Глава 33.

Глава 33.

Влад.

Спит. Наволновалась, напереживалась, наревелась. Вон даже во сне ресницы дрожат и всхлипывает время от времени. А я уснуть не могу. Боюсь, что глаза закрою, а открою, и всё не так, всё изменится. А сам ещё над Сабиром ржал, когда он рассказывал, как стережёт сон Киры. А это оказывается так важно, чтобы твоя женщина спокойно спала. Чтобы кошмары и страх её не мучили, чтобы исчезали, когда ты берёшь её на руки, и рядом с ней звучит твой голос.

Я помню, как сходил с ума Сабир, когда вспоминал, что не уберёг Киру. Как мрачнел от одного намёка на её страх, появившийся по вине Сабира и его матери. Помню его ярость от бессилия перед недоверием Киры к самому себе. И с какой радостью он замечал каждый, даже самый незначительный её шаг навстречу.

Видно и правда наши судьбы с ним как-то связаны, потому что я прошёл ровно по его дороге. К несчастью, Алина боялась не того, что могло бы произойти, а реальных воспоминаний.

Милая домашняя девочка, балованная внучка, тщательно оберегаемая от всей грязи и несправедливости жизни, вдруг по чьей-то прихоти оказалась в аду. Как бы не жестоко это прозвучало, ну лучше бы она и правда была бы детдомовской. У нас с детства привычка к несправедливости, многие дети, не смотря на самый ранний возраст, видели и переживали самые мрачные события в жизни. А для таких, как Алина, только тяжелее.

И хотя я уже догадался, и был уверен, что моя догадка правильная, о том, какие события своей жизни скрывает Алина, увидеть всё воочию... Но я заставил себя смотреть. Несколько раз прокручивал моменты, чтобы поймать ракурс. В результате в моём телефоне два фото. И я их найду. И пока я не заставлю их расплатиться по счетам с моей девочкой, я к ней не притронусь. И пусть она никогда об этом не узнает, но это будет уже моя месть. За неё.

А потом я буду методично разрушать всё вокруг этого скота. Чтобы он до мозга костей прочувствовал ответку за судьбу Алины.

Алина. Или Мириам. Её родное имя, когда его произносишь, словно склеивает губы чем-то сладким. Что-то в нём такое уютное, даже буква «р» в нём какая-то мурчащая что ли. Или я готов мурчать от того, что, наконец, занял своё место.

Мириам вздохнула во сне. Я прислушался. Нет, просто спит беспокойно. Что и не удивительно. И ведь до последнего пыталась от меня спрятаться, остановить. Лепетала что-то про опасность. Я осторожно убрал с её щеки локон, а она открыла глаза.

- Не спишь? - спрашивает она.

- Нет, тобой любуюсь. Ты у меня красивая. - Специально напоминаю, что у меня.

- Зачем я тебе? С такими проблемами, - ещё и отвернуться пытается.

- Потому что моя. Ещё когда увидел в день похищения Киры, решил, что ты удивительная. Командирша! - улыбаюсь в темноте.

- Ага, и в любовницы к Тайгиру записал. Я помню. - Хмыкает она рядом.

- Считай, что это я информацию проверял. И то резко открестилась от этой должности. А что касается проблем, - притянул её к себе на грудь. - Они существуют, пока мы в них верим. Ты в них просто больше не верь.

- И во что мне верить? - приподнимается она на локте.

- В нас. Мы можем сами придумать своё прошлое и в него верить. - Предложил я. - Ты моя, и этого никак не объяснить и не изменить. Да и не надо. Увидел, узнал, прикипел. Вот как Сабир или Тайгир своих девчонок почувствовали, так и у нас.

- Придумать своё прошлое? - задумалась она.

- Да, представь. Мог же я перед первым контрактом вместе со своим другом Сабиром приехать на побывку в его родной город? И встретить тебя? - идея придумать совсем другие воспоминания для нас обоих, мне нравилась всё больше.

- На выставке? Ты же художник, - кажется, что и ей идея по душе.

- А почему ты на той выставке была тайком? - улыбаюсь я.

- Наверное, потому что это была особенная выставка? Может быть татуировок? - предлагает она.

- Точно! - соглашаюсь с ней я. - А потом я наёмничал, а ты ждала.

