Глава 86. Экскурсии по дому

Илья, как человек упорный, на это даже как-то оскорбился: – Это кто тут врёт? Ты вааще чего гонишь? Лучше скажи, где найти Татьяну? – Гонишь? – с некоторым удивлением повторил тип, пожав плечами. – Да, гонишь! – Илья воспринял его недоумение как признак слабости и прибавил возмущения. – Кароч! Где Танька? Тип пристально рассматривал Илью, не делая ни малейшей попытки выдавать необходимые сведения. – Чё уставился? – пошёл на обострение неразумный Илюша. – Уставился? – усмехнулся его собеседник. – Да вот думаю, что бы с тобой сссделать? – Cо мной? Cделать? Ты чё, не понял? Скажи, где Татьяна, и вали миром. Я тебя не трону! И почему для некоторых, если тебя сразу в узелок не завязали, это означает, что собеседник слабак? По крайней мере, для Ильи всё обстояло именно таким образом – он однозначно счёл поведение странного типа демонстрацией неуверенности перед его бравым видом, так что старательно показывал свою силу, мощь и превосходство! – Не тронет… – подумал «неуверенный». – «Вали миром». Чудесссно! – Вот трус-то! Сам качок, а физию попортить боится! – возликовал про себя Илья, а так как непонятная личность никаких попыток показывать ему дорогу до Таньки не делала, он решил ускорить процесс. – Кароч, двигай! Давай-давай, шевелись, показывай, где тут моя Танька! – скомандовал он, приблизившись к «трусу» и поднося к его лицу внушительных размеров кулак. – А не то пожалеешь! – Пожалеть? Это вряд ли! Шевелитьссся? Это можно! – согласился тип, усмехнувшись и резко соединив ноги, и… – Ээээта чё? – удивился Илья, уставившийся на непонятно откуда взявшийся на месте ног длиннющий хвост песочного цвета. – А на чё похоже? – c явным интересом осведомился Сшайр, начиная получать удовольствие от общения с этим «забегайцем». – Нна… хххвоооссст, – выдохнул Илья, делая попытку отмахнуться букетом от небывальщины. – И что ты говоришь… прямо-таки на хвост? – развлекался Сшайр, изрядно заскучавший за последнее время – в конец-то концов, разве может по-настоящему развлечь целого змеевича какой-то хлипкий, пусть даже и голосисто-оборотистый лягух? – Ты вааще хто? – задал насущный вопрос Илья, у которого от шока мысли стали не то что не скакуны, а, скорее, ползуны по пересечённой местности. – Я-то? Сссмeрть твоя! – пошутил Сшайр. – Но это неточно… – добавил он гораздо тише. «Добавку» Илья не услышал, потому что метнул розовый «веник» в чудище, у которого на висках отчётливо проявлялись чешуйки, и метнулся было к дверям, через которые сюда так опрометчиво заскочил. Если Илюша надеялся, что как заскочит, так и выскочит, то сильно просчитался – он даже до ручки дверной дотянуться не смог – его что-то схватило поперёк тела и резко дёрнуло назад, и через миг он уже очутился на том же месте – напротив златоглазого типа. – Ты, кажетссся, Татьяну иссскал? – непонятное, но явно страшное существо крутило в руках Илюшин букет. – Уже передумал? – Аааггаа, пппереддумал! – согласился Илья, внезапно обнаружив, что его ноги не достают до пола, а поперёк тела его удерживает… хвост этого самого чудища. – Ааатпусстии! – Да пожалуйсста, – равнодушно ответил получеловек-полузмей, распуская кольца хвоста. Звучный бряк незваного гостя об пол он воспринял с интересом, склонив голову набок и явно что-то обдумывая. Поднялся Илья одним махом и стремительно ринулся к двери, правда, всё с тем же результатом: – Ты вссерьёз думаешь, что можешь вломитьсссся в приличный дом, наврать, весссти тут ссебя как посследний неразумный сссусслик, а потом просссто так ссбежать? – c откровенным любопытством уточнил полузмей, вновь притаскивая Илью к себе. Букет он уже отложил в сторону – цветы ему понравились, хоть они и не были похожи на те, которые цвели в его родных степях, так что теперь ничего не мешало его беседе с неразумным преследователем учителя. *** Татьяна, которая решила, что очень удачно оторвалась от приставучего Ильи, добралась до своей кухни и застала там ожесточённый спор между Терентием и Враном. – А я говорю, что не надо его вытаскивать! – утверждал Вран. – Нечего холодильник занимать всякой французчиной, тьфу, то есть, неметчиной! – возмущался кот. – Точнее, он как лягух в холодильнике – это к галлам, а как Герман – это к тевтонам! – пояснил он недоумевающему Врану, а потом фыркнул и продолжил: – Короче, а если он из контейнера вылезет и пришлёпает к моим креветкам? – Да он же лягух! Они спят, когда холодно! – Правда? А ты забыл, что это вообще-то человек? Можешь мне гарантировать, что он в данный момент не разгуливает по нашему холодильнику и не чавкает нашей едой? Образ Германа, активно запихивающего двумя лапами в пасть креветки и приступающего к сосискам так увлёк Врана, что он даже не заметил, как пришла Таня, зато это обнаружил Терентий и активно начал подавать собеседнику сигналы… – Ты чего дёргаешься? – удивился Вран, глядя на рыжего кота, который ему явно подмигивал, тряс правым ухом, потом – левым, топорщил усы… – Я не дёргаюсь, а намекаю, что у тебя за спиной стоит наша любимая Танечка! – провозгласил Терентий. – Танечка, как мы рады тебя видеть! – Как я рада видеть вас, а ещё больше рада, что вы так старательно развлекаете Геннадия, что даже устроили ему экскурсию по квартире! – усмехнулась Таня. – А что ещё показывали? – Эээммм… понимаешь, только начали! И как раз с холодильника… – виновато признался Вран. – Тань, прости, но он меня достал! Я у Ивана работал, раз уж экзамен сдал и домой рано вернулся, а этот в коридоре орал. Я честно терпел час, но он же так вопит, что даже наушники не помогают! – Погоди… а где Шушана, почему она звукоизоляцию не поставила? – удивилась Таня. – Она у Аури чай пьёт и свадьбу обсуждает – у лис же скоро людское празднование. Так что Шушана оставила за себя на хозяйстве Тишуну, а она ещё не всё умеет, – объяснил Терентий. – И Бася там, и Карина, и Света. Короче, они все по уши в свадебных разговорах, а мы тут так устали от этого прохиндея, что приняли меры – изловили и… – И стали квартиру показывать! – подхватил Вран. – Вот… с холодильника и начали! – А как это он позволил себя туда упихать? – удивилась Таня. – И чего орал-то? – Да мы как-то и не спрашивали его позволений, – пояснил Чернокрылов. – Я его к стене приложил, а Терёня снизу контейнер приставил и сразу застегнул крепление. А вот что орал… – А орал он, Танечка, о том, что мы ещё все тут пожалеем, что венценосную особу не ценим, в болото работать отправляем, подлым змеям на потеху выдаём! А главное-то – жениться не позволяем! – описал Терентий. – Вот как Соколовский на съёмки уехал, этот лишенец и вышел митинговать в коридор, а когда Врана увидел, вообще припёрся к номеру Ивана и под дверью вопил. – Хм… – если Тане чего-то и не хотелось, так это именно общения с вопящим что-то возмущённое Геннадием. – В принципе, наверное, при таком раскладе, холодильник – это совсем неплохой выход. Но ужин-то мне как готовить? – Тань, так давай я его пока в какой-нибудь гостиничный холодильник перебазирую, а? – обрадовался Вран, сообразив, что Татьяна не сердится. С одной стороны, это, конечно, было невежливо, а с другой… – Достал он меня! – осознала Таня. – Я ему чего? Дурочка, которая должна с ходу купиться на его титул и срочно впускать его в свою жизнь, в квартиру, в… – её передёрнуло от последних воспоминаний, когда Таня осматривала лягуха после его общения с Сшайром, а он внезапно начал намекать на то, что она – девушка одинокая, а он – весьма крут. От лягуха такие речи Таня воспринимала как звуковой фон, не более, но этот настырный тип тему активно продолжил и развил, пояснив, что он-то знает, как не дать скучать одинокой девушке… – Н-да… вот теперь я как никто понимаю Гертруду! – решила Татьяна, с тоской осознав, что если метнуть ЭТО в стенку, то вместо мелкой пакости возникнет пакость крупная, но ничуть не менее говорливая и противная… – А полена под рукой нет – экое упущение! – думала Татьяна, профессионально придержав лягуха на смотровом столе и словно случайно открыв кювету со скальпелями. Тогда Геночка отчего-то резко заткнулся и молчал очень долго, аж три с половиной минуты, а когда снова решил заговорить, был неприятно удивлён собственным скоростным перемещением в его номер – прямо через стены – это норушь оскорбилась за намёки в адрес Тани и сама занялась его передислокацией. Вот после всего этого Таня откровенно не хотела видеть где-то рядом это невозможное создание. – Знаешь, Вран, ты, правда, убери