Глава 45. Можно, но не нужно

– Я всё равно войду внутрь! – завизжала она. – Я дождусь, пока ты свалишь, и опять сломаю замок! Андрей только рассмеялся – он прекрасно понимал, что его почти бывшая супруга непременно вновь вызовет слесаря и попытается войти в его квартиру, но… она не знала об одном обстоятельстве, которое совсем недавно Андрея прилично расстраивало. – Да кто бы мог подумать, что ремонт в офисном здании, из-за которого почти всех сотрудников переводят на удалёнку, меня так обрадует! Нет, до этого момента он не очень-то хорошо воспринял эту информацию – Андрей предпочитал выполнять работу на рабочем месте, а дома благополучно о ней забывать, подозревая, что в противном случае эта самая работа расползётся во времени до глубокой ночи: – Вряд ли моё начальство удержится от соблазна прибавить нагрузку под флагом «вы ж теперь дома работаете!» – примерно так он и рассуждал, возвращаясь из командировки, но теперь: – У меня полтора месяца работы дома! – размышлял он. – Как раз хватит времени и на то, чтобы развестись, и на то, чтобы Ленка смирилась с тем, что я не собираюсь пускать её обратно в свою жизнь. А эти три недели до развода поживу на осадном положении: продукты – закажу, мусор вынести не проблема – тут баки рядом. Да, физической нагрузки будет не хватать, но это тоже решаемо – вон я ж Ленке покупал беговую дорожку, она так в кладовой и стоит… вытащу, подключу и буду двигаться. В любом случае, это выйдет дешевле, чем мне потом квартиру восстанавливать после этой мегеры! В это время «мегера» продолжала что-то вопить в смартфон, так что Андрей сфокусировался и выяснил, что ведёт-то он себя, оказывается, очень не по-мужски! – Интересно, а по-мужски я что должен был сделать? Квартиру ей уступить – Ленке-то нужно, а я ещё себе заработаю? Так, что ли? Благородство на грани слабоумия? – думал он, изумляясь, какие странные представления о мужчинах бывают у некоторых женщин. – Прямо скажем – чистое фэнтези, а не представления! Похоже, с точки зрения Ленки, мир населён «благородными» идиoтами, которые что-то ей постоянно должны, даже после её бесконечного вранья, измен и мoшeнничества? Да, именно так можно назвать её бесконечное выманивание денег на «лечение бесплодия», когда она на самом-то деле принимала противозачаточные! А её эпохальный уход? И чего-чего я там опять не так сделал? – Ты взял и подал на развод! – рыдала Лена, создавая звуковой фон. – Ты даже не дал мне шанса! – Потрясающее самомнение! Я, оказывается, ещё должен был её ждать и беречь этот самый шанс, чтобы торжественно вручить его драгоценной жёнушке: вдруг она получит пинка от своего хахаля и не успеет схавать нового? – думал Андрей. – Что ты молчишь? – Лена так и стояла под дверью, время от времени пиная её ногами. – Ты… трус и тряпка! Почему ты не выходишь и не скажешь мне в лицо всё, что думаешь? – Лен, – Андрей только недавно прилетел с другого конца страны, а перед этим вкалывал так, что у него в ушах звенело от переутомления. – Я, конечно, могу выйти, но исключительно чтобы исполнить свою мечту – спустить тебя с лестницы вместе со всеми твоими сумками и чемоданами. Но скандалы у нас любила именно ты, а не я. Мне хватило твоего ухода к хахалю, так что не нарывайся и уходи! Видимо, в голосе мужа было что-то такое, что заставило Елену заподозрить – её полёт с лестницы вполне-вполне реален. – Да и ладно, я приду завтра днём! – утешила она себя. – Приду, мне вскроют дверь, и я ему устрою… У него там бабкин сервиз есть, какой-то старый… Одни черепки от него останутся! Альбомы с дурацкими семейными фотографиями – всё порву! Шмотки его на лапшу пущу! Короче, он сильно пожалеет, что со мной так обошёлся! Лелея планы мести, Лена вызвала такси и, нагрузив несчастную машину кучей своих вещей, отправилась к матери, живущей в Подмосковье, не зная, что её провожают взглядами белая голубка, лиса, вороница и аккуратнейшая серая мышь, которая мышью-то вовсе и не является. – А ведь он молодец! – потёрла лапы Шушана, покосившись на озадаченную голубку. – А ты чего такая задумчивая? – Я не очень поняла, зачем он эти флаконы выставлял. Можно же было просто их сложить и оставить в сумке. – Он не любит скандалы, а ещё, насколько я понимаю, очень волновался, что ты можешь прилететь и застать это выяснение отношений, поэтому сделал всё так, чтобы было максимально тихо, – пояснила Шушана. – А с флаконами и вовсе ход гениальный, – кивнула Рууха, с удовольствием фыркнув старое лисье прoклятийное напутствие вдогонку волочайке. – Если бы она просто сумки увидела, то ни за что