На следующий день я предупредил Сабира, что живу теперь в городе, и перевёз свои немногочисленные пожитки к Мириам. Её родное имя мне нравилось больше, и мы приняли решение, что дома я её так и зову.

То, что мы с Мириам вместе секретом не осталось. Уже через неделю, когда состоялся официальный вечер, посвящённый началу строительства курорта, в приглашении рядом с моим именем стояло имя Алины.

- Нашёл ты себе конечно, - вздохнул Сабир. - Дома тихо должно быть, спокойно. А с таким характером у женщины, о каком тихо речь?

- У тебя-то в твоей берлоге поди уже не так тихо, как ты мне тут сейчас рассказываешь, - усмехаюсь я.

- Но не так громко, как ты боялся, когда сбегал, - засмеялся Сабир. - Мужики растут, требовательные, волю свою показывают, пробуют всех под себя прогнуть.

- Ну, так яблочко от яблоньки далеко не катится, - намекаю, что и сам Сабир не особо покладистый.

- Это ты зря, - донельзя доволен Сабир. - Яблонька у нас как раз тихая и спокойная, а пацаны в меня. Моя кровь! Дед вон от нас почти не уезжает, млеет стоит над колыбелью.

- И как Кира вас всех только терпит, - хлопаю его по плечу я.

- Любит, - улыбается Сабир. - Я предлагал нянек нагнать, она и слышать не хочет. Ей сейчас Тамия немного помогает, я, когда дома. Да и мелкие пока часто спят да едят. Приехал бы в гости что ли. Даже со своей... Девушкой.

- А что до девушки сказать хотел? - хмыкаю я.

- Прости, но мне сложно представить эту вредную врачиху хорошей женой! - признаëтся Сабир. - Но ты же знаешь, что ты мне как брат, и я тебе желаю только счастья. Поэтому не лезу, и тебя с Алиной в своём доме жду. А учить, как вам жить, не собираюсь. Меня пытались научить.

- Мавр! Сколько можно! - вздыхаю я. - Забудь ты уже об этом.

- Знаешь, когда я только вернул Киру себе, мне дед, узнав, что с Кирой всё хорошо, и беременность она сохранила, сказал, что ребёнок наверняка родится точной моей копией, моей гордостью. Чтобы каждый раз, видя собственного ребёнка, я вспоминал о своей дурости и понимал, чего мне это могло стоить. - Поделился он со мной. - Смотрю, как они спят, или как Кира их кормит... Жизнь меня пожалела, не довела урок до конца. Вернула и жену, и детей. Но мальчишки, как и говорил дед, моя копия. Моё напоминание.

- Ты поэтому не говоришь мне о том, что я не с той связался? - понял я.

- Да. И никому не позволяй лезть, если чуешь, что это твоя женщина. А если кто непонятливый будет, я всегда помогу объяснить, что нечего в семью лезть. - Кивает Сабир.

- Возможно, придётся просить о помощи. - Предупреждаю я. - Я хочу сам, но среди тех, кто может попытаться влезть, есть те, кто высоко сидят. Простому бойцу до них сложно будет добраться.

- Ты не боец. Ты мой брат. И все высоко сидящие, могут быть глубоко закопанными. - Кивает Сабир.

Словно желая подчеркнуть моё положение, он сам спешит меня встречать, подходят к нам с Алиной и Тайгир с Амираном. Резко меняются выражения лиц у многих гостей. Меня многие знают, как правую руку Сабира. А сейчас видят, что я не просто помощник и доверенное лицо. Я свой внутри семьи. К Алине же и так чуть ли не очередь желающих лично поприветствовать. Слишком многие из верхушки города ей обязаны.

Но для нас обоих вся эта толкотня была лишней. Что она, что я, чувствовали себя не в своей тарелке. Поэтому и сбежали вместе на балкон. Воздух уже был очень холодным, а она только в вечернем платье.

- Иди ко мне, - позвал я, опираясь на перила балкона.

- Нам ещё долго здесь надо быть? - уткнулась она лбом мне в грудь.

- Побудем ещё минут двадцать и сбежим. Я вообще оладушков хочу, со сгущёнкой. - Накинул я ей на плечи свой пиджак. - Бабочкам нужно быть в тепле.

К сожалению, отпуск Мириам скоро закончился.

