ГЛАВА 16

POV Ульяна

Я проснулась с головной болью и кучей сообщений на телефоне. Не до конца разлепив глаза, но напялив очки, открываю список и ужасаюсь.

Direct в Instagram вот-вот лопнет, а мой телефон взорвётся. Рука не поднимается открыть приложение, наполненное неизвестными подписчиками – меня и так ежедневно заваливают просьбами, связанными с группой, даже не представляю, какой шквал на меня обрушился из-за Вита.

Надо было сразу об этом подумать, но вчера меня больше пугали мысли о предстоящем браке по договорённости семей, чем перемывание косточек негодующими фанатами.

Кликаю на WhatsApp, думая, что там безопаснее, ведь номер моего телефона есть только у знакомых. Но, судя по количеству сообщений и удивлённых восклицаний, они шокированы не меньше, а, возможно, даже больше.

Гай, Вили, Леон и ещё куча людей, с которыми я ежедневно контактирую. Чёрт, даже Артур написал. Ему-то что от меня нужно? Дождь из салата неточно выразил моё дальнейшее намеренье никогда больше с ним не пересекаться?

Высвечиваются пропущенные звонки, где лидерские позиции заняла моя мама. Довольно ухмыляюсь, радуясь, что внесла свои коррективы в её планы. Затем морщусь, вспомнив вчерашний вечер.

Вит Гром никогда не изменяет себе. А точнее своему свинскому поведению! Мой рассудок явно помутился на почве семейных дрязг, раз за помощью я побежала к тому, от кого не видела ничего кроме грубости. И не увидела.

Как он мог вот так запросто выкинуть меня из машины, в которую сам же и посадил? Да ещё и после головокружительного поцелуя…

Кожа покрывается пупырышками, когда я двигаю языком во рту, вспоминая горячую ласку его языка. Видимо, поцелуй впечатлил только меня. А как еще объяснить его последующие действия?

Бросаю телефон на постель, представляя, что там примостилась голова Вита Грома, и я как раз по ней попала. Сажусь и вновь морщусь. Но теперь уже от боли, окружившей голову. Не сказать, что я вчера была пьяна, да и бутылку Вит зачем-то разбил, но моему организму виднее.

Держась за стены, бреду в ванную. Выгляжу я хуже огородного пугало.

Душ и кофе делают своё доброе дело, мне становится лучше. С трудом натягиваю непривычный для меня наряд – белые укороченные брюки и жемчужная блузка. Волосы зачёсываю в пучок, а вместо каблуков надеваю аккуратные балетки.

Такси подвозит меня к студии звукозаписи, куда, судя по времени, уже начали стягиваться ребята. Я задерживаюсь у кофейного автомата, решив, что стоит удвоить дозу кофеина. Закидываю деньги, палец привычно тянется к кнопке «Двойной эспрессо». С кислой улыбкой меняю направление, выбрав капучино.

Подхожу к двери, прислушиваюсь в нерешительности. Несмотря на то, что в студии хорошая звукоизоляция, я слышу гул голосов. Желудок в панике сжимается.

Поджимаю губы, делаю серию коротких вдохов, чтобы подготовиться к погружению. Затем придаю лицу невозмутимое, насколько это возможно, выражение, вхожу в комнату.

Меня встречает резко воцарившаяся тишина и замершие лица, постепенно вытягивающиеся, словно в замедленной съемке. Сжимаю зубы, совсем забыла, что сегодня записывается дуэтный трек, поэтому помимо Вита, Гая, звукозаписывающей группы, Леона, здесь ещё и Вили. И их глаза устремились ко мне с застывшим немым вопросом, который каждый уже огласил в сообщении.

Я же быстро перемещаюсь взглядом от одного к другому в поиске и, наконец, находя, останавливаюсь на парне, лениво раскинувшимся в кресле, закинув щиколотку одной ноги на колено другой, словно переполох касается вовсе не его. Моментально вспыхиваю от злости, на что голова откликается резкой болью в висках.

– Может, ты мне объяснишь, что происходит? – грубо окликает меня Леон, первым выйдя из заморозки. – Почему я узнаю обо всем из видео, снятым фанатами в каком-то баре, а не лично от вас?

Закрываю глаза, вздыхая. Кто бы сомневался? Конечно, нас снимали и, естественно, выложили в сеть. Желание увидеть, что они наснимали, отсутствует. Пока с лихвой хватает живых воспоминаний.

Директор группы рывком встает передо мной.

Дежавю.

И не у меня одной.

– Леон, – зовёт Гай, и в его голосе чётко слышится предупреждение, – попридержи коней.

– Не начинай, Гай! – Директор разворачивается к нему, а я прищуриваюсь на Вита.

Что с ним не так? Почему он продолжает молча наблюдать?

Я помню, с каким пылом Гай защищал Вили, когда Тёма противился их отношениям. Но от Вита я получаю лишь равнодушие. В горле деревенеет ком, я быстро запиваю его кофе, не заметив обжигающей температуры.