сама бы не вышла – надела бы рубашку мужа вместо халата, да так и ходила, и за вещи бы не волновалась – подъезд маленький, соседей почти нет, замок есть, то есть чужие не придут, её чемоданы никто не тронет. А так она увидела флаконы и возмутилась до такой степени, что ни о чём больше и думать не могла – кинулась их собирать, уходя всё дальше от двери. Знаешь, по принципу «одну ягодку беру, на другую смотрю, третью замечаю, а четвёртая мерещится». Это дало возможность Андрею спокойно закрыть и запереть дверь. Самообладание у него – как у умного лиса! Вообще о людях многое можно сказать по тому, как они расстаются… Примечание автора: волочайка – это древнерусское ругательство, обозначающее женщину слишком лёгкого поведения. Происходит от слова «волочиться». – Да? – удивилась Света. – Конечно! Вот смотри – он мог вещи её не выставлять, а одними флаконами выманить. Мог вещи выставить, а паспорт забрать. Мог взять её за шкирку и выкинуть силой. А мог вообще свалить в гостиницу, оставив её в квартире! – А почему так не сделал? – Во-первых, потому, что оставлять свою нору на милость такой крысихи – это неразумно, а ещё, потому что ты могла прилететь! – Шушана помахала лапкой на смартфон, который уже устал принимать сообщения. – Вон, смотри, у тебя звонилка твоя аж подпрыгивает – наверняка он писал, чтобы ты пока не прилетала, потому что опасно! Света быстро вернулась в людской вид и взяла гаджет. – Да, так и есть! Именно это он мне и писал! И предупредил, что эта Лена голубей не любит, считает, что мы в доме – дурная примета, так что может попытаться ударить… Раз она уже ушла, я же могу к нему полететь, да? – заволновалась она. – Мочь-то можешь, но пока лучше не надо! – мягко остановила её Рууха, мимолётно переглянувшись с Шушаной. – Пусть он успокоится. Сама понимаешь, он устал, нанервничался, ему подумать надо… Норушь сосредоточенно покивала, она была уверена, что Андрею как раз очень даже надо подумать, а главное – сделать правильные выводы! Нет, Света на сообщения ему ответила, конечно – зачем заставлять человека лишний раз переживать, написала, что с ней всё в порядке, что очень рада, что он вернулся, но пока прилететь она не может. – Вот и правильно! – одобрила её Рууха. – А теперь пойдём оттянем Лёлика от новой компьютерной игры, которую он типа тестирует вместе с Враном, а на самом деле увлёкся так, что по уши там завяз, а потом будем пить чай и вкусно общаться! Лёлик действительно сел за комп только «посмотреть, чем именно Вран занимается», а теперь едва-едва оторвался от экрана, и то благодаря бабулиной харизме и потрескивающему в её руке сгустку огня. – Лёлик, счастье моё увлечённое! Или ты сейчас встаёшь сам, или ты падаешь под стол и прячешься там… – усмехнулась Рууха. – Выбирай! Враник, пошли лучше… Таня тебя ждёт! Загнав Лёлика и Врана за стол грубой лисьей силой, Рууха озаботилась вопросом, а как там главный разработчик игры? – А Иван ел? – Куда ж он денется? – насмешливо фыркнула Басина. – Конечно, ел! Целых полтора раза! – А почему полтора? – удивилась Рууха – её пушистая собеседница никак не выглядела как существо, которое позволило бы кому-либо филонить от еды! – Потому что на завтрак я его пригнала, а вот обедал он не дома, так что я думаю, что обошлось полуедой – куснул что-то, и всё. – Логично! Значит, ему полагается полтора ужина… для ровного счёта! – решила Рууха. – Где будем питать гения? – Лучше всего за его мисками, – решила Басина. – Он сейчас заканчивает какие-то настройки, очень занят. К непривычным перемещениям относится агрессивно, сразу нервничает и теряет аппетит. А к своим мискам он привык – смирился, наверное! Рууха только глазами сверкнула от восторга – очень уж ей понравилась степенная и логичная особа, классифицирующая привычки и навыки Ивана так, словно он был домашним котом. – Сработаемся! – решила она, выбирая, что именно положить в Ивановы «привычные миски», спешно доставленные Шушаной. – Смотри-ка… еду нашёл по запаху! Прогресс! – одобрила Рууха поведение Ивана, машинально подтянувшего к себе появившуюся у локтя тарелку. – Даже не смотрит, что ест, но действует активно и с аппетитом! – Да, он очень удобный! – глубокомысленно заметила Басина. – Никакой критики, никакого фырканья, но чутьё есть! Я тут ему немного кошачьих консервов положила… витаминизированных, кстати. – На пробу? – понимающе кивнула Рууха. – Именно. Так он с аппетитом съел, и даже ещё вилкой потыкал в пустое блюдце – искал, значит… – Качественные консервы? – Оказалось, очень даже! – призналась Бася, машинально облизываясь. Она