Глава 22

Илья Казанцев медленно жевал, поглядывая на друга.

- Чего ты на меня косишься? Говори уже, - Зверю и самому хотелось поговорить. Кусок в горло не лез. А все из-за нее. Из-за Ляли. Казалось, есть баба — одна штука. Баба без закидонов — отличный экземпляр блядского рода. Баба молчаливая — живи и радуйся.

Так нет. Эта баба, которая без закидонов, обычных бабких выпендрежей, даже без головной боли, влезла под кожу. Незаметно. Тихой сапой. Разлилась по венам ядом. Отравила собой.

И теперь Зверь ни о чем другом не думал, как о ней.

У него башка болела, как изменить ее к себе отношение. Как заставить смотреть другим взглядом. Не покорно-отстраненным, а живым, настоящим, искренним.

- Не хочешь рассказать чего ты как в воду опущенный ходишь вторую неделю ?

- А с чего тебя это волнует? - огрызнулся Зверь.

- Да тошно смотреть на твою рожу кислую. Всех запугал видом своим зверским.

Илья не стал упоминать, что прежде всего от того страдает Ляля, что тенью ходит по дому.

- А ты не смотри. Легче станет.

- Мне то что? Я скоро свалю отсюда. Это тебе здесь жить, - Илья на самом деле собирался в скором времени уехать. Пора браться за дела. Искать следы заказчика нападения, да выходить на работу на завод. Сколько от проблем не бегай, все равно не убежать.

Мужчины замолчали, каждый думая о своем.

Когда Илья собрался уходить. Зверь остановил.

- Подожди. Не спеши.

- Что такое? - Илья отдал подачу в руки друга.

- Как думаешь, что ей лучше подарить бриллианты или сапфиры? Хочу порадовать.

- Дурак ты, Серега, - беззлобно произнес товарищ. - Думаешь, они ей нужны? Если бы нужны были, она бы кошкой с тебя не слезала. Мяукала по углам, терлась, выпрашивая подарки. Мне ли тебе рассказывать как бабы могут притворяться и подачки клянчить. А она у тебя хоть что-нибудь попросила? Хоть раз намекнула?

- Нет, - вынужден был признаться Зверь.

- Вот то-то же. Не попросила. А почему? Потому что не нужно оно ей,- продолжал просветительскую работу Илья.

- А что тогда нужно? - набычившись спросил у него друг.

- А ты сам не догадываешься? -Илья улыбался во все тридцать два. Синяки начали сходить. И с каждым днем он все больше становился похож на себя.

- Хер их этих баб знает, - выругался Зверь, потирая затылок.

- Вот когда выяснишь, тогда поймешь что нужно, - ответил Илья. - Пойду я к себе в комнату. Мне еще поработать надо. Поступила кое-какая информация, хочу проверить.

- Хорошо, - ответил Зверь, задумавшись где же добыть такую информацию.

Весь вечер потратил на обдумывание слов друга. Он даже спать пошел глубоко за полночь. К тому времени Ляля уже спала в его кровати. Ни в каком другом месте Зверь не позволял, кроме как у него под боком.

Осознание того, что он прижмется к теплому боку, уткнется носом в макушку, подгребет под себя податливое девичье тело, Зверя окрыляло. Он даже гадать стал почему до сих пор ни с кем не делил спальное место. Ведь это так здорово и приятно.