Глава 6. Близкое растояние

День тянулся бесконечно. Я то и дело поглядывала на настенные часы, благо те висели в каждой комнате. Казалось, стрелки издеваются и нарочно липнут к циферблату. Мужчины уехали на охоту (на обычную охоту без участия оборотней) и не возвращались до самого вечера, а дамы развлекали себя сами. Точнее дамы развлекали Аманду, а я… я ощущала себя пустым местом. Она демонстративно меня не замечала. Это было к лучшему, конечно. И всё же торчать рядом без дела — скука смертная. Во время прогулки по саду я хотела незаметно уйти, чтобы спрятаться ото всех в спальне, но попытку бегства заметила одна из дам и погрозила пальцем. Затем шепнула на ухо, что уходить никак нельзя, пока хозяйка всех не отпустит.

А она не отпускала. После прогулки нас ждало еще одно чаепитие, затем игра в карты, легкий обед, снова прогулка, игра в шарады и очередные посиделки с чаем и десертами. Мои глаза слипались. Хотелось съехать со стула и прикорнуть прямо на ковре под столом. Но я сидела ровно, сложив руки на коленях, изображала покорность судьбе и всему на свете. В конце концов, нудное времяпрепровождение в загородном доме мэра гораздо лучше, чем в тюрьме, в которую меня грозился отправить Грейсон.

— Как всё прошло? — спросил Льюис после возвращения с охоты.

Нам всем дали полчаса на подготовку к ужину. К моему приходу в спальню «жених» успел переодеться и расположиться в кресле. Он выглядел уставшим и не шибко довольным.

— Неплохо, — отозвалась я, прекрасно поняв, что Льюис имеет в виду. — Я быстро наскучила леди Прейскотт, и она забыла о моем существовании.

— Неужели? — удивился он. — Обычно Аманда долго не отстает.

— Вы же сами просили казаться неинтересной. Я старалась. А как ваш день?

Наверное, не стоило спрашивать. Но я пыталась быть вежливой с тем, с кем предстояло ночевать в одной спальне.

— Так себе, — неожиданно признался Льюис. — Не охота, а фарс. Я вообще считаю охоту на зверье ради развлечения — сущим бредом. Одно дело, когда необходимо добывать пропитание, другое — все эти сборища.

— А охота на оборотней? Она для вас в какой категории?

Я сама не ожидала от себя подобного вопроса. Он просто вырвался. Сам по себе.

— Охотники — лишь слово, — бросил Льюис, не обрадовавшись моему интересу. — Мы блюдем закон, а не устраиваем травлю.

Я могла возразить. Еще как устраивают! Я не забыла, что случилось с моей стаей. Но прикусила язык. Мое дело маленькое, верно? Я и так за считанные дни выяснила гораздо больше о жизни Льюиса, чем следовало. Не стоило навлекать его гнев.

Больше мы не сказали друг другу ни слова до ужина. Вскоре явилась Китти, и «жених» покинул спальню, чтобы не мешать готовиться к новому выходу. Горничная управилась быстро. И молча. Не успела я опомниться, как оказалась и причесанной, и облаченной в бордовое платье, которое пришлось по душе Льюису. Китти, как и было решено заранее, уложила мои волосы в строгую прическу. Зачесала рыжую копну назад и связала в стильный узел на затылке. Я не любила прятать густую шевелюру, но мне понравился новый образ. Я выглядела экстравагантно и изысканно. Этакая роковая красотка. Строгость придавала шарм, делая меня гораздо притягательнее.

— Спасибо, Китти, — поблагодарила я горничную. Вполне искренне. — Мне нравится.

Та ничего не ответила, но мои слова ей польстили. Неважно, что она считала меня никем. Каждому приятно, когда другие остаются довольны его работой.

«Жених» тоже остался удовлетворен. Оглядел меня с головы до ног придирчивым взглядом, затем протянул руку, дабы сопроводить в главный зал, где собирались все гости для основной трапезы выходных. Заходя туда, я ощущала жуткую нервозность, но стоило устроиться на отведенном месте, как она прошла. Все вокруг выглядели расслабленными, стол ломился от деликатесов, и я решила озаботиться дегустаций. Когда еще удастся попробовать столько вкуснятины?