не стала говорить, что сначала испытания проводились на крысе, которая почему-то бегала за карбышем, потом на Терентии, а уж только после этого на Иване. Бася, как очевидный венец творения, сняла пробу последней. За столом у Тани было шумно, много… многолюдно не скажешь, потому что из людей только Татьяна и присутствовала, а вот всех остальных хватало. Иван ел у себя, то вооружаясь вилкой, то увлечённо стуча по клавиатуре. Анна и Никита были в своём номере, причём Аня беседовала со свекровью, изо всех сил убеждая последнюю, что с Никитой всё в порядке, что она сама это слышала в половине шестого, а вот сейчас её сын с мамой никак поговорить не может! Сам Никита, уже принявший ночные крылья, переживал рядом, переступая с лапы на лапу. Сшайр мрачно осматривал вычищенные вороницами до блескучего сияния подвальные трубы, размышляя, куда бы их ещё отправить, чтобы они там ничего не сломали и никому ничего не повредили. А в первом подъезде, в позе роденовского «Мыслителя» на неудобной скамеечке в собственной кухне сидел Андрей и думу думал. Хочешь не хочешь, он вспомнил все «прелести» Елены. Нет-нет, о тех прелестях, которые совсем недавно были обёрнуты полотенцем, и речи не было! Размышлял Андрей совсем о другом: – Они же прямо противоположны друг другу! Ленка и Света! С первой я чуть не сдох, а Света… да я просто её сообщение прочёл, и мне уже дышать легче стало! То, что для Ленки нормально и привычно, для Светы может быть неприемлемо… И что? Я готов рисковать тем, что она просто откажется со мной общаться в… привычном современном формате? А если вовсе решит, что я ей такой и не нужен? В конце-то концов, при такой разнице, разве можно сравнивать брак с Ленкой и эту же возможность со Светой? Шушана, на всякий случай заглянувшая к Андрею, довольно кивнула сама себе – она вообще любила, когда люди думали в правильном направлении! А для того чтобы убедиться в этом, она заторопилась к Крылане, которая только недавно вернулась в Москву после полёта к родным. – Посмотрреть, чего он надумал? Да запрросто! – согласилась она, выслушав предысторию, а вернувшись после коротенького перелёта к распахнутому окну Андрея, доложила: – Сообрражает, как бы ему с голубкой прро важное поговоррить. Прризнаться, а потом замуж позвать, если она не будет пррротив. – Ну вот! Додумался наконец-то! – обрадовалась Шушана, чувствуя себя немножечко норушной свахой. А что? Они ничуть не хуже лис! – Правда, неизвестно, как сама Светлана на это среагирует, она же привыкла к папиному руководству. Да, уже становится на лапы поувереннее, но в таком важном деле как брак может и отступить назад – к понятиям «папавсегдаправ». Ладно, я что могла сделала, а дальше – сами-сами! Приняв такое разумное решение, Шушана отправилась проведать Тишинора, который, несмотря на позднее время, героически боролся с урожаем: – Я же не высаживал тут CТОЛЬКО зелени! – удивлялся он. – Откуда тут такие заросли укропа? А кинза? А салат? Что происходит? Шушана не стала говорить ему о том, что это ему так помогла нетерпеливая Муринка, решив, что семена как-то долго не всходят. – Я прошто дошадила вшю зелень! – гордо рассказывала она Шушане. – Они же никак не вшходили и не вшходили, а Тишун бы рашштроилшя! Вот я ему и помогла! Нет, Шушана сама объяснила помощнице о том, что это было немножечко лишнее, но вот расстраивать супруга не стала: – И зачем? Муринка уже всё поняла, больше так делать не будет, а Тишинор ещё начнёт её ругать за отсутствие чутья, потом она будет плакать, а он тут же опомнится, станет её утешать, а потом, когда она утешится и уйдёт, будет ругать уже себя – за несдержанность. И к чему мне всё это? Травки много выросло? Ну и ладно. Вот такая она загадочная в этот раз… Загадочной в этот раз была не только зелень Тишинора, но и поездка Уртяна. Он уже сто раз пожалел, что отказался от сопровождения Крамеша, которое ему предлагал Соколовский. – Надо было не форсить, а ехать вдвоём! – думал он, принюхиваясь к очень и очень странным следам, которые обнаружил невдалеке от своей временной лёжки. – Таких я ещё не встречал! И кто это? И чего ему, а точнее им, от меня надо? Я уже который день чую их слежку! И почему-то кроме следов и ощущения чужого присутствия время от времени пахнет пеплом. Уважаемые читатели! Это на этой главе заканчивается первая часть шестой книги из серии «По эту сторону». Книга разделена на две части из соображений комфортности восприятия – она очень объёмная. Продолжение книги, то есть, главы с сорок шестой по девяносто первую, ждет вас во второй части.