Глава 5. Сборы в путешествие

В офисе работа шла как обычно – кто-то не обращал внимания на отсутствие начальства и работал, а кто-то, напротив, вместо того чтобы выполнять свои обязанности, расслаблялся, пользуясь тем, что Неместов опаздывает. В небольшой кухоньке был аншлаг: кто-то неторопливо пил чай, кто-то – кофе, традиционно под отсутствие директора велись разные приятные разговоры, и поэтому Никита, внезапно появившийся в офисе, сразу отправился туда: – Всё те же, всё там же! – прищурился он. – Я что? Над вами с кнутом постоянно стоять должен, чтобы работа шла? Эта сцена повторялась с завидной регулярностью, и Неместов давно уволил бы этих «прохладцев», которых надо периодически пинать для качественного результата, а ещё – чтобы они остальных не подводили, если бы не был уверен, что набранные, вполне возможно, будут точно такими же: – Хоть тресни, но не получается найти достаточно сотрудников, которые без моих напоминаний не будут просиживать как можно больше рабочего времени подальше от работы! – хмуро сказал он Крамешу, заведя того в свой кабинет. – Не представляю, как буду справляться, когда не смогу постоянно их контролировать. Нет, есть люди, которые вкалывают на совесть, но они же не потянут весь объём работы, просто физически не справятся. Иначе я бы остальных и не держал, трудяги работали бы в два раза больше, а я платил бы им в два раза больше да и проблем не знал. – Прроблема… – насмешливо фыркнул Крамеш. – Тоже мне! Хочешь, эти твои «пррохладцы» на совесть рработать будут? Во время чаепития у бабули Неместова они как-то быстро перешли на «ты», да так и продолжили друг к другу обращаться. Всё-таки есть очень личные вещи, после которых поневоле не получается вернуться к исключительно официальному обращению. – Спрашиваешь… – вздохнул Никита. – Так зови их по одному! Через пару часов офис напоминал образцово-показательную компанию, а у Неместова глаза были как у разбуженного филина – изумлённые донельзя. – И сколько это продержится? – Парру недель точно, рручаюсь. Потом надо будет повторрить! – Крамеш самодовольно рассматривал собственное отражение в тёмном мониторе. Неместов объявил сотрудникам о том, что он уезжает, работать будет удалённо, на связи строго с семи утра и до семи вечера, поэтому просьба – все форсмажоры придерживать до этого временного интервала. – А если что-то понадобится… – вскинулась секретарь Неместова. Она принадлежала к категории крайне обязательных сотрудников, и ей общение с Крамешем не требовалось абсолютно. – Елена Дмитриевна, что бы кому ни понадобилось, по техническим причинам меня в зоне доступа не будет! – устало вздохнул Неместов, привычно ожидая, что сейчас кто-то непременно улизнёт или курить, или ещё куда-то, но все организованно расселись по местам и начали работать. – Если… если я выберусь из этой ситуации, я тебя буду приглашать для повышения мотивации части коллектива! – удивлялся Никита, выйдя из офиса. – Так, сейчас мне надо на встречу смотаться, а потом домой за вещами. – Поехали. Я сегодня в твоём рраспорряжении, – скомандовал Крамеш. Неместов пробыл на встрече гораздо больше времени, чем планировал, – сначала опаздывал один из контрагентов, потом ждали подготовленные документы, которые проверяли юристы, затем принимающей стороне захотелось перенести подписание документов «напослеужина», от чего Никита их с трудом отговорил. – Вот, с одной стороны, лишняя настырность – плохо! – бормотал он, покидая чужой офис. – А с другой – вот как без этого справляться, а? – Ты живёшь-то где? – осведомился Крамеш. – Довольно далеко отсюда, – Никита мрачно осмотрел окрестности. – Ещё и дороги забиты… – Выложи из каррманов ключи! – посоветовал ему спутник. – Если что, я тебя ворроном в кварртирру прринесу, а ты мне рраскажешь, чего тебе надо сложить и взять с собой. Крамешу Никита, как это ни странно, пожалуй, даже понравился – видно же, что дурачок, конечно, но честный. Если бы его кто-то спросил о том, а почему это Неместов – дурачок, он бы ответил, что только такой может попасть в подобную историю! – Планида у некоторрых такая! Ничего не прокаркать… – забавлялся Крамеш, наблюдая общение Неместова и с сотрудниками, и с контрагентами. Нет, свою позицию он продавливал только так, но старался никого не задевать. – Не рранит, – удивлённо сформулировал Бескрайнов, для которого такие люди были редкостью, вот он и любопытствовал – куда же девать вороний норов? Домой к Неместову они успели вовремя, Никита ещё и водителю напомнил, что