Аманда Прейскотт и супруг-мэр, выглядящий гораздо старше неё, не обращали на меня внимания. Как и на Льюиса. Общались с гостями, сидящими в непосредственной близости. Я только порадовалась, что нас посадили с другого края, и уткнулась в тарелку. Молчала почти весь ужин, перекинулась лишь парой слов с соседкой. Она интересовалась, не жесткая ли индейка, и какой салат, по моему мнению, стоит выбрать. Я почти поверила, что всё пройдет гладко, пока… Пока к концу ужина речь не зашла о треклятом цирке оборотней.

И как я могла забыть! Это ж «гениальная» идея мэра!

— Джонатан, — обратился он через весь стол к Льюису. — Нам срочно нужны новые оборотни. Я распорядился начать строительство здания и загонов для… хм… будущих артистов. Точнее, здание уже подобрано. Сейчас его перестраивают.

Я хмуро глянула на Льюиса, желая увидеть реакцию. Но на его лице не дрогнул ни единый мускул. У меня же внутри всё клокотало. Загонов?! Серьезно?!

Для мэра мы даже не оборотни. Звери!

— Я работаю над этим, господин мэр, — отозвался Льюис совершенно спокойным тоном.

С другой стороны, разве можно его винить. Кто бы рискнул возражать градоначальнику. Да еще в его доме. В присутствии толпы гостей.

— Поймай мне тех лисов, Джонатан. Они станут гвоздём программы! — приказал мэр и расхохотался, представляя, как рыжие «артисты» куролесят на арене.

Я смяла салфетку в руке, как недавно Аманда Прейскотт, и невольно перевела взгляд на нее саму. Впрочем, меня мало волновало отношение госпожи мэр к цирку. Наверняка, целиком и полностью поддерживает супруга. А как же иначе?

Однако…

Однако Аманда не выглядела довольной или заинтересованной. Смотрела в одну точку, поджав губы. А глаза… глаза потемнели от гнева.

— А ты, невеста Джонатана… Как тебя там? — мэр щелкнул пальцами, глядя на меня.

— Сабрина, — подсказала Аманда.

— Верно, Сабрина. Как тебе идея с цирком? Хочешь увидеть, как лисы прыгают через обруч и ходят на задних лапах?

Меня будто по лицу ударили. Наотмашь. Хотелось дать сдачи. Во всех смыслах. В том числе, по-звериному: кинуться на мэра и основательно покусать. Однако я прекрасно понимала, в каком положении нахожусь. Даже попытка защитить оборотней перед этим человеком равносильна самоубийству. А я хотела жить. И чтобы жили мои сёстры.

— Я не люблю цирк, господин Прейскотт, — проговорила небрежно. — Театр — развлечение гораздо увлекательнее. Но мы с Джонатаном обязательно посетим первое представление. Возможно, я даже изменю мнение. Хотя и не обещаю.

— Женщины, — протянул мэр. — У вас всегда на всё свое мнение. Не совпадающее с нашим.

Я развела руками. Мол, так и есть. И с этим ничего не поделать.

— Так что там с лисами? — градоначальник снова переключил внимание на Льюиса.

— Ищем, — ответил тот безразлично, будто один из разыскиваемых оборотней не являлся в «Пристанище духов», как к себе домой, и не кидался угрозами.

— Плохо ищете, — объявил мэр с легким раздражением. — Пора найти и посадить на цепь, иначе я усомнюсь в твоей компетентности. Помнится, папенька твой не упускал ни одного запрещенного оборотня, что смели забредать в наши края.

Льюис ничего на это не ответил, лишь кивнул и хмуро уставился в стол, не заметив, с каким сочувствием на него посмотрела Аманда. Зато я заметила, но быстро отвела взгляд. Не стоит пялиться. Отношения этой парочки — не моё дело. Со своими отношениями с Льюисом бы разобраться. Особенно учитывая приближающуюся ночь.

