Глава 3. Криминальная карьера

Дни потекли за днями, лето как-то незаметно заканчивалось. Скоро снова начнётся школа, последний год, и Костя сможет присоединяться к ребятам только после уроков. Впрочем, парень рассудил, что кое-что можно будет и пропускать, появляясь периодически на всяких контрольных и самостоятельных. Аттестат всё равно дадут, хоть на трояк, но натянут оценки — учителям тоже не нужен геморрой в виде второгодников в старших классах.

В последнее время Бешеный стал замечать, что Тис поручает ему всякие немелкие задания, посылая старшим вместо себя. На рынке, когда парни разбивались на двойки и секли за ситуацией, тоже ставил в пару со всеми по очереди, но всегда — старшим. Проверяет? Конечно, Костя не знал, что это прямое распоряжение Лешего, взявшего новичка на заметку и выяснявшего, потянет ли тот руководство целой пятёркой? Рыжий собирался переезжать в другой город, и третьего лидера присматривать нужно уже сейчас.

Конец августа ознаменовался новым событием, где Косте пришлось применить все свои умения и хладнокровие, но оно же и решило его дальнейшую судьбу.

Очередная суббота выпала на дежурство пятёрки Тиса. В последнее время подозрительно нарастала напряжённость с чурками на рынке, и Виталик решил разбиваться не на двойки, а на тройки — для большей безопасности. Второй тройкой, как водится, командовал Бешеный. Сегодня с ним поставили Малька и Кулака, что Костю нисколько не смущало. Теперь ему не надо было надевать маску-роль, чтобы вести себя хладнокровно и уверенно: за прошедшие два месяца словно что-то изменилось в душе, после случая с чоповцами парень выработал и сроднился с особой линией поведения, и теперь никто не сказал бы, что имеет дело с сопливым малолеткой, по крайней мере — в глаза.

Поменялась мимика, движения, и, при необходимости, он теперь очень просто мог вызвать то самое выражение глаз хладнокровного убийцы, которое напугало даже его сотоварищей по пятёрке. Когда Костя включал «режим отморозка», как друзья, шутя, называли это его состояние полной сосредоточенности, равнодушия и готовности убивать (дураков не было — проверять на деле эту самую готовность, что парню здорово облегчало жизнь), никто не смел оспаривать его решения, даже Тис.

Сегодняшний день был самым обычным, ровно до обеда. Курсируя по своей зоне ответственности, наблюдая за мелкими воришками и карманниками, беря на заметку наиболее удачливых — чтобы не забыли «поделиться» в конце дня, — Костя вдруг услышал еле различимые звуки ссоры, с явным присутствием гортанной «кавказской» речи. В той стороне находились, в основном, складские контейнеры, причём территория принадлежала бригаде соседнего района и что там забыли чурки, было не ясно.

Короткий взгляд на парней, и все тихо двигаются к месту возможной потасовки — с «горячими южными» парнями ссоры иначе не заканчиваются. Но то, что предстаёт взгляду Бешеного, сразу настраивает его датчик неприятностей в положение «катастрофа»: четверо русских парней, из пятёрки соседского Глеба, в окружении — пять… девять… — тринадцати угрожающе настроенных азеров, кажется. Блядь, это уже ни в какие ворота! Велев Мальку срочно искать Тиса с остальными, чтобы хоть как-то выровнять шансы, Костя начал спешно продумывать, как потянуть время, а в идеале — и вовсе избежать разборок, по-любому же кто-то на нож наскочит, хорошо вообще будет, если у чёрных стволов не окажется. Размышления прервал Кулак, после слов которого, захотелось тупо дать ему в морду.

— Слышь, Костян, может, ну их? Мы ж не знаем из-за чего разбор, может наши налажали? По-глупому же подставимся, их больше…

Костя так зыркнул на парня, что тот мигом стушевался. Протянул презрительно:

— А ты что, Кулак, можешь выступать, когда противников равное число, или может даже меньше, чтоб уж для верности?