- Алина Андреевна, когда я говорила, чтобы вы проконтролировали этого балабола, я не имела в виду, чтобы вы его и жить к себе взяли! - закатила глаза Татьяна Дмитриевна, когда я привёз Алину на работу.

- Зато полный контроль, Татьяна Дмитриевна! - улыбнулся я, провожая Мириам до кабинета.

- Интересно за кем? - проворчала нам вслед царица регистратуры.

- Мирь, - Алина обернувшись сделала круглые глаза. - Алин, вечером к парням заедем? Это не надолго, посидим полчаса-час в кафе и по домам.

- Да, хорошо. А если ты один поедешь, вы не подольше посидите? - улыбается мне моя Бабочка.

- Нет, ты же знаешь, у Ромки мелкий. А его мать с ним сидеть отказывается. Гора сюда вернулся, думая, что его мать поможет с Мотей. Бабушка всё-таки. Да и квартира здесь своя. А там чуть ли не на хр@на ты это в дом притащил, - объяснил я причины столь жёсткого ограничения по времени. – На сколько там Ромка няню найдёт, от этого и зависим.

- Так может, я с мальчиком посижу, а вы встретитесь нормально? - предлагает эта идеальная женщина.

- Может, тогда мы у нас на кухне соберёмся? Мы действительно недолго, и я всё за нами уберу. - Попросил я.

Она только улыбнулась и кивнула. Стоя ниже неё на пару ступенек, я потянулся к ней за поцелуем, пользуясь случаем, расположил свою лапищу у неё на бедре. Когда-нибудь настанет момент, когда я не только буду на ощупь понимать, что моя красавица в чулках, но и сам это увижу.

Вечером к нам помимо Дэна и Ромы заявился ещё и Сабир.

- Ты как это смог оторваться от Киры и мелких агирят? - смеясь спросил его я.

- Жена сказала, что они вполне справятся, тем более, что у неё в гостях Лейла и Фируза. Что-то там пекут на кухне. А я могу немного отдохнуть в компании друзей, - оскаливается Сабир. - Да и потом, переживать, что будет какая-то подстава, а потом кто-то слухи начнёт распускать, что я где-то в какой-то компании и рядом левые бабы нарисовались, не надо.

- Давно ли ты переживаешь, что тебе лишних баб припишут, Мавр? - заржал Гора.

- Как свою встретил, так и переживаю, - развёл руками Сабир. - Зачем омрачать небосвод её настроения нелепыми слухами? А если серьёзно, она поверит мне. Но к чему испытывать её доверие? Да и огорчать действительно не хочу.

- Огорчать женщину, готовую остаться сразу с двумя младенцами одной, чтобы муж отдохнул, действительно не нужно! - улыбнулся Дэн.

- А уж согласную посидеть с чужим младенцем и вовсе. - Хмыкнул Ромка. - Браконьеры.

- Это ещё почему? - удивился я.

- Потому что нашли удивительных и хороших девочек и сразу захапали. - Пояснил Гора.

- В этом городе много очень хороших девочек. - Уселся за стол Мавр.

- Вас послушать, так тут весь город, одни хорошие девочки. Как будто я не тут родился и вырос. И, между прочим, моя бывшая тоже отсюда, чтоб её...- мгновенно разозлился Роман.

- Ром, - кивнул я в сторону комнаты, напоминая о Мириам.

- Да, извини. Как вспомню эту с@ку! Не, хватит вечер портить из-за тухлой дырки! - сам сменил тему Гора.

Я прервал его специально. Обычно вспоминая свою бывшую, он добавлял пожелание, чтоб её семеро е@ли. А при Мириам таких слов не надо было. Тем более, что сам я таких пожеланий не одобрял. Даже такая с@ка, как эта Марина, не заслуживала подобного. Но к счастью, пути Ромки и его бывшей вряд ли когда пересекутся. Она единственная дочка нашей бывшей местной аптечной королевы. А Гора бывший наёмник с сыном на руках.

- Вот и нечего её вспоминать. Что это за женщина, раз своего мужчину подставила ради бабла? Или ещё лучше, соплюшкой под мужика легла, чтоб потом материны махинации на него повесить. - Кивнул Сабир. - Кстати той аптечной сети, про которую ты мне рассказывал, давно нет. Закрылась одномоментно примерно, когда ты в отряд вернулся. Могу узнать подробности, если надо.