— Достойный ответ, — похвалил меня Льюис по дороге в спальню. — Обошлась без грубости, но и не согласилась с навязываемым мнением.

— Мэра бы самого на арену отправить, — прошипела я под нос. — Да только зрители разбегутся с перепуга. Медведь и тот безобиднее будет. И благороднее.

— Ш-ш-ш, — предостерегающе шепнул Льюис, но мои слова пришлись ему по душе, судя по мальчишеской улыбке, промелькнувшей на губах. — Мне жаль, что нас поставили в столь пикантную ситуацию, — проговорил он, останавливаясь у дверей спальни. — Но нам придется переночевать здесь вместе ради поддержания легенды. Ложись спать, а я пока прогуляюсь, чтобы тебе не мешать. Вернусь позже.

— Хо-хорошо, — прошептала я, испытав облегчение.

Последнее, что мне было нужно, так это переводить и без того запутанные отношения с начальником в интимное русло.

Оказавшись в спальне, я поспешила переодеться, потушить свет и устроиться в удобной постели. Неплохо бы уснуть до появления «соседа». Так проще. Я буду спать и не замечу, как он уляжется на другой половине кровати. Будто ничего и не произойдет. Однако сон не шел. Я ворочалась с боку на бок, считала лисиц и другую живность, но сознание продолжало бодрствовать. Издевалось, не иначе. Как назло вспомнились эмоции, что вызвал Джонатан Льюис, когда я увидела его по телевизору накануне облавы в «Чёрном тюльпане». И снова накрыло. По телу прошла дрожь предвкушения, а в голове взорвался фейерверк.

— Ну и дура ты, плутовка, — обругала я себя, сделала пару глубоких вдохов и закрыла глаза.

Спать, спать, спать. Немедленно!

Немедленно, увы, не получилось. Скрипнула дверь, и в спальню почти бесшумно вошел Льюис. Точнее, для слуха человека получилось бы бесшумно, но не для лисьего. Нас, рыжих, не проведешь. Я так и осталась лежать с закрытыми глазами. Пусть «сосед» считает, что сплю. Быстрее сам ляжет и отправится в королевство грёз.

С первым вариантом он управился быстро. Устроился в постели, чуть стащив с меня одеяло. Однако реализовывать вторую часть Льюис явно не торопился. Его дыхание не становилось ровным. Наоборот, участилось. Но самое неприятное заключалось в том, что он смотрел на меня. Я кожей ощущала его взгляд. Льюис лежал рядом и бесцеремонно меня разглядывал. И это бесило. До дыма из ушей. До отчаянного желания кусаться.

Я приготовилась, было, перевернуться на другой бок, как вдруг…

Чертов нахал коснулся моих волос, провел по ним рукой, затем покрутил прядку в пальцах, будто играючи.

Я сжала зубы, чтобы не пострадала челюсть Льюиса, ибо очень хотелось в нее двинуть.

— Рыжая, — шепнул он тихо-тихо.

А в следующий миг… притянул меня ближе.

Я даже сообразить ничего не успела, как мне заткнули рот поцелуем и подмяли под себя.

«А ну слезь с меня!» — пронесся в голове протест. — «Да я тебя сейчас!»

Вот только… только…

Вместо того чтобы укусить наглеца, влепить пару пощечин или оцарапать лицо, я внезапно обмякла, подчиняясь напору. Накрыло та-акое желание — по-настоящему животное желание — какого я в жизни не испытывала. Я хотела этого мужчину. Его жадных ласк, поцелуев, близости — нежной, страстной, бесконечной. Я была готова принадлежать ему без вопросов. Стать с ним единым целым.

В голове, как бабочка о стекло, билась мысль, что это безумие, что Льюис охотник, а моя задача найти на него компромат для Грейсона. А еще, что я сошла с ума, раз готова ему отдаться. Но телу было плевать на любые доводы рассудка. Оно таяло, таяло, таяло, пока сильные мужские руки проникали под ночную сорочку и скользили по бедрам. В груди почти родился крик. Я была готова потребовать, чтобы Льюис не медлил, чтобы поскорее действовал, чтобы… чтобы…

— Прости…

Он отстранился от меня так же внезапно, как и набросился.

