Глава 7

Дарьяна смотрела на своего мужчину. Он спал, не разжимая рук, окутав ее собой, словно закрывал со всех сторон, защищая даже во сне. Девушке казалось, что она лежит в тисках, невероятно крепких и надежных. А еще обнаженную кожу неприятно царапала старая ржавая цепь, которая держала железный браслет на запястье Дикого.

Даша ужаснулась, увидев, что металл натер кожу до крови. Алые разводы покрылись подсохшей коркой, но хищник будто не замечал их.

Дарья решила что-то предпринять. А вот беспокоить Клима не хотела. Во сне черты лица разгладились, стали более мягкими, и девушка на несколько секунд залюбовалась мужественной красотой истинного. И тепло разлилось в груди.

Осторожно пошевелившись, Дарья запустила в свою рухнувшую и растрепанную прическу пальцы, нащупала уцелевшую шпильку и принялась ковырять замок на браслете кандалов.

Сработало. Браслет щелкнул, и цепь, громыхнув, ударилась о пол.

Клим пошевелился во сне, но глаз не открыл. Дарья подождала, пока мужчина вновь крепко уснет, и только тогда выбралась из постели.

Наспех приняла душ, воспользовалась местным халатом и решила, что нужно уладить формальности с администрацией гостиницы. Ну и раздобыть что-то из еды на ужин.

Обувшись, Дарья прикинула, что денег у нее с собой нет. Впрочем, как и телефона. Все надежда на Клима. Вдруг в карманах чудом уцелевших брюк повезет найти бумажник.

Так и вышло. Осторожно порывшись в мужской одежде, Дарьяна обнаружила и наличные деньги, и странный небольшой футляр, бархатистый, приятный на ощупь. Казалось, что он изготовлен давно. Да и вензель на крышке стоял старинный. Толком и не разобрать изящных букв.

Дарья вернула коробку на место, в карман. А вот купюры взяла.

Потуже завязав халат, девушка вышла из номера. Переговоры с владельцем «Рая под звездами» прошли продуктивно и быстро. Помогли те самые купюры. А за дополнительную плату жена хозяина мотеля приготовила новым постояльцам нехитрый ужин.

И вот, спустя полчаса, Дарья вернулась в номер. Вооруженная пакетом с едой, девушка не успела провернуть дверную ручку, как преграда едва не слетела с петель.

А за ней – Дикий. Полыхающий взор. Опасный оскал. Взъерошенные волосы.

Но больше всего Дарья удивилась тому, что мужчина был полностью обнажен, зато в руке держал боевой топор.

– Ты чего? – просипела Дарьяна.

Клим молчал, не сводя с девушки напряженного и настороженного взгляда.

– Ты если на охоту собрался, то отбой. Сегодня на ужин у нас макароны, – продолжала говорить Дарья, медленно, без резких движений, приподняв пакет с едой.

Топор моментально растаял в воздухе. А Клим рывком выбросил руку вперед и втянул девушку внутрь номера, захлопнул дверь ногой и впечатал Дашку в свою грудь.

Хищница слышала, как под ухом колотится сильное сердце ее демона. И с каждой секундой темп замедляется, словно Дикий начал успокаиваться.

– Думал, ты сбежала, – пробормотал он наконец, так и не разжимая объятия.

Крепкие руки стискивали Дашу с такой силой, что, кажется, трещали ребра. Да и еда, зажатая в пакете между их телами, вот-вот превратится в кашу, если Клим не сбавит обороты.

– Куда, по-твоему, я сбегу? – пробухтела Дарья. – Еще и на голодный желудок?

– Дашка…, – негромко выдохнул Клим, – не сбегай больше, пока сплю.

– Так я и не сбегала! – возмутилась Дарьяна. – И кстати, свистнула у тебя немного наличности, заплатила за номер и, вот, еды достала.

– Это должен был делать я, – недовольно фыркнул Клим. – Просто что-то вырубился.

– Зато выспался, да? – говорила Дарья и вдруг потерлась щекой о теплую, даже горячую грудь.