нужно встретить на вокзале его невесту, а потом спешно рванул собирать чемодан для проживания в гостинице: – Аня… Аня не поймёт, если я буду появляться дома в её отсутствие или буду с ней встречаться, а потом, вечером, уезжать, – бормотал он. – Может, мне и с ней надо пообщаться? – небрежно предложил Бескрайнов, косясь на часовую стрелку, неуклонно приближающуюся к семи вечера. – Нет! Не надо! – вскинулся Неместов. – Она… она поймёт. – А если волноваться будет? Или взрревнует тебя? – усмехнулся Крамеш. – И потом… сколько ты будешь в командирровке? – Слышь… не сыпь соль на рану, ладно? И так погано, аж сил нет как! – тяжело вздохнул Никита. – Я подумаю, как быть. А! Вот она как раз звонит! Он потянулся к смартфону и принял звонок Ани – они постоянно переписывались днём, но так как он был занят, невеста не настаивала на разговоре, а вот сейчас позвонила. – Никита, спасибо за водителя. Он меня встретил, сейчас еду домой. Ты меня дождёшься? – Нет, родная… не успею. Уже… уже осталось совсем немного до выхода. – А ты куда едешь? – В этот… в Сыктывкар, а потом… в Тюмень! – почему ему в голову пришли именно эти города, Никита понятия не имел. – Слушай, я тут подумала… я же в отпуске. Может, если хочешь, я с тобой съезжу? Я не буду тебе мешать. Помнишь, мы так уже ездили? – предложила Аня. Никита, конечно, помнил! Более того, счастлив был бы, если бы мог куда-то поехать с Аней, но… – Милая, я бы очень хотел, но сейчас так не могу. Я собираюсь и уже выезжаю. – Как жаль… но мы же можем с тобой поболтать до твоего самолёта, да? И когда ты прилетишь – тоже! – Нет! Я… я сейчас буду без связи до семи утра! – Никит… я не понимаю. Почему? – Аня, просто поверь мне, ладно? Я не могу общаться с семи вечера и до семи утра. Прости меня, не получается тебе всего объяснить, но только знай, что я тебя очень люблю! Крамеш успешно убрался в тёмный угол и без стеснения подслушивал оттуда, а Неместов изо всех сил пытался объяснить необъяснимое. – Получается из лап вон неважно! – констатировал ворон. – И если я в чём-то что-то понимаю, то девица после этаких рраскарркиваний начнёт его рразыскивать. Хотя… может там такая оторрва, которрой до него и дела нету? Неместов уговаривал, уговаривал, а потом перед его носом возник Крамеш, постучавший пальцем по часам на запястье Никиты. – Да… время… – выдохнул он. – Аня, я тебя люблю! Не скучай, родная. Я тебе утром позвоню! – он отключил смартфон, отбросив его от себя, а потом, спохватившись, торопливо убрал в сумку. Через минуту на его месте уже сидел исключительно несчастный ворон. – Не вешай клюв, пол прроткнёшь! – посоветовал ему Крамеш. – И пошли уже! Он заранее сообщил Соколу о том, что привезёт нового постояльца уже в пернатом состоянии, так что сейчас никуда не спешил, взял чемодан и сумку, собранные Никитой, устроил того у себя на плече, порекомендовав держаться крепче, и отправился к машине Неместова. Всю дорогу до гостиницы Никита переживал о том, как будет в дальнейшем объяснять Ане свою нынешнюю ситуацию. Крамеш с разговорами не лез, вёл машину, ругаясь вполголоса на особенно бо́рзых представителей водительского племени, а потом, перетащив вещи и понурого ворона в номер, прислушался: – О! Уже Таня прришла? – удивился он про себя. – Эй, тебе ужин нести? – окликнул он Никиту. – Да, наверное, – уныло ответил тот. – Ладно, я уточню, что у нас есть! – настроение, немного пришибленное московскими пробками, расцветало на глазах. А причиной было всего-то это небольшое словечко «нас». Впрочем, в присутствии Тани Крамешу почти всегда становилось как-то легче и лучше. Странность такая, да? Он заторопился в конец гостиничного коридора, через скрытый проход вошёл в Танину кухню, обнаружил там дружную компанию из Татьяны, Терентия и Шушаны, пристроился на подоконнике, и… Вспомнил про ужин постояльца через пару часов. – Кррэксэрр! – выругался он. – Ты чего при Тане вырражаешься? – удивился Вран, к тому времени уже вернувшийся домой. – Да я прро этого забыл… прро недоворрона! Я ж ему ужин обещал! – спохватился Крамеш. – Ой, Володя, а мне никто не сказал, что ему надо готовить, – расстроилась Таня. – Нет, я могу как вчера сделать, но… – Вот давай только без «но»! – наставительно заявила Шушана. – Вороны, не в обиду присутствующим будет сказано, чего только не едят, так что переживёт он без разносолов! Крамеш, отнесёшь? Он бы и отнёс, но тут приехал Соколовский и с места в карьер вызвал Крамеша в кабинет. За ним были вызваны Вран и даже Уртян, который тихо-мирно