— Я… я не знаю, что сейчас случилось, Сабрина. Не в моих привычках накидываться на девиц, будто зверь. Тем более, мы всё обсудили, и… и…

Он замялся и замолчал, а я села и закрыла лицо ладонями. Выглядело так, будто я стыжусь произошедшего. Но всё было не так. Тёло продолжало пылать. Меня не отпускало. Хотелось повалить Льюиса на кровать, залезть сверху и требовать-требовать любви — страстной и безудержной.

Но я не смела. Разумеется, я не смела. Так и сидела, не шевелясь.

— Сабрина… — кажется, Льюиса испугала моя реакция. — Прости, что обидел. Я, правда, не знаю, что на меня нашло. Будто голову отключили. Совершенно.

«Мою тоже!» — огрызнулась я мысленно и повернулась к Льюису спиной.

— Сабрина…

— Может, пойдете еще прогуляетесь? До утра!

Этот вариант меня бы полностью устроил, ибо спать с ним в одной постели я нынче точно не могла. Накинусь ведь. Обязательно накинусь. Тело не остывало. Ни капли!

— Не получится, — возразил Льюис. — Возникнут вопросы, почему я брожу среди ночи по дому, а не провожу время с красавицей-невестой.

— Тогда спите на полу. В смысле, на ковре. Он мягкий.

— Э-э-э… Мне бы не хотелось.

— Полагаете, меня волнуют ваши хотения? — спросила я, борясь с желанием отхлестать себя по щекам. Вдруг помогло бы прийти в себя. — Выбирайте сами: либо вы укладываетесь на полу, либо на ночную прогулку по дому отправлюсь я. И пусть окружающие во главе с госпожой «мэр» болтают, что хотят.

Льюис опешил от такого заявления. Молчал минуту, не меньше, а когда снова нашел в себе силы заговорить и произнес мое имя, в дверь вдруг постучали.

— Господин Льюис! Прошу прощения, господин Льюис! — раздался хриплый голос дворецкого. — Вас срочно вызывает мэр. Возле города снова видели тех лисов! Господин Прейскотт велит срочно ехать их ловить! Велит вам ехать лично!

Я с трудом сдержала звериное рычание.

Охота на лисов! Да чтоб мэру провалиться!

Да, я хотела, чтобы та парочка перестала быть проблемой. Для нашего с сестричками блага. Но я бы предпочла, чтобы они покинули наши края, а не превратились в артистов на цирковой арене. Или того хуже.

За моей спиной беззвучно выругался Льюис, явно не обрадовавшись новости, и поднялся с кровати. Он зажег свет и начал одеваться, но я всё сидела, не шевелясь. Будто меня происходящее не касалось.

— Я распоряжусь, чтобы утром тебя отвезли в город, — проговорил Льюис прежде, чем покинул спальню. — Вот видишь, проблема совместной ночевки решилась.

Я ничего не ответила. Дождалась, пока дверь закроется, и повалилась на кровать.

Проклятье! Да чтоб всех охотников черти умыкнули! Нет покоя лисам!

Впрочем, тот зверюга, с которым я повстречалась в «Пристанище духов», явно сам напрашивался на неприятности. Куда его опять понесло? Мы вот с Джоди отлично осознаем опасность и никуда не высовываемся. А этому неймется. И себя подставляет, и Льюиса, которому явно не с руки ловить лиса.

Льюис… Ох, Льюис.

Я сжала зубы и чуть не разревелась от злости, вспомнив, что приключилось несколько минут назад. Тело, наконец, начало остывать, желание принадлежать главному охотнику ослабло. Но я чувствовала себя ужасно уязвимой. Ибо не понимала, что на меня нашло. Да я считала себя особой очень даже страстной. Я же лиса. Зверь. Но такой одержимости (иначе не назовешь) ни разу не испытывала. И это пугало. Вдруг сие не в последний раз? Вдруг однажды я накинусь-таки на Льюиса?