– Угу, – пробормотал Дикий. – Уже и не вспомню, когда так крепко спал, да и вообще…

– Что вообще? Вообще спал? Так. Все. Хватит болтать! Я есть хочу! – решительно проговорила Дарьяна и попыталась отстраниться или хоть как-то выпутаться из тисков-объятий.

Но Клим не спешил выпускать ее на свободу. Обхватил рукой за подбородок, нежно огладил пальцами скулу, щеку, коснулся уголка губ.

– Ты удивительная девушка, – проникновенно произнес Дикий, а Дарья засмущалась.

– Пожалуй, я тебе поверю, – хмыкнула она, но румянец смущения проступил на щеках. И потом, не привыкла она обниматься с обнаженным мужчиной. Пусть он и есть ее истинный.

– Я в душ, а ты пока…, – выдохнул Клим, а Дарья потянулась навстречу обжигающим касаниям.

Мужские пальцы выводили замысловатые узоры на ее коже, а аромат костра соблазнял и манил. И сам Дикий принялся покрывать легкими поцелуями ее губы, будто пробовал на вкус, нежно и невесомо.

– Душ! – повторила Дарья шепотом.

Клим рыкнул. Поднял ее над полом и сделал шаг к кровати. Пакет упал на постель, а мужчина раздвинул полы халата в стороны и тут же припал открытым ртом к бархатистой коже.

Даша обхватила руками голову Клима, запустила пальцы в его волосы, хотела отстраниться, напомнить, что нужно бы поесть, пока еда теплая.

Однако руки сами притягивали хищника, прижимали к телу, успевшему истосковаться по откровенным ласкам. И ведь недавно совсем Клим жадно и неистово любил ее, а Дарья уже невероятно скучала.

Ловкие пальцы нырнули под ткань халата, лихорадочно скользили по спине, бедрам, ягодицам. С утробным рычанием Клим приник к ее груди, принялся облизывать и посасывать до боли чувствительные вершинки сосков.

Дарья выгнулась навстречу этим поцелуям-укусам. Голова шла кругом, а внизу живота разгорался неистовый пожар, будто раскаленная лава пробиралась к самому центру ее желания. И заглушить его, остановить, мог только он – ее истинный.

Дарья всхлипнула, когда твердые губы скользнули ниже, к животу, язык нырнул во впадинку пупка, а твердая ладонь несильно сжала ее ягодицы, притянув ближе.

– Остынет… еда…, – хныкая, прошептала Дарья, но ведь сейчас у девушки проснулся совершенно иной голод, иная потребность. А спираль страсти скручивала ее тело, заставляя стонать все громче и вонзать острые коготки в мускулистые плечи хищника.

– Согреем! – рыкнул Дикий и опустился перед Дарьей на колени, упираясь в матрас.

Даша пискнула, попыталась сменить положение, но Клим не пускал. Сильные и надежные ладони требовательно развели ее бедра. Заставили Дашку закинуть ногу на мужское плечо, а дальше… Дальше Дарья поняла, что в голове образовался вакуум. Остались только запретные и порочные мысли. Или уже не запретные. Ведь Клим – ее истинный, и ее метка стоит на нем. Выходит, Дарьяна Вольнова имеет полное право на все вот это вот, что происходит между ними!

– Дашенька… Дарья… красавица моя… солнышко…, – лихорадочно шептал Клим, тяжело дыша.

Дарья чувствовала, как мужские губы изучают ее там, как раздвигают сочащиеся желанием складочки, а язык ласкает, окунается еще глубже.

– Моя! – повторял Клим, а Дарья дышала в такт его словам, стонала, рычала, нетерпеливо вонзала коготки в бугрящиеся на спине мышцы, оставляя небольшие отметины.

Дарьяна вскинула бедра навстречу, когда Дикий заменил язык пальцами. Прогнулась, закричала, чувствуя, как любимый проникает глубже, острее. Но все не то… Ей вновь хотелось ощутить его, целиком, еще глубже, полностью.

