Глава 20 — Картины маслом (POV Павел)

Утро… в нашем дворе пусто. Вижу только идущую откуда-то мать Арса с большим пакетом.

— Елена Валентиновна, здравствуйте! — оборачивается.

— Паша! Здравствуй… К родителям приехал?

— Да, вот… — развожу руками. — Отпуск. Давайте сумку…

Забираю у нее из рук тяжелый пакет. Провожаю ее до подъезда.

— Как у тебя там дела?

Кратко рассказываю привычный спич про свои дела «там».

— Какой молодец! — вздыхает она. — Мать, наверное, рада.

— Рада. Только внуков хочет.

— Все мы внуков хотим. Пока детей растишь все кажется не для себя живешь… раздражаешься, стараешься побольше времени для себя урвать. А как вырастут… пусто! Внуков осознанно уже и хочешь, и любишь. Да только от тебя уже не зависит никак их появление.

— У Вас же есть внучка. Алиса.

— Есть. Только не у меня. Не общаемся мы.

— Почему?

— Потому что сын у меня идиот. И жену нашел дуру!

— Не надо так говорить, Елена Валентиновна. Арс, конечно, напорол косяков, но он раскаивается. А Дина…

— Ой не говори мне про нее, опять с сердцем плохо станет! Не хочу слышать. Паша, а с Егором вы виделись?

— Конечно, Елена Валентиновна. Вот и сегодня к ним с Костей заглянуть собираюсь.

— Скажи мне честно, как матери. Я обещаю, что он не узнает.

— Что сказать-то?

— Наркоман он?

— Нет, — качаю я головой.

В этом, на самом деле, я совершенно не уверен. Но по-другому сказать язык у меня не поворачивается. Арс сказал — завязал. И я ему верю.

— Да?.. — доверчиво смотрит она мне в глаза. — А Костя вот…

Вздыхает.

— Что — Костя?

— Да нет, ничего. Переживает за него Костя. Тоже хороший мальчик, хоть и сиротой рос. Один мой бандит.

Она забирает у меня пакет.

— Ты поедешь к ним, говоришь?

— Поеду.

— Передай Косте… — достает она черный зонт из сумки. — Заходил в гости как-то, оставил. Вот мимо его дома шла, думала отдать, а машины его нет.

Забираю маленький складной зонт.

— И что часто Костик к Вам забегает?

— Да был пару раз. Как Егор уехал, я просила его, чтобы поговорил с Диной на счет внучки. Чтобы я могла видеться с ней. Дверь она не открывала, телефон перестала брать.

— Почему?

— А потому что я же пыталась ей объяснить, что она дура. И натерпится еще без мужика! Я же по себе, Паша, знаю… Пару раз съездила к ней. Не увиделись.

— И что? Поговорил с ней Костя?

— Отказала.

— Как? — застываю я. — Почему?…

— Да… — машет она рукой. — Гордая! А я унижаться должна, выходит.

— Ясно.

Прощаюсь, разворачиваюсь к дому Костика.

Иду медленным шагом, переваривая всю эту информацию.

Вроде бы ничего критичного. Но осадок какой-то странный.

У подъезда машины Кости действительно нет. Но я вижу ее припаркованной у соседнего дома.

Зайти, отдать? — смотрю я на зонт.

Смотрю на часы. Девятый. Костя встает рано. Прохожу мимо его окон на первом этаже, слышу негромкую музыку. Забегу.

Нажимаю на звонок домофона.

— Кто? — раздается сонный Костин голос.

— Свои! Это я, Уваров. Открывай.

В Костиной двушке не поменялось вообще ничего! И у меня дежавю… Словно мне опять пятнадцать, и я первый раз пришел к нему в гости. Мы тусовались здесь по юношеству. Мать у него умерла, он жил один. Деньгами помогали родственники какие-то.

Все старое кроме дивана и плазмы. Остальное аля СССР. Такая утрированно холостяцкая берлога из прошлого века.

— Чай будешь?

— Давай. А ты чего ремонт не замутишь? Старое всё… — веду я по обоям пальцем.

— А пусть, — машет он рукой. — Я ее продаю. В новой уже буду делать. Посиди, я в душ на пять минут.

Он включает мне большую плазму, которая смотрится здесь, как седло от хёндай на осле.

Брожу по квартире с кружкой чая. Хоть все и ветхое здесь, вокруг не пылинки. Чисто. Прибрано. Вещи не валяются. На стенах картины маслом. Разглядываю…

Толкаю дверь спальни, мне интересно одним глазком взглянуть на место, где я стал мужчиной. Дверь закрыта плотно и с первого раза не поддается. Толкаю сильнее! Со скрипом открывается. Да, это было здесь… — делаю шаг внутрь.

И все внутри меня замирает.

Ого…

Спальня — больше не спальня. Спальня теперь галерея. Галерея фотографий Дины!

Кровь бросается мне в лицо, как будто я случайно застал родителей, занимающихся сексом!

Вылетаю оттуда, прикрывая за собой тихо дверь. А она, сука, скрипит!!

В висках стучит.

Это чего было?… — мелькают в моих глазах ее образы.

Костя выходит из душа.

— Пашка, ты чего?

— Да так, — сглатываю я ком в горле. — Позвонили сейчас срочно…

— Случилось что-то?

— Мхм… по работе там… — отмахиваюсь. — Пойду я!

— Ты приезжай вечером, как договорились.

— Конечно… мхм… — обуваю я кроссовки, трясущимися руками.

— До вечера.

Вылетаю на улицу.

Вот это пи**ец….