По следам твоих прикосновений Ирина Михалицина · Глава 28

Глава 28

Чем ближе мы подъезжали к дому Рэнджи, тем больше я начинала переживать и надумывать всяких вариантов сценариев. Да, я ничего ему не обещала, да и Рэнджи сам вызвался помочь, пока я не найду что-то новое. Ну вот, нашла. Да, буквально сразу, но теперь можно и съезжать. Наоборот лучше, что не успела разложить вещи. Я провела рукой по растрепавшимся из-за Рэя волосам и попыталась успокоиться. Чего распереживалась — вообще непонятно!

И пройти всё должно спокойно, если только Рэй не прав, и Рэнджи не пытался меня вернуть, строя из себя хорошего парня.

Когда мы приехали, Рэй остался ждать в машине, а Рэнджи открыл дверь с улыбкой. Но стоило мне отдать ему ключи и сказать, зачем приехала, как его выражение лица изменилось.

— Быстро ты, — произнёс он, скрестив руки на груди. — Даже не подождала, пока я снова начну раздражать тебя своими привычками?

Я вздохнула, понимая, что этот разговор не будет лёгким.

— Рэнджи, ты же знал, что это временно. Я просто… нашла то, что искала.

Он кивнул, будто обсудил что-то сам с собой, а потом облокотился на дверной косяк, скрестив руки на груди:

— Это не просто переезд, верно? Просто ты выбрала его.

Я нахмурилась. Мои губы сжались в тонкую линию.

— Не начинай, Рэнджи. Я тебе ничего не обещала.

— Да знаю я! — он провёл рукой по волосам, резко выдохнул. — Просто… Я хотел, чтобы у тебя был выбор. А теперь понимаю, что ты его уже сделала. Сама.

Я сглотнула. В этом был смысл. Обычно я не знала, чего желаю, и поэтому делала то, чего хотят от меня другие. Именно таким человеком Рэнджи и знал меня. Но теперь всё изменилось.

— Скажи мне честно. Он сделал тебя счастливой? — вдруг спросил Рэнджи.

Я коротко кивнула, а он слабо улыбнулся:

— Тогда мне остаётся только принять это.

Я моргнула, ошеломлённая:

— Вот так просто?

— А как иначе? — Он пожал плечами. — Я многое понял за время, пока был один. Например, что нельзя держать людей рядом просто потому, что тебе так хочется. И нельзя строить иллюзии, надеясь, что однажды они станут реальностью. — Он замолчал на секунду, будто выбирая слова. — Я не буду врать, это больно. Но я не хочу быть человеком, который держит кого-то рядом не потому, что тот хочет остаться, а потому что ему некуда больше идти.

Я опешила. Его честность тронула меня. Это был уже не тот Рэнджи, который вечно спорил со мной, всегда настаивал на своём, цеплялся за прошлое, пытался скрывать эмоции за язвительными шутками. Это был человек, который наконец-то отпустил.

Я вдруг поняла, что тоже многому научилась. Например, прощать и принимать людей такими, какие они есть с их недостатками.

— Спасибо, Рэнджи, — я улыбнулась, а к моим глазам подступили слёзы от эмоций.

Он удивлённо приподнял брови.

— За что?

— За то, что ты есть. И за то, что позволил мне быть собой.

Рэнджи смотрел на меня какое-то время, а потом усмехнулся.

— Пожалуйста.

В его голосе больше не было ни горечи, ни злости. Только принятие. На мгновение повисла тишина, поэтому я подошла к Рэнджи и без слов крепко обняла:

— Будь счастлив, ладно?

Рэнджи слегка напрягся, но через пару секунд я почувствовала, как он всё же обнял меня в ответ — легко, ненавязчиво, будто прощаясь не только со мной, но и с чем-то внутри себя.

— Попробую, — тихо ответил он, и я услышала в его голосе усталость, но и надежду на лучшее. — Только надолго не теряйся.

Я отстранилась, и мы просто стояли, смотря друг на друга. В этот момент мне показалось, что я вижу перед собой не только друга, но и человека, с которым когда-то делила жизнь. Мы были незнакомцами, друзьями, любовниками и снова незнакомцами. Но не стали врагами, не остались чужими. Мы оба выросли.

— Я рад за тебя, знаешь?

Я удивлённо посмотрела на Рэнджи.

— Честно, — он искренне усмехнулся. — Ты заслуживаешь быть счастливой.

— Ты тоже, Рэнджи.

Он посмотрел на меня долго и внимательно, а потом улыбнулся и кивнул:

— Не кисни, — он подмигнул. — Если будешь улыбаться — все мечты начнут сбываться.

Я покачала головой, но усмехнулась. В этом был весь он — с улыбкой по жизни, несмотря ни на что.

— Ну что, помогу тебе спустить вещи? — спросил Рэнджи, нарочито бодро.

— Было бы кстати.

Потом Рэнджи наконец впустил в квартиру и снова помог таскать мои тряпки. Какими же мужчины иногда бывают терпеливыми…

Когда мы вдвоём вышли к машине, я заметила взгляд Рэя. Он стоял, облокотившись на машину и сложив руки на груди. Будто ожидал, что Рэнджи что-то выкинет.

Когда мы подошли ближе, Рэнджи на мгновение остановился, глядя на Рэя.

— Береги её, — сказал он негромко, но чётко.

Рэй медленно выдохнул и кивнул:

— Даже не обсуждается.

Я перевела взгляд с одного на другого и вдруг поняла: больше нечего доказывать, не за что бороться. Всё уже решено.

Попрощавшись с Рэнджи, я села в машину, и мы поехали. В зеркале заднего вида я видела, как Рэнджи стоит у подъезда, смотрит и машет нам вслед.

Я знала, что он больше меня не держит и не винит. Он тоже нашёл свой путь.

Я перевела взгляд на своего белобрысого снежного принца. Мы с Рэем познакомились почти случайно. Или, точнее, я столкнулась с ним в кафе, не ожидая, что этот грубоватый, холодный парень окажется тем самым, с которым я провела ту незабываемую ночь на вечеринке Мии.

Тогда, при первой встрече, он просто сел за столик в кафе, проигнорировав меня. А потом пошло-поехало.

Сначала — запертые вместе на кухне Лиама. Дальше — каморка кафе, слишком близко, слишком опасно. Рэй тогда почти поцеловал меня… или испытал на прочность. Потом кальянная. Когда те парни начали к нам приставать, Рэй отогнал их от нашего стола. В тот момент я поняла, что он не такой равнодушный, каким хочет казаться. Тогда между нами пробежала первая настоящая искра.

А после… всё завертелось… Свидание в уличном кафе, флирт и поцелуй, которого ждали уже оба.

Где-то в этом пути, между осторожностью, недоверием, флиртом, подначиваниями Рэя и моим упрямством, я влюбилась.

И теперь вот мы здесь. Вместе.

Рэй бросил на меня взгляд, перехватил ладонь и провёл большим пальцем по костяшкам пальцев:

— О чём думаешь?

Я качнула головой и усмехнулась.

— О том, какой странный путь мы прошли.

Рэй усмехнулся в ответ.

— Ну, зато теперь мы точно знаем, что всё это — не случайность, и что это по-настоящему.

Конец