— Ну ладно тебе, Бешеный, совсем-то уж меня не чмыри. Но мы же не знаем…

— Вот и узнаем! — оборвал Костя. — Ты пойми, не важно, кто прав. Чурки за своих всегда горой становятся, при любом раскладе. А мы что, хуже? А если на нас когда-нибудь кто из них наедет, а пацанва просто мимо пройдёт? Нет, сперва собьём им настрой, а то вон, крайние уже пёрышки начали доставать. А там разберёмся, как действовать. В любом случае — не по чести такой кодлой нападать, наши ж отбиться толком и не смогут!

Ещё раз окинув взглядом общую картину, Костя велел Кулаку вырулить со стороны рынка и отвлечь на себя внимание. Русских спасало только то, что спину им прикрывал один из контейнеров, всё остальное пространство вокруг заняли азеры. Их главный стоял прямо напротив Глеба (вот интересно, куда делись ещё двое его бойцов?) и что-то угрожающе говорил. Со спины его прикрывали двое, остальные сосредоточились с боков. А позади чурок как раз был узкий проход между контейнерами, так что они, в любом случае, движение Кости увидеть не смогли бы. Но вот свои… Тупо могли выдать удивлением на рожах.

Бешеный напрягся и приготовился действовать, мысли, сомнения, что что-то не получится, отошли на второй план. Вот справа раздался голос Кулака, спрашивавшего «какого хера тут творится?», вот всё внимание устремляется на него, на лице Глеба сначала вспыхивает надежда, но сразу гаснет, и, надо отдать ему должное, парень резко выкрикивает: «Беги!», вот двое ближайших к Петру «джигитов» рванули в его сторону (ну-ну, для Кулака это лишь на поразмяться, если только парни не знакомы с каким-нибудь видом боя, конечно). А Костя уже рвётся к главарю, стремительно, не замедляясь ни на секунду, вырубает (жёстко и надолго) прикрывавших его спину парней — не до нежностей.

Ни азеры, ни ребята Глеба не успели ничего понять, как Бешеный уже рванул на себя главаря, разворачивая спиной, фиксируя голову цепко впившимися в густую чёрную гриву пальцами, прижимая верный выкидной нож с о-о-очень острым лезвием к беззащитно открывшемуся горлу. Развернувшись тылом к своим — уж сообразят, что дёргаться не надо, — окинул беглым взглядом изменившуюся диспозицию. Трое азеров в минусе (одного успел вырубить Кулак, а второй оказался слишком прытким), да заложник в Костиных руках — уже хорошо, теперь шестеро против девятерых.

Бугдай Сафаров первые секунды не мог понять, что случилось, но острая сталь у горла очень способствует мыслительному процессу. И откуда только этот шайтан выскочил?! Положение было очень неловким — дав захватить себя с такой лёгкостью, Бугдай показал подчинённым свою слабость. Отец будет недоволен, если вообще в рядовые не переведёт… Однако пока решения старших нет, он остаётся командиром, так что от него ждут распоряжений бойцы. Попробовать вырваться? Но, даже на попытку напрячь тело, неизвестный среагировал усилением давления на горло — ещё чуть-чуть и пустит кровь.

Бугдай ухватился за чужую руку — тонкую, но довольно крепкую — не в попытке отвести нож, конечно, просто показывая, что давление слишком сильное. Рука в волосах тоже напряглась и потянула голову вниз, заставляя сильнее выгнуть горло и чуть согнуть ноги. Зато парень смог кинуть взгляд на лицо захватчика и неприятно поразиться — слишком юным оно было. Вай-вай, какой позор, оказаться во власти малолетки! Хотя проиграть сильному врагу не так и позорно — вон как вырубил Гасыра и Арслана, до сих пор не очухались. А уж когда над ухом раздался спокойный и холодный голос, Бугдай и вовсе решил пока не дёргаться.

— Скажи своим «джигитам», чтобы замерли — я нервный, и при любом неосторожном движении запросто могу тебе шкурку повредить, да и сам не напрягайся лучше.

