лежала. Даже не вскрикнула, хотя и сильно ударилась. Видно, ничего не чувствовала, одержимая желанием вернуть истинную пару.

Джонатан с Валентайном схватили ее с двух сторон и оттащили прочь. Человеческие зубы Джулии снова клацнули, но не успели впиться в руку дворецкого. Соизволила вмешаться Китти, правда, так и не перекинувшаяся. Я не поняла, что именно она сделала. Одно движение, и Джулия вдруг затихла. На несколько секунд. Поникла, как цветок после дождя. Но внезапно дернулась в припадке. Забилась, закашлялась, чуть не захлебнувшись, полившейся изо рта пеной. А потом… Потом мы все отшатнулись.

Из хрупкого девичьего тела вышла… лиса. Не настоящая. Тень.

Она издала беззвучный рык и ушла сквозь стену на другую сторону.

Из руки Китти что-то выпало, ударившись о половицы.

Я посмотрела вниз и охнула.

На полу лежал пустой шприц.

****

— Могла бы сначала спросить! Меня или Джулию! Ты не имела права принимать решение за всех! НЕ ИМЕЛА ПРАВА!

Джонатан орал, срывая голос, а Китти стояла с непробиваемым лицом.

— Могла бы, да не стала. Ты бы засомневался, а это было единственное верное решение. Теперь твою сестрицу можно хотя бы в доме скорби запереть. Чтоб не вредила себе и другим. Иль в любом другом месте. Но в ЭТОМ мире.

— Где ты вообще взяла препарат?!

— Украла. Хранила для себя. На всякий случай.

У Джонатана дрожали руки от желания схватить волчицу за плечи и основательно встряхнуть. Но он сдерживал гнев. Старался изо всех сил. А я… я не понимала, почему он так злится: из-за Джулии или из-за собственной судьбы. Ведь раз сестричку лишили лисьих способностей, они теперь перейдут к нему. Придется обрасти шерстью.

Неужели, для него это настолько страшное проклятие?!

Я перевела взгляд на Джулию. Она мирно спала на диване, не подозревая пока, как сильно изменилась ее жизнь чужими стараниями. Уснула, едва лисья сущность ее покинула. Силы ушли, и разум отключился. Рядом с диваном на полу сидела тетушка Маргарет и едва слышно мычала под нос незнакомую мелодию. Ее взгляд снова затуманился, будто и не прояснялся. Лисица-шаман выполнила предназначение, когда ее помощь потребовалась близким, а теперь сознание вновь померкло. Возможно, навсегда.

— Я хочу, чтобы ты покинула этот дом, — объявил, тем временем, Джонатан Китти.

Я охнула, а на ее лице не дрогнул ни единый мускул. Она ждала такого исхода.

Может, оно и к лучшему. Сара сказала, дочери лучше держаться подальше от «Пристанища духов». Но должно быть ужасно обидно, когда тебя изгоняют из дома, в котором вырос.

— Уеду утром, — проговорила Китти без выражения.

И не поймешь, что чувствует.

Она пошла прочь, но прежде посмотрела на меня, ища признаки согласия с мужем. Но я подарила ей мягкую улыбку, показывая, что полностью поддерживаю ее решение. Считаю его верным и разумным. Да, Джулию жаль. Как и Клайда. Но разве они хоть кого-то жалели?

— Что будешь делать с сестрой? — спросила я Джонатана.

Он неопределенно пожал плечами, явно не представляя, что мне ответить.

По дому пронесся звон колокольчика.

— Кого еще принесла нелегкая? — проворчал Валентайн и пошел выяснять.

— Надеюсь, это не Аманда, — бросила я и подошла к Джоди, стоявшей у стены (не у кирпичной кладки, а самой обычной), сложив руки на груди. — Тебе бы отдохнуть.

— Лечь спать? — спросила она сердито. — Да мне теперь кошмары сниться будут.

— Перекинься и спи лисой. Так будет легче, поверь. На себе проверила. И не думай о плохом. Та сторона больше не причинит тебе…

— Что у вас тут происходит?!

О, да! Зря я надеялась, что это не Аманда. В гостиную, опередив Валентайна, влетела именно она. Увидела спящую Джулию на диване, сидящую рядом тётю Маргарет и застыла с вытаращенными от страха глазами. И куда девалась вечная непробиваемость?

— Что происходит? — проговорила я небрежным тоном. — Вы бы знали, коли б подходили к телефону, когда говорят, что это срочно. Если вкратце. Джулия похитила Джоди, увела на ту сторону, требовала вернуть Клайда. Но мы вернули мою сестру. Спасибо тётушкиному шаманскому дару, вовремя откликнувшемуся. И, кстати, Джулия больше не пленница замка Рейнхартов.

— Что-о-о? — Аманда попятилась.

— Она свободна, — подтвердила я, глядя на леди мэр яростно. — Но вряд ли хоть когда-то обретет счастье. Потому что ради вызволения ее пришлось лишить лисьего дара. Да-да, Джулия теперь не оборотень. А Клайд… Он по-прежнему не человек. Что будете делать с этим, леди Прейскотт? Вам придется что-то с этим делать. Потому что теперь это ваша проблема.

Я ожидала бури. Упреков. Отказа помогать.

Но Аманда лишь покорно кивнула.

— Ты права. Это моя проблема. И я знаю, как поступить. Пусть это мало кому понравится.