его пока в его номер и попроси Тишуну его там придержать. Я не знаю, не вредно ли ему постоянно пребывать в холодильнике, но уж у себя-то в комнате он побыть может запросто! – решила Таня, не заметив, как за её спиной переглядываются Терентий и Вран. Только Танин названый брат уволок контейнер с дремавшим внутри и приятно-молчаливым Генчиком, в кухне в углу зашуршало, и выглянула взволнованная чем-то Тишуна. – Таня, там в вестибюле Сшайр поймал какого-то человека. Он за тобой шёл в гостиницу. Я ему открыла двойную дверь – она ведёт в такой же вестибюль, как основной, но там обычно никого нет. Так что он тебя не увидел, а вот Сшайра – да – я Сшайра сама туда позвала. Они сначала просто разговаривали, а потом тот человек на нашего змеевича наступать начал. Таня чуть мимо стула не села, правда, тут же вскочила и бегом кинулась в гостиничный коридор, прихватив с собой перепуганную Тишуну. – Я старалась, но я не знаю, как правильно, – тоненько попискивала она. – Шушана сказала, что вмешиваться не станет, что сегодня у меня эта… практика. А я… А они… «А они» проводили время разнообразно и с огоньком! Сшайр, явно вошедший во вкус, позволял Илье домчаться почти до двери и перехватывал его ровно за секунду до вожделенной свободы, резко отбрасывая в вестибюль, тогда Илюша, молча и сосредоточенно сопя, мчался вверх по лестнице, добегал ровно до её середины и снова летел в исходную точку – пред золотые очи змеевича, который любезно улыбался незваному гостю, показывая в этой улыбке клыки, причём с каждым разом Сшайр всё больше и больше выпускал по коже чешую. Илья, оценив очередную трансформацию, тяжко сглатывал, а потом, вновь ощутив себя свободным, снова мчался спасаться. – Или тупой, или упёртый донельзя! – размышлял Сшайр. – Нет, всё-таки тупой! Звук шагов учителя он услышал издалека, осмотрел сцену, заботливо поправил одежду на Илье, изловленном очередной раз, отчего тот сделал попытку забиться в змеиных кольцах. – Нет, точно тупой, – уже уверенно решил Сшайр, для надёжности закрутив незваного гостя покрепче и отряхнув с его ворота прилипший розовый лепесток. – Ннне ешшшшь, – с трудом выдохнул сдавленный со всех сторон Илья, решив, что это его прихорашивают для трапезы. – Нужен ты мне! – усмехнулся Сшайр. – Я же буду сонный! И Илья заткнулся, оценив довод, а впрочем, может, это воздух у него закончился… – Сшайр! – Таня добежала до лестницы, свесилась с балюстрады и с облегчением обнаружила, что Илья жив и вообще-то даже не повреждён. Только стоит как-то неуверенно – змеиный хвост его бережно поддерживает. – Да, учитель! – почтительно отозвался Сшайр. – Я поймал человека, который ворвался в гостиницу и утверждал, что вы – его! – Кто его? – изумилась Таня. – Кто его? – переадресовал вопрос внимательный к деталям Сшайр, чуть тряхнув пленника. – Как ты там говорил? – Ддде… дддевушкккка! – сквозь стук зубов выдал Илья. – Ппп-ппп-ппп… – Что ты там запепекал? – досадливо спросил змеевич, ещё чуть встряхнув Илюшу – чисто профилактически. – Пппрости! – выдал Илья, – Сссспппаси! – Вот! Даже русская речь прорезалась! – с явным удовлетворением заметил полоз. – А то всё «чё» да «чё»! И тут Илья, измученный стрессом, натурально поник, обмякнув и едва не рухнув лбом об пол. – А казался таким важным, – хмыкнул Сшайр, небрежно перекидывая Илью через плечо. – И куда его? Выкинуть наружу? Он готов! – Ружа к этому не готова, – пискнула Тишуна. – Там же улица! – Да, точно, – вздохнула Таня. – Наружу его не надо пока. Ты отнеси его в один из номеров, ладно? – Конечно, учитель! – Сшайр почтительно склонил голову, решив непременно уточнить у Татьяны все слова, которые он не понял в речи этого туповатого типа. Он быстро поднялся по лестнице, красиво перетекая кольцами змеиного тела по ступеням, а потом скинул неподвижного Илью в первом же незапертом номере, не обращая никакого внимания на контейнер, установленный на столе… Сшайру вообще-то и без этого было чем заняться – в основном вестибюле отчаянно возмущались гуси, лишённые законной забавы с пришельцем. – Надо выползти во двор и набрать им пару охапок травы, а то так и будут вопить и мешать мне читать! – решил предусмотрительный змеевич, закрывая за собой гостиничный номер.