Конечно, «нервный он», с таким-то голосом, что в кишках всё застывает… Бугдай послушно отдал своим приказ успокоиться, а с этим можно будет и позже поквитаться. Пришло время диалога, но сначала надо дать понять, что парень встрял не в своё дело.

— Все теперь спокойны. Парень, ты совершаешь ошибку — вас мы не трогали, шли бы себе мимо, а с Глебом у меня старые тёрки.

Парень за спиной хмыкнул.

— Зови меня Бешеным. Если с Глебом тёрки — решай один на один, как мужчина, а не в приоритете три к одному. Вот скажи, ты бы прошёл мимо, если бы кого из ваших зажали? И я не мог пройти. Успокоился?

Когда тебя тыкает носом в неправильное решение мальчишка — это обидно. Когда он при этом прав — обидно вдвойне. Но признавать свои ошибки?! Да и глупо всё получилось: нужен был лишь повод, чтобы продолжить давно начатый спор за… девушку. Вечно из-за баб проблемы… И да — не спортивно, не честно, но кто-то умный сказал, что в любви все средства хороши, вот Бугдай и уцепился за шанс расправиться с соперником.

Костя чувствовал, что дальше нагнетать обстановку не стоит, надо как-то разруливать дело. Скоро подоспеет Тис с парнями и равновесие сил восстановится, но доводить до конфликта нежелательно — старшие не одобрят крупную разборку в то время, когда любая искра грозит взорвать хрупкий мир между группировками. А азер тем временем отозвался:

— Не прошёл бы, ты прав. Меня Бугдай зовут, но ваши Богданом кличут.

— Зачем же коверкать имя? Бугдай, так Бугдай.

За одни только эти слова Бугдай готов был забыть вмешательство парня в разборку — мало кто из русских удосуживался правильно произносить непривычные имена, и «кавказцы», откуда бы они ни были, умели ценить уважительное отношение. А Костя прекрасно знал об этом ещё от дяди Саши, воевавшего в горячих точках.

Только чудом Бешеному удалось тогда разрулить конфликт, предотвратив гораздо более тяжёлые последствия, чем обычная поножовщина, и растолковав этот факт парням. Как он узнал позже, девушка, из-за которой разгорелся весь сыр-бор, никому в итоге не досталась — ребята немного понаблюдали за вертихвосткой, помимо них встречавшейся ещё с двумя, и решили плюнуть на это дело, а потом, совершенно неожиданно друг для друга, сдружились. Конечно, прибывший к концу разборок, Тис потом всё подробно рассказал Лешему, утвердив того окончательно в мысли, что Бешеный очень даже потянет пятёрку.

Так, примерно в середине сентября, Костю поставили перед фактом старшинства в группе. Чего и говорить — приятная для него неожиданность. Только учёбу пока пришлось подзабросить, ну да ничего, зимой, когда дел будет меньше, нагонит. Вступление в должность, так сказать, ознаменовалось очередным происшествием, и опять оказалось связано с рынком.

Официального представления нового командира пятёрки на сходке ещё не было, и Костя хотел потратить выходной на поход на рынок — обычный, за шмотками. Не пойдёшь же на серьёзное мероприятие в старых джинсах и не пойми какой рубашке? Надо купить что-то приличное. Иногда попадались редкие знакомые из соседних районов, с которыми он перекидывался приветствиями. Наконец всё необходимое было куплено и парень, оказавшись в незнакомом районе рынка, быстро сориентировался и решил срезать путь через пустырь — до своей территории добираться предстояло через очередные задворки. И опять неудачно.

……

Кличку Шакал Игорю дали не зря — очень любил он нападать исподтишка, при численном перевесе, чтоб уж для гарантии, да и жертвы его нападений редко отделывались простым лишением ценностей и ударом по голове. Любил Шакал поразвлечься. Сегодня он скучал. День на рынке подходил к концу, когда к парню подошёл один из мелких воришек, сообщив интересную информацию: через пустырь двинулся какой-то пацан при бабках — Корка за ним полдня следил, пока тот делал покупки, но кошелёк спереть не получилось, пацан плотно сёк ситуацию.