– Потом, Дашка… Потом все будет…, – словно прочел ее мысли, пообещал Клим, и изменил темп.

Дарья протестующе застонала, когда Клим убрал пальцы.

– Ах-х-х! – тут же застонала громче, когда он жадно прижался ртом к налитому желанием бугорку, а рукой сжал девичью грудь, перекатывая острый сосок между пальцами.

Дарья думала, что рухнет, упадет, потому что ноги не держали. Но Клим надежно фиксировал ее свободной ладонью, подставляя под откровенные ласки своего рта.

Порочно, чувственно, остро, жарко…

Дарья ощутила, как раскаленная игла прошивает все тело, от затылка, до кончиков пальцев на ногах.

– Моя… волчица моя… красавица… любимая… моя! – слова доносились словно через вату, Даша с трудом дышала, чувствуя, как жадные губы и язык, не останавливаясь, отбирают у нее следы ее удовольствия.

Клим дышал так же тяжело, как и она. С трудом разлепив тяжелые веки, Дарья сморгнула, чтобы столкнуться с горящими огнем, лихорадочным блеском и жаждой глазами.

По огромным возбужденным зрачкам демона Дарья догадалась, чего именно он хочет больше всего на свете. О чем просит ее. И ничего запретного или постыдного не видела в этом. Несколько капель крови – ничтожная плата за пережитое удовольствие.

– Можно…, – едва шевеля губами, шепнула она.

Видела, как адское пламя вспыхнуло во взоре любимого. Видела сомнения в нем. Медленно кивнула, все еще не восстановив дыхание после дикого и невероятно острого оргазма.

Клим аккуратно поцеловал внутреннюю сторону бедра, едва ощутимо провел клыком по тонкой коже и тут же слизал капельки крови.

Дарья ощутила, как мужчина дрожит, а из грудной клетки хищника срывается утробное урчание. Влажные язык двигался по ее телу, снимая капельки крови и следы пережитой страсти.

Дашке не было больно, наоборот, тело будто вновь начало окунаться в удовольствие. И Дикий принялся оглаживать пальцами все еще влажную промежность.

Даша извернулась в крепких руках, потянула Клима на себя. И пока ловкие пальцы терзали ее влажную и возбужденную плоть, девушка прижалась к твердым губам жадным поцелуем.

Секунда… и Даша рухнула на постель, утянув за собой и Клима.

– Я тяжелый, – пробормотал Дикий, Даша только фыркнул, и ее смешок превратился в протяжный стон, когда пальцы нырнули глубже.

Даша заскользила рукой по обжигающему телу, изучая рельефы и узлы мышц. Добралась до упругих, идеальных ягодиц. И резко обхватила бедрами мужскую талию, заявляя, что никуда она не отпустит своего демона.

– Даша-а-а-а! – выдохнул Клим, а Вольнова только куснула его за нижнюю губу, порочно и откровенно, как и хотела.

Всем телом, открытым и доверчивым, Дарья прижималась к любимому, терлась о него, поторапливала, чувствуя, что вот-вот вновь рухнет в пучину удовольствия.

А когда тугая, каменная плоть замерла у самого входа, Дарьяна зарычала. Клим негромко, хрипло рассмеялся, нависая над девушкой.

– Я всегда тебя любил, даже когда не видел, – произнес вдруг мужчина, не шевелясь.

– Я…, – начала Дарья.

– Стоп. Ничего не говори. Пока, – зашептал Дикий и медленно погрузился глубже, заполняя Дарью собой. – Я докажу, что достоин, солнышко. Увидишь.

Даша не смогла возразить. Требовательные губы запечатали рот поцелуем. А стоны удовольствия утонули в жадных касаниях.

Клим двигался в ней, мощно, рвано, откровенно подводя к разрядке. И когда тело взорвалось на мириады частиц, Дарьяна крепко обвила руками шею своего истинного. Она верила ему, доверяла, знала, что не обманет, и неважно, с чего начались их отношения.