А чего я ожидала после вчерашнего? Что сегодня он проснётся и вдруг решит, что раз я его девушка, пусть и фиктивная, то со мной следует вести себя по-человечески?

– Я не был против вас с Вили, ведь вы уже были вместе, и образ романтика как раз противопоставлялся угрюмости Вита. А теперь всё перевернулось с ног на голову! И у него, оказывается, интрижка с ассистенткой!

– Наши отношения – это личное дело. Никто не давал тебе право указывать, что мы должны делать! – Гай разгорячился, словно это касалось лично его. Вили протягивает руку, чтобы ухватить его и потянуть назад. Гай садится, но зубы его продолжают скрежетать, а глаза стрельнули в друга: – Почему ты молчишь?

– Да! – вторит ему директор. – Хотелось бы услышать развёрнутое пояснение!

Задерживаю дыхание, готовясь к очередному унижению. Вит скидывает ногу, поднимает голову к Леону. Его синие глаза выражают абсолютное безразличие к происходящему.

– Я уже сказал тебе всё, что посчитал нужным.

Разочарованно прикрываю глаза, задаваясь вопросом, что он сказал?

– И все? – В Леоне закипает новая порция негодования. Даже Гай вздохнул. – Вы теперь пара, и на этом всё? Больше никакой информации? – Открываю глаза как раз, чтобы заметить, как густые чёрные брови Вита двинулись вверх. – И что мне теперь прикажешь делать? Мне пришлось выключить телефон, потому что он трезвонил без умолку. Все просят комментарии. А тут оказывается всё так просто. Пара!

Я могла понять Леона. Он официальный представитель группы. От него в первую очередь потребуют разъяснений. Но я ничем не могу помочь, потому что сама не понимаю, как действовать дальше. Придётся выкручиваться.

– Вит, – зову я, и парень, наконец, соизволил обратить на меня своё внимание, – давай выйдем.

Не дожидаясь его реакции, разворачиваюсь и следую в обратном направлении. Поскольку сегодня на мне нет каблуков, и по коридору я передвигаюсь бесшумно, чётко могу расслышать его шаги. Уголок губ съезжает в сторону, он последовал за мной.

Вхожу в комнату отдыха, ставлю стаканчик с недопитым кофе на стол, поворачиваюсь. Вит прислонился к двери, словно ему сложно стоять. Он кривит рот, скрещивает руки на груди, выдаёт:

– Ну?

Я воинственно выпрямляюсь. Глаза Вита сужаются.

– Нам нужно…

– Расстаться? – хмыкает парень, заканчивая за меня. – Уже жалеешь, что согласилась? Слишком много хлопот для принцессы?

Да, что греха таить, после его выходки меня распирает желание послать наглого гада в причинное место, оставив его разгребать замешанную кашу самостоятельно. Но поздно выкидывать в мусорное ведро билет от Титаника, когда ты уже в каюте, а он посреди океана.

– Вообще-то, – выдыхаю, растягивая слова, словно по-другому он меня не поймёт, – я хотела сказать, что нам нужно оговорить условия и придумать историю.

Упираюсь в стол, затем вовсе присаживаюсь на краешек. Алкоголь, вкупе с нахальной рок-звездой, плохо влияет на организм.

Наблюдаю, как ухмылка сменяется высоко задранными бровями, выражая искреннее удивление. Навсегда сохраню этот момент в памяти.

– Какую ещё историю?

Вит наклоняет голову в бок, явно не понимая. Развожу руки в стороны:

– Историю нашей любви.

В комнате повисла тишина. Вздыхаю, глядя в озадаченное лицо парня. Мне бы засмеяться, но ситуация не располагает. Нервно поправляю очки.

– Неужели ты думал, что достаточно будет одного публичного поцелуя и фразы «мы пара», чтобы все сразу поверили, что мы и правда вместе? – Судя по раздражённому взгляду Вита, которым он меня награждает, так оно и есть. – Твои фанаты так просто не сдадутся. – Да и мне потребуется более основательное доказательство отношений с мужчиной, чем задрипанное видео, гуляющее по сети, которое я смогу предъявить родителям.

Вит отталкивается от двери, проходит вглубь комнаты, останавливается напротив меня, отчего я задерживаю дыхание. Синие глаза встречаются с моим взглядом, затем опускаются на губы, по которым вдруг захотелось провести языком, вспоминая, насколько приятным был наш поцелуй вчера.

В горле пересохло, Вит поспешно отводит глаза, отодвигает стул, садится в него, после чего поднимает голову. Хватаю стаканчик, отпиваю остывший напиток – не страшно, главное, смочил горло.

Заиграла красивая мелодия. Перед глазами сразу предстала картинка белоснежной зимы, когда с неба хлопьями падает снег, застилающий тёмную землю и хрумкающий под ногами.

Кажется, я догадываюсь, кто звонит Виту. Но он не подаёт виду, что слышит, лишь на лице дрогнул желвак.