Шакал призадумался — на своём участке делать уже нечего, дань с торгашей собрана, так почему бы не развеяться после скучного дня и заодно не поднять «копеечку» на карман? Подумано — сделано. Свой район парни знали хорошо, тем более что Корка сказал в каком направлении ушёл пацан — к Литейке, что не есть гуд, надо перехватить добычу, пока не вышла из его зоны ответственности, потому как соваться в чужой район и творить там беспредел весьма чревато. Особенно, если на пятёрку Глеба нарваться…

Пятёрка бодрой рысью устремилась на перехват. Они успели почти в последний момент — дойди мальчишка до гаражей, и пришлось бы отпускать, но им повезло. Хотя, как позже выяснилось, совсем наоборот. Мальчик Шакалу понравился — невысокий, симпатичный, немного подкаченный, вряд ли старше шестнадцати. Таких он очень любил — в прямом смысле. Шакал к своим двадцати успел пару лет отсидеть на «малолетке», и вынес оттуда весьма специфические склонности, а ребята в пятёрке были под стать командиру.

Юноша, оказавшись в окружении шестерых крепких парней, замер и настороженно огляделся. И зря Шакал не придал значения тому факту, что в зеленоватых глазах не было ни капли страха, лишь злость нарастала по мере осознания его слов — никак не мог он не поиздеваться, пока только словесно, над будущей жертвой, пытаясь нагнать на неё ещё больше страха. Вот только страх пришлось испытать ему самому, и не просто страх, а настоящий ужас.

Он не уловил начало движения «жертвы», вмиг превратившейся в опасного зверя, только увидел, как двое его парней оседают на землю. Ещё трое быстро пришли в себя и включились в драку, пытаясь использовать ранее вытащенные ножи, но всё бесполезно — мелкий пацан валил ребят с трёх-четырёх ударов. И это-то и было страшно. Но Шакал не был бы старшим пятёрки, если бы не умел подстраховываться. Выхватить револьвер и взвести курок — дело пары секунд. Штучка хоть и древняя, но вполне рабочая — на хате какого-то коллекционера взял, было дело…

А парень уже расправился с его бойцами. Шакал не стал ждать, пока тот примется за него, а выстрелил, почти не целясь — с такого расстояния куда-нибудь да попадёт, что даст фору. Раненого проще добить, и безопаснее, а потом ходу — хоть дома и достаточно далеко, но кто-нибудь может услышать звук выстрела. Вот только странный и оказавшийся таким опасным, пацан слегка ушёл в сторону, а в следующий момент Шакал с воплем был вынужден выронить револьвер — в запястье вонзился приличных размеров нож, вызывая дикую боль.

……

До гаражей уже оставалось совсем недалеко, когда Костя почувствовал опасность, а потом и увидел — шестеро крупных парней внезапно и очень умело взяли его в кольцо, перекрывая пути отхода. Шестёрка принадлежала Шакалу, насколько он помнил, а тот был конкретным отморозком. До сих пор пересекаться им не приходилось, да и Бешеного в лицо знали совсем не многие — пока ещё, хотя своеобразная слава о нём уже шла. И, в принципе, можно было сообщить парням об их заблуждении, но тут один из них, с неприятным выражением глаз и кривой сальной улыбкой — видимо, сам Шакал, — начал говорить.

— Так-так-так… Кто это без разрешения ходит по моей территории? Нехорошо, мальчик, заплатить бы надо, — какой тупой детский развод! — Но я сегодня добрый, просто отдай деньги и шмотки, бить, так и быть, не будем. Правда, в благодарность, ты нам сделаешь приятно, мой сладкий… — поняв смысл фразы Костя стал очень быстро закипать, решив, что ни хрена он уёбку объяснять не будет, а разомнётся как следует. Шакал, видимо, заметив, как он напрягся, кивнул за спину, откуда послышались щелчки раскладывающихся ножей. — Ты, мальчик, глупостей не делай, а то помимо естественных мы тебе добавим и пару-тройку новых дырок. Зато, если будешь хорошо работать ротиком и попкой, останешься почти целым, — придурок заржал и принялся наглаживать себя поверх ширинки.