****

Уснула я только под утро. Но не проспала и пары часов, как меня разбудила Китти.

— Пора уезжать, — шепнула она и кивнула на приготовленную дорожную одежду.

Я только порадовалась поспешности. И неважно, что останусь без завтрака. Еще чаепитий и прогулок в компании Аманды Прейскотт и других дам я бы точно не выдержала. Вчера хватило сомнительного удовольствия. Однако меня поджидал сюрприз. В виде хозяйки дома, поджидающей внизу.

— Жаль, что всё так вышло, Сабрина, — проговорила она, провожая меня до машины. — Я надеялась попить сегодня кофе с тобой и Джонатаном.

— Мне тоже… хм… жаль, — пробормотала я, стараясь, чтобы голос прозвучал искренне.

— Но мы наверстаем упущенное, — заверила Аманда. — И, кстати, я бы очень хотела познакомиться с твоими сёстрами. Можно встретиться всем вместе в кафе. Я знаю уютное местечко, где готовят потрясающий горячий шоколад.

— С моими се-се-се…

Я качнулась. А это еще с какой стати?! Будь она женой хоть мэра, хоть заморского принца, ни за что ее не подпущу ни к Фейт, ни к Джоди!

— Я вам скоро позвоню, — пообещала Аманда, пока водитель открывал передо мной дверь автомобиля. — До скорой встречи, Сабрина.

— До встречи, — буркнула я и спряталась в салоне, дрожа от макушки до пяток.

— Ты замерзла? — удивилась Китти.

— Нет. Просто не выспалась. Вот и знобит.

Я жаждала поскорее оказаться дома. Выходной день как-никак. Однако меня привезли в «Пристанище духов». На мой вопрос, с какого это перепуга, Китти пожала плечами. Мол, господин Льюис распорядился. Мне ничего не оставалось, как покорно вздохнуть и подчиниться приказу начальника. Хорошо еще, что в особняке есть замечательная кухарка Луиза, которая всенепременно накормит.

Да, она накормила. И даже десертом угостила: печеными корзиночками с воздушным кремом. Зато Валентайн встретил отнюдь не добро. Объявил, что хозяин еще не приезжал, и велел продолжить работу со списком. Мол, в пятницу из-за портних и сборов я совершенно не занималась непосредственными обязанностями. Возразить было нечего, и я отправилась в секретарскую комнату разбирать отчеты охотников.

Там я провела весь день. Говорила лишь с Луизой, которая не поленилась принести и обед. Приветливая дама, слишком худощавая для кухарки, посочувствовала мне, мол, где это видано, чтобы молодую и красивую девицу заставляли работать в воскресенье. Я улыбнулась в ответ и вновь уткнулась в бумаги. Оторвалась от них лишь к шести вечера. Решила, что с меня хватит. Рабочий день закончился, пора и честь знать. Но просто уйти я не могла, потому отправилась на поиски Валентайна, чтобы поставить его в известность, что покидаю «Пристанище духов» до завтрашнего утра.

Я обошла почти весь особняк, но дворецкого не нашла. Зато…

Зато наткнулась на кое-кого другого. На другую. Лисицу.

Мы встретились у кирпичной кладки. Зверушка преспокойно шла к ней, неспешно перебирая лапами. Будто прогуливалась.

— Ты еще кто? — спросила я, растерявшись.

— А тебе какое дело? — бросила та в ответ. — Не пялься. Глаза сломаешь.

Она явно не чувствовала, что и я оборотень. Впрочем, я тоже не ощутила ее приближения, пока не столкнулась нос к носу.

— Гуляй, помощница, — усмехнулась лиска и прыгнула… сквозь кирпичную кладку.

Да только…

Не знаю, зачем я это сделала. Наверное, сработал инстинкт. Я успела схватить нахалку за хвост прежде, чем та исчезла. И, кажется, зря. Меня утянуло следом. Я легко прошла сквозь стену, будто ее и не было вовсе…