- Не надо, - махнул рукой Гора. – Поди, доченька мамкин бизнес продала и махнула на пмж на моря. Греет поди сейчас п@зду на Мальдивах. Но мужики, я за вас обоих рад до усрачки! Вы своих девчонок заслужили. Эх, ещё бы Монгола сюда перетянуть...

- Ты его ещё выдерни из его родного Иркутска. Тем более, что он вроде в силовики ушёл. С наркоконтролем по клубам тусит. - Рассказал последние вести о друге Упырь.

Друзей я проводил только через три часа. Да и Мотя, сын Ромки уже начал уставать и уходить в сон. Убираться особенно не пришлось. Больше времени на вынос мусора потратил, чем на мытьё посуды.

Уже ночью, когда мы разговаривали перед сном, я рассказал Мириам, слышавшей обрывки беседы, всё что знал о гражданском браке Горы и его жены. Малолетка из золотой молодёжи повисла на Горе в одном из ночных клубов. Очень скоро переселилась к нему жить, везде таскалась с ним, всем представляя его, как своего мужа. А потом неожиданно Ромку приняли ребята в камуфляже. Мамаша этой дряни хорошо так проворовалась. А доченька всё свалила на Ромку, дала показания, что он спал и с ней, и с её мамашей, был в курсе всех дел матери и работал вместе с ней. Точнее воровал.

Гора пошёл в отказ. Следак тоже решил не сдаваться. Только чудом Гора смог скинуть кому-то из местных сидельцев цифры знакомых рекрутëров. Так как он к тому времени отпахал уже не один контракт, ему помогли. Вытащили. К тому же дело решили замять сверху. Ромка тогда ещё и в больничку попал. Руки, рёбра, нос... Хорошо его допрашивали, основательно. До переломов и выбитых зубов. Придя в себя, он не задумываясь, подписал новый контракт и рванул на войну. А наш отряд был на пополнении. Перед самым завершением последнего контракта Горы одна из местных, что была в последнее время с ним, потребовала бабок на аборт. Но Ромка платил ей и содержал её до конца беременности. Мальчишку он забрал себе. О том, что мелкий действительно от него у него были результаты анализа, сделанного ещё во время беременности. Сына он назвал Матвеем. Или Мотей, потому что мотался с первого дня жизни вместе с отцом.

Мириам только покачала головой, но никого не осудила. Даже эту Марину. Только сказала, что Мотя на редкость улыбчивый мальчишка. Но я видел, что задумчива она не только из-за моего рассказа.

- Что случилось? Что за мысли? - прямо спрашиваю у неё.

Вижу, что она не решается спросить, мнётся, но в конце всё-таки спрашивает.

- Мы живём вместе, ты перевёз вещи, спим в одной кровати. Мы постоянно обнимаемся и целуемся. Но не больше. Даже ситуаций, когда ты меня или я тебя могу увидеть без одежды, ты тщательно избегаешь. Это из-за того, что ты видел? - говорит она отворачиваясь.

- Я очень надеюсь, что ты не напридумывала там себя всякого амирановского? Ну, из серии грязная, недостойная... А вижу, поздняк метаться, уже всё готово. - Вздохнул я, видя, как она прячет глаза, наполнившиеся слезами. - Мы живём вместе, и поэтому у тебя срабатывает правило, что между живущими вместе мужчиной и женщиной должна быть физическая близость. Супружеский долг, так сказать. Ну, так правильно, так все живут. Но я-то знаю, что этой стороны отношений ты ещё боишься. А нам некуда спешить. Хочу, чтобы ты привыкла ко мне в твоей жизни настолько, что тебе не понадобилось именно решаться на близость. Понимаешь? Хочу, чтобы это была потребность. Нам к счастью нет нужды спешить, чтобы что-то подтвердить или доказать.

- То есть, ты просто ждёшь? - переспрашивает она.

- Да. Ты красавица. Редкая умница. Такую девушку нужно завоёвывать, приручать, добиваться. - Нашёл я её ладошку. - Это долгий процесс. По крайней мере, в моей голове.