Всё, крышу у Бешеного снесло.

Ножи это, конечно, не очень хорошо, но он и сам далеко не безоружный. Мгновенная настройка и Костя нырнул в спокойствие боевого транса. Хорошо, что придурков щадить не нужно — сами нарвались, а он уже так давно не работал в полную силу, повода не было. Пакеты упали из разжавшихся пальцев, на секунду отвлекая внимание. Рывок между двумя ближайшими противниками, пока не успели сориентироваться, проход за спину и одновременный удар обоим по определённой области на голове — приём весьма опасный, сотрясение гарантировано, зато выведет их из строя мгновенно. Парни валятся на землю, а он сосредотачивается на оставшихся, краем глаза наблюдая за Шакалом — насколько известно, у того кличка говорящая, в драку никогда сам не полезет, предпочитает подлость исподтишка.

У двоих ножи, но в данном случае им это только мешает. Дерутся неплохо и Косте приходится маневрировать и работать почти исключительно по шоковым точкам. Сейчас не время красоваться приёмами, главная задача — максимально быстро вывести противников из строя. Последний из парней падает без сознания, а Бешеный перехватывает выбитый из руки нож и вовремя. Начиная разворот к главарю, периферийно замечает движение руки и сухой щелчок — пистолет! Парень не знал, какой ангел сегодня хранил его, но уйти от пули, выпущенной не более чем с десяти метров, практически нереально. Если только у стрелявшего не тотальное косоглазие и криво растущие из жопы руки. Но повезло — он кожей ощутил, как пуля прошла совсем рядом с боком, в том узком промежутке между торсом и рукой. Невероятное везенье — ещё бы совсем чуть-чуть…

Тело продолжает действовать на рефлексах, и, завершая поворот, рука посылает трофейное перо прямо в цель — запястье отморозка. Главное вывести из строя руку, чтобы опять палить не начал. А сам он уже делает стремительный рывок к противнику, подхватывая пистолет, валяющийся у подвывающегося тела. Хм, револьвер, древний какой, но стреляет очень даже по-настоящему.

Наступив уроду на повреждённую руку, Костя резко вырвал из неё нож — с этим он ещё не закончил. В глазах парня теперь отражается страх за жизнь — Бешеный знает, что его взгляд сейчас холоден и мёртв, а это обычно нагоняет жути. По крайней мере, ребята так говорили. Отморозок переживает правильно: по всем понятиям бывшая жертва имеет полное право на месть. И Костя отомстит, но по-своему — смерть далеко не самое страшное наказание.

— Я мог бы тебе спустить попытку ограбления… Даже ножи твоих бойцов. Но не всё остальное. Во-первых, терпеть не могу насильников, а во-вторых, применять огнестрел просто так, насколько я помню, запрещено. Так что в произошедшем ты сам виноват! Кстати, если ваш смотрящий будет в претензии, пусть отправляется сразу к Лешему, а там расскажет, что недоволен действиями Бешеного, на которого вы имели глупость напасть.

Парень теперь смотрел на него совсем другими глазами — на своих нападения вообще не приветствовались, тем более без особого повода. Но Косте его душевные метания были по барабану, как и то, что сейчас он собирался сознательно и бесповоротно искалечить человека. Перехватив нож поудобнее, он вонзил полосу металла сначала в один, а потом и в другой плечевой сустав Шакала, да ещё и провернул для верности, не обращая внимания на первые дикие крики боли, впрочем, быстро прекратившиеся — парень просто потерял сознание.

Сорвав с кого-то кусок рукава, он неспешно стёр свои отпечатки с рукояти, выбросил нож (дрянная дешёвка, иначе забрал бы, а вот револьвер прибрал — надо Лешему отдать, да предупредить о возможных разборках) и спокойно пошёл в сторону своего района, совершенно не подозревая, что практически все события видел кто-то посторонний, сейчас провожавший удаляющуюся фигуру подростка задумчивым взглядом.