ел сырники и уговаривал Муринку не обмазывать каждый сгущёнкой, аргументируя это так: – Я же тебя потом от них не отклею! – На доклад! – подытожил Терентий массовую убыль едоков за столом. – И чем Сокола заинтересовал тот тип… Непонятно! – Тебя бы он, конечно, не заинтересовал бы! – понимающе покивала Шушана. – Он же креветками не обмазан! – Тьфу на тебя! Лучше за Муринкой смотри! Вон она уже почти нырнула в сгущёнку! Таня переглянулась с Шушаной и Кариной и только посмеялась над этим проявлением котовредности, а потом решила: – Пойду отнесу ему ужин. Неловко как-то… – Чего там неловкого-то? – тут же вмешался кот. – Вон ты ему сколько мяса накрошила! – Убери лапы! Ты уже поел! – строго велела Татьяна, ловко подхватывая миску из-под носа Терентия. – Да я просто пробу снять! А вдруг у тебя мясо вчерашнее, подветрившееся. Сама понимаешь, неловко такое этому… бизнесмену подавать. – Терёня, отстань! Карин, пойдёшь со мной? Вран сказал, что этот Никита, когда в перьях, только на врани́не может разговаривать, а по-человечески не в состоянии. Никита, уже прилично проголодавшийся, раздумывал, куда это запропал обещанный ужин, и как бы о себе напомнить. – Дверь открыть я не могу – как до этой ручки-то добраться? Покаркать? Как-то неловко… Подожду ещё, наверное. Оказалось, что это было верным решением – через несколько минут в комнату постучали и приятный женский голос спросил: – Никита Иванович, добрый вечер, я принесла ваш ужин! Можно войти? – Можно, конечно! – обрадованно откликнулся Никита, и тут же смутился – получилось-то у него только «каррр». – Говорит, что можно конечно! – перевёл ещё один женский голос. – Я дверь открою! Неместов нелепо застыл на диване, раскрыв крылья и уставившись на вошедших. Нет, если бы он был в своём нормальном виде, он бы знал, как себя вести, а сейчас что делать? Плюхнуться обратно на диван? Прокаркать что-то? Перебраться на подлокотник дивана, а с него на спинку стула? – Никита Иванович, извините, пожалуйста, что мы так задержались с ужином. Меня зовут Татьяна. Ко мне можно обращаться, если вам что-нибудь понадобится. Это – Карина, она вас понимает и может мне перевести всё, что вы захотите сказать! – симпатичная русоволосая молоденькая девушка кивнула на ещё одну, помладше. – Ничего страшного! – машинально ответил Никита, тут же спохватившись, что опять каркает. – Тань, он говорит, что ничего страшного, – моментально перевела Карина, а потом несмело обратилась к Неместову: – Вам на диван миску поставить или на стол? – Лучше на пол! Я клювом не очень пока пользуюсь… испачкаю ещё диван, – вздохнул Никита. – А водички можно? Через несколько минут он, уже сытый и более-менее довольный, выспрашивал у Татьяны, как можно кого-то позвать и как бы ему получше устроиться в такой нелепой ситуации. А ещё… абсолютно неожиданно для себя самого рассказал про невесту: – Не представляю, что она сейчас думает! – переводила Карина. – Как бы не решила, что я ввязался в какие-то глупости. *** Аня Савинова растеряно оглядывала квартиру: – Не понимаю! Я просто не могу понять, что случилось! Ну ладно… Хорошо, положим, ему реально надо было куда-то уехать по делам, но что это за поездка такая, в которой, шагнув от порога, нельзя разговаривать по телефону? Наивной глупышкой она не была, поэтому и про измену подумала: – Если… если он с кем-то познакомился и влюбился, то зачем всё это? Почему прямо не сказать, так, мол, и так. Аня, давай расстанемся и всё! Я же ему пока не жена! Не хотел рвать со мной отношения, а хотел просто лёгкий романчик? Тоже не похоже – он умный человек! Конечно, понял бы, что таким образом только потерять меня можно. Так что нет, не похоже на роман. Тогда что? Проблемы с бизнесом? Его кто-то захватил и удерживает насильно? Так… Она позвонила родителям Никиты и очень осторожно уточнила, а не говорил ли он что-то о своей командировке? – Опять не поняла… они так непрошибаемо спокойны? И тут ей пришло в голову уточнить, а один ли он был? – Нет, с ним приезжал такой черноволосый парень. Незнакомый совсем. Бабуля наша его чаем ещё поила, говорит, что Вовочка очень милый мальчик, только худенький совсем, – объяснила мама Никиты. – Анечка, да ты не переживай, он же скоро приедет обратно. Нет, когда – не сказал, но я точно знаю, что с ним всё чудесно! – Мамочки! – Аня осторожно отложила смартфон в сторону, схватилась за щёки и заметалась по квартире, не находя себе места. – Никита, родной, ну что с тобой? В какую беду ты попал? Как же мне тебя найти?