– Хорошо, – кивает парень. – Что ты предлагаешь?

– Ты выполнишь то, что я скажу? – Знаю Вита достаточно, для того чтобы уяснить – рано радоваться не стоит.

– Если посчитаю это разумным. – Конечно. Любое моё предложение будет пропущено сквозь призму собственного я Вита Грома. – У меня есть только одно условие, которое не обсуждается. – Молчу, побуждая его продолжить. Сама же навостряю уши. – Никто не должен знать, что отношения фиктивные.

– Даже Гай и…

– Никто. Абсолютно. Всё останется между нами двумя.

– Договорились, – продавливаю сквозь стиснутые зубы. Встаю, чтобы пройтись по комнате, делая вид, что размышляю. Так даже лучше. Информация не просочится сквозь третьих лиц и не дойдёт до моей семьи. – Теперь надо выбрать историю, которой и будем придерживаться. Думаю, мудрить не стоит. Чем проще и незамысловатее история, тем правдоподобнее. – Дожидаюсь кивка Вита, затем продолжаю: – Будем исходить из реальных событий. Наше знакомство произошло благодаря Гаю.

– В баре, куда ты пришла заставить Гая выступить с Вили.

Он помнит?

Вит запрокидывает голову, я закусываю щёку, вспоминая, как впервые увидела его. Он понравился мне и не понравился одновременно.

Одна часть меня буквально визжала, поведясь на готический антураж, создаваемый длинными чёрными волосами, колечком в носу и кожаной косухой на плечах, готовясь утонуть в глазах цвета океана, а другая одёргивала, указывая на дерзость парня, граничащую с грубостью.

Вит почти не изменился. Пирсинг всё там же, правда, под курткой скрывались татуировки, которых становится всё больше, и волосы парня значительно укоротились. Не могу не отметить, что так ему даже лучше. Только вот вторая разумная половина была права. Красота Вита становится пустым звуком, когда наружу вылезает его чёрствость.

– Да, – хрипло выдыхаю, затем отворачиваюсь от него, прочищаю горло, – так и будем говорить. – Поспешно смахиваю выбившиеся волоски, защекотавшие лоб. – Дальше я начала работать ассистентом группы, и мы… – ещё раз откашливаюсь, прежде чем продолжить: – полюбили друг друга.

– Мне ведь не придётся это доказывать? – усмехается Вит, стискиваю челюсть.– Я не собираюсь позориться, беря пример с Гая, и орать на весь двор о своих чувствах. Которых, к тому же нет.

Сердце ёкает. Больно, но другого ведь я и не ожидала. Поворачиваюсь, смотрю на парня, принявшегося постукивать пальцами по столу. Он нервничает, и на том спасибо.

– Таких жертв от тебя не потребуется, не беспокойся, – успокаиваю его, язвительно хмыкнув. – Тебе лишь надо будет на публике изображать хотя бы капельку заботы и… уважения.

– Я всё думал, когда ты припомнишь мне вчерашнее. – Вит хищно улыбается, оголяя зубы. – Вместе всего день, а в меня уже летят типичные женские претензии?

– Вот уж нет! – Скрещиваю руки на груди. – Если не хочешь, чтобы нас раскрыли в первый же день, не выкидывай свою девушку из машины посредине дороги!

Вит фыркает.

– Именно поэтому я и не бросил тебя в баре. А оставил около кафе, где ты могла посидеть в ожидании такси.

– А! – огрызаюсь я. – Ну это же всё объясняет.

Мы уставились друг на друга. Я раскраснелась от негодования, а Вит улыбался, явно наслаждаясь моей реакцией и нашей перепалкой в целом. Цель его жизни – это сводить меня с ума?

В дверь позади меня пару раз несильно стукнули, но я все равно вздрогнула.

– Уля? – послышался голос Вили. – Могу я открыть дверь? – Открываю рот, чтобы ответить согласием, но она продолжает: – Тут к тебе пришли. Твоя мама и…

– Чёрт, – простонала я, ощутив, как все внутренности рухнули в пустоту.

Я знала, что она придёт, но не думала, что это случится так скоро!

Глаза заметались по комнате в поиске выхода, но упираются в парня. Вит не двигается, уставившись на дверь, зато я кинулась к нему, решив, что лучше всё равно не придумаю.

Парень в шоке поднимает голову, когда я приземляюсь ему на колени. Синие глаза странно заблестели, но мне некогда обращать на это внимание. Обхватываю его лицо дрожащими руками, наклоняю голову, запечатав его рот своим. Только и оставалось молиться, чтобы Вит не скинул меня с себя.

Но в следующую секунду страх испаряется, когда я чувствую его обжигающие руки на своей талии. Они крепко сжали меня, не давая пошевелиться, а губы раскрылись, предлагая большее.

– Подождите! – пискнула Вили, но дверь со скрипом открылась, ударившись о стену.

– Ульяна! – прорычала мама, ворвавшаяся словно ураган.