……

Николай загнал машину в гараж и понял, что до дома дотерпеть не сумеет — пиво, выпитое в честь его попадания в СБ Игоря Викторовича Пронина, в определённых кругах более известного, как Граф, уверенно просилось на выход. Не хотелось вспоминать, сколько проверок на вшивость ему пришлось перенести, чтобы попасть на это престижное место. Бывший мент, пойманный на пособничестве преступникам, отсидевший своё на зоне и выживший там, не видел для себя иных перспектив, как податься к тем, с кем когда-то стоял по разные стороны закона. Он и на сотрудничество тогда с криминалом пошёл, потому как в смутные девяностые иначе было не выжить, когда надо ещё кормить жену, дочь да престарелую мать. Впрочем, после отсидки осталась только мать — жена почти сразу подала на развод и переехала в другой город.

Так что Николаю только и оставалось, что идти на поклон к Графу. Два года он был на побегушках, изо всех сил показывая свою полезность, наличие ума и боевые навыки. Усилия не прошли даром. Пусть пока он рядовой боец, со временем пробьётся и выше. Занятый приятными думами, мужчина завернул за угол гаража, за которым начинался большой пустырь, и, расстегнув ширинку, расслабился. Из благодушного состояния его резко вырвали громкие голоса. Обзор закрывал холм с бурьяном, и Колян решил полюбопытствовать, но осторожно — мало ли что?

Ситуация была проста, как два пальца — молодые гопники окружили совсем ещё мальчишку и явно собирались грабить. Ан нет, не только, понял мужчина, увидев характерные движения главаря по паху. Вот ушлёпок! Так, территория относится к сфере влияния Серого, а у него в бригаде таких отмороженных пятёрок целых две. Пока Николай решал, стоит ли вмешаться сейчас или ещё подождать, события понеслись вскачь.

Кажущаяся беззащитной жертва вдруг превратилась в стремительное торнадо, легко разбросавшее нападавших совсем не мелких парней! Новоиспечённый боец главного городского авторитета с профессиональным восхищением отметил чёткие выверенные движения паренька, выхватил элементы самбо и ещё какой-то восточной техники, но главное — парень весьма умело работал по уязвимым точкам. Весь бой не занял и минуты!

Слишком поздно мужчина заметил, как в руке оставшегося гопника мелькнул револьвер — и где достал только? — но ничего сделать уже не успевал: ни вытащить свой пистолет, ни отвлечь урода. Грянул выстрел, а Николай успел лишь пожалеть, что такой перспективный малый погибнет сейчас ни за что — с такого расстояния промахнуться нереально.

Каково же было его удивление, когда мальчишка слегка сместился, и в воздухе сверкнуло лезвие ножа, а следом раздался крик боли. Парень же даже не пошатнулся, а очень быстро подскочил к корчащемуся от боли главарю. Даже многое повидавшего бывшего мента конкретно так пробрало от последовавших действий недавней «жертвы». Что больше всего вгоняло в ступор, так это абсолютное холодное спокойствие парня, словно тот занимался такими вещами по пять раз на дню!

Задумчиво наблюдая за удаляющимся пареньком, Николай обдумывал две мысли. Первая — о таком перспективном бойце, явно уже знакомым с криминалом, надо обязательно сообщить начальнику СБ, а вторая — как, чёрт возьми, у него получилось избежать пули почти в упор?! Домой мужчина возвращался кружным путём — мало ли кто услышал выстрел да вызвал милицию? Оказывать же помощь пострадавшим не мелькнуло даже мысли — сами виноваты, придурки.

Как раз невероятное избежание ранения, которого, по идее, невозможно было избежать, и помешало его начальнику, Борису, воспринять рассказ очевидца серьёзно. «В него выстрелили в упор практически, а он, как ни в чём не бывало, принялся дальше кромсать обидчика? Да ты шутишь, Колян, он что, супермен какой?». Вот и пришлось засунуть странный эпизод в глубины памяти… до поры до времени.