- А... что? - её глазки удивлённо распахиваются, когда я притягиваю её ладонь к своему паху, наглядно демонстрируя, насколько желания тела расходятся с правильными мыслями в голове. - Что это?

- Фонарик, Мирь. Чтоб выключатель на стене не искать, если ночью в туалет приспичит. А в трусах держу, чтоб долго под подушкой не искать! - отвечаю ей. - Вот поэтому и не рвусь застать тебя переодевающейся или в душе. Боюсь, о своих благих намерениях я тогда вспомню только утром и то не факт.

- А всему должно быть своё время, да? - смущённо опускает она глазки.

- Угу. И так и будет. Правда если ты руку сейчас не уберëшь, то будет это гораздо раньше, чем представлялось. - Шепчу я ей в губы.

Но моя Бабочка решила расхулиганиться не по-детски, узкая ладошка плотно обхватывает член, и несколько раз проводит по стволу.

- Ах вот как! - откидываю я в сторону одеяло и усаживаю Мириам на себя.

И не важно, что между нами два слоя ткани. Она смотрит на меня не отрываясь, упирается руками в мою грудь. Я не удерживаю, она свободна. Но она не убегает, не прячется от меня. Даже в темноте заметно, как её смущает то, что она ощущает. Я чуть сжимаю её бёдра, всего немного направляя. Она позволяет. Наклоняется ко мне и целует.

А у меня чуть ли не искры из глаз.

- Мириам! - стоном вырывается её имя.

- Я здесь, - отвечает она, уже сама продолжая движение.

Мы не были обнажены, не было проникновения, она чувствовала себя в безопасности, я позволил ей контролировать то, что происходит. Я включил ночник, чтобы она видела, что это я, чтобы ничто не смогло напомнить ей её кошмары. И с ума сходил, наблюдая, как меняется её взгляд от смеси понимания её власти надо мной, силы моего желания и ощущений между нами.

- Мне нужно в ванну, - смущённо напоминает мне она, когда моя разрядка остаётся позади, а я по-прежнему её не отпускаю, крепко прижимая к себе, и уткнувшись в её волосы.

- Мне тоже, - отвечаю ей.- Так что, после вас, леди!

Но дело не только в том, что я не собираюсь её заставлять или вынуждать соглашаться. Пару месяцев назад, при попытке поцелуя, она чуть с ума не сошла. А сейчас играется, дразнится! Отогреется. Немного осталось.

А вот как минимум две мрази слишком долго ходят безнаказанными. И мне это покоя не даёт. Грызёт днём и ночью.

Сделанные в день возвращения от Грека фото мне помогают. Баба та, в отличии от Мириам, не пряталась, за свою жизнь не боялась. Вела собственную страницу в соцсетях, где уверенно светила сделанной мордой. Её найти было легко. Как и выяснить, что раз в полгода она стабильно приезжает в соседний город на очередные косметические процедуры.

Попросив Сабира прикрыть меня, я сообщил Мириам, что еду по делам. Стройка и всё такое.

- Ты чего сразу помрачнела? - спрашиваю её.

- Да, не обращай внимания, - пытается отвернуться она.

- В чëм дело? - настаиваю я.

- Переживаю. В прошлый раз, когда ты поехал за документами... - она не договаривает, не хочет напоминать о том взрыве, который только чудом не отправил меня в мир иной.

- Ну, так сейчас наоборот, нужно чтобы я забрал документы, а человек получил денежку. Сабир жадина, просто так денежек не платит. - Успокаиваю её я.

И только заехав на заправку, нахожу в кошельке узкий прямоугольник с надписью: " Я так волнуюсь за тебя".

Достаю телефон и набираю короткий текст: "А я за тебя. Люблю. "

Это признание вырывается легко. Вот так как и надо, просто и обыденно. Без надрыва. Но согревает лучше всего на свете.

Особенно новое сообщение на экране телефона.

"Тоже".

- Тоже она, видите ли! - довольно бурчу себе под нос.

А уже вечером я сижу в номере в отеле, дожидаясь, когда в него вернётся с@ка, с которой много лет назад начался ад для моей девочки. Она не сразу меня замечает. Пришлось самому включить светильник, чтобы она обратила на меня внимание.

- Ты кто такой? - испугано отступает она к двери.

- Здравствуй, Рита. Тебя же так зовут? - поднимаюсь я.