Глава 13

Зарета украдкой бросала обеспокоенные взгляды в зеркало. По пятам следовал внушительный черный внедорожник, а за ним — целая вереница незнакомых автомобилей.

— Охрана, — коротко пояснил Тихомир, заметив в глазах Зари тревогу.

Девушка отвернулась.

На самом деле в голове Зареты Иртановой плескались самые разные мысли. Начиная от совершенно абсурдных, заканчивая вполне логичными. И некоторые вопросы Заря хотела бы прояснить уже сейчас, несмотря на капельку страха перед грозным Вольновым.

— Они отвезут меня домой? — осторожно спросила девушка.

— И сам справлюсь, — помолчав, ответил Тихомир, сверкнув тяжелым янтарным взглядом.

Заря вновь замолчала. Скоростной автомобиль притормозил в том же квартале, где располагался офис компании «ВольКо». Свернул на территорию ближайшего жилого комплекса, а следом — въехал в подземный паркинг, минуя пункт охраны.

Странно, но никто из встретившихся людей или хищников не удивился тому, что Вольнов за рулем — обнажен до пояса.

А в мыслях Зари появился противный червячок ревности. Интересно, как часто Тихомир Стветозарович практикует подобное, рассекая по городу практически в чем мать родила?

Эти опасные, ненужные мысли Заря спрятала поглубже. Уж ей точно должно быть без разницы, как именно ездит Вольнов!

Оказавшись на территории парковки, мужчина заглушил двигатель, вышел из машины и придержал дверь для Зари, всем видом показывая, что и ей нужно покинуть автомобиль и идти с Вольновым.

Заря подчинилась. Ведь не убегать ей от хищника, когда вокруг человек пятьдесят охраны. И потом, что-то теплое разливалось в душе, когда Заря видела растрепанные волосы Тихомира, торчащие в разные стороны колючими иглами. И запах манил. Аромат лесных трав будоражил кровь, разгонял расплавленную лаву по жилам, а в низу живота скапливалось приятное томление.

Тихомир, будто прочел ее мысли, аккуратно перехватил хрупкую ладонь своими пальцами и потянул девушку за собой.

Мужчина вошел в лифт и нажал нужную кнопку. Все это время он не выпускал руки Зари, а мысли девушки терялись и путались, превращаясь в кашу.

Странная ситуация, пожалуй, комичная. Заря, полностью одетая и застегнутая на все пуговицы, а рядом — Тихомир в одном лишь полотенце. Более того, в тесной кабинке лифта воздух вдруг начал накаляться. И, скосив взгляд немного вниз, на полотенце, Заря поняла, что краснеет.

Белоснежная ткань вдруг начала слегка приподниматься в определенном, самом пикантном месте. Зарета смутилась еще больше, когда мужские пальцы перехватили последнее прикрытие, готовое рухнуть на пол.

— Бредовая идея была, на самом деле, — раздался глубокий хриплый голос с теми же вибрирующими нотками.

— Что есть, то есть, — размыто ответила девушка и сделала вид, что металлические дверцы лифта всецело занимают ее мысли. Заря изучала их с таким интересом, что не сразу заметила, как обжигающие пальцы Тихомира легко поглаживают чувствительную кожу на ее ладони.

— Утром поползут слухи, — заметил Вольнов настолько безразличным и будничным голосом, будто они вели беседы о курсе валюты, а не о том, почему мужчина передвигает почти голышом по городу.

— Не исключено. Думаю, вы не каждый день разгуливаете в одном полотенце, — хихикнула Заря, чувствуя, что смущается еще сильнее.

— Верно, но для желтой прессы есть сюжет поинтересней, — фыркнул Тихомир. — Репортеры будут рыть твою биографию. Ты для них теперь интереснее меня.

— Я? Почему? — искренне удивилась Иртанова, повернув голову, смирившись с тем, что узор на стальном полотне двери не настолько интересен, как невозмутимое выражение лица Вольнова.

— Ты истинная пара вожака клана. Не из хищников. Загадочная и никому пока не известная. Однако мы с тобой связаны по всем законам хищников. Метка это подтверждает. А с формальностями и бумагами разберется Дим уже к обеду, — пояснил Тихомир.

— Послушайте, Тихомир Свет… Тихомир! — вскинулась Зарета. — Это ведь все как-то… Совершенно несерьезно! Это не может быть настолько серьезно… Мы не можем быть с вами связаны… Мы просто провели ночь… Вместе… Это ведь… ну… просто секс…

Последние слова Заря говорила настолько тихо и неуверенно, что сама же не узнавала свой голос.

А все потому, что Тихомир молниеносно и крепко вжал хрупкую фигурку девушку в свое каменное тело. Настолько близко, что, кажется, даже одежда готова была вот-вот расплавиться от жара и текущей по венам лавы.

— Ты до сих пор так ничего и не поняла? Правда? — вкрадчиво проговорил Тихомир.

Мужчина не пытался наброситься на нее, как-то надавить, заставить подчиниться. Будто выжидал, изучал ее, ждал следующего шага.

— Я не знаю… не уверена… У меня в голове сплошной туман после вчерашнего. Да и не верится, чтобы такой, как вы… с такой, как я, — сбивчиво ответила Зарета.

— Зато я уверен, — вкрадчиво, с проступающим урчанием произнес Тихомир.

Хорошо, что лифт, спустя, казалось, вечность, добрался до нужного этажа, и дверцы расползлись в стороны, открывая просторный холл. Мужчина потянул девушку за собой. Заре оставалось только пытаться не отставать, подстраиваясь под широкий шаг спутника. — Дим настроит систему безопасности под твои данные. Ключ не нужен. Твоей биометрии достаточно, чтобы отключилась сигнализация, — спокойно объяснял Тихомир, настойчиво уводя Зарю вглубь шикарного жилища.

И вдруг Зарета замерла, точно вкопанная. Прямо посреди зоны гостиной были сложены чемоданы, коробки, свертки, стопки книг и даже, что удивительно, ее, Зари, любимая лампа, под светом которой девушка часто читала, когда выдавалась свободная минутка.

— Пока что привезли сюда, — скупо пояснил Вольнов. — Уладим все дела и обоснуемся в усадьбе.

— То есть, это все мои вещи? — ткнула Заря пальцев в аккуратные стопки коробок и чемоданов.

— Кажется, ты слегка недовольная, малышка? — усмехнулся Тихомир, поправляя полотенце. — Давай я сначала переоденусь, а потом мы поговорим более основательно? Кстати, наша спальня вон там.

— Зачем мне ваша спальня? У меня своя была! И она меня очень даже устраивала! — возмутилась Зарета.

— А меня не очень, — изогнул бровь Вольнов. — В ней места, как в спичечном коробке. Про кровать я вообще молчу.

— Хорошая кровать! — парировала Заря.

— Вот это — хорошая кровать! — Вольнов ткнул пальцев в распахнутую дверь, за которой виднелось просторнейшее ложе, где можно было бы поместиться вчетвером, не меньше. — Черт! И, кажется, если ты не перестанешь спорить со мной, Заря, мы ее сейчас испробуем на прочность.

— Послушайте, это какой-то абсурд! Ну не могу я быть вашей истинной парой! — с долей обреченности в голосе произнесла Зарета.

— Думаешь, меня все устраивает, девочка?! — прорычал вдруг Вольнов. — Да у меня чертова уйма забот и без тебя. С тобой я охренеть как уязвим. Но я принял этот чертов подарок судьбы. Смирился. Радуюсь, млин! И уж прости, если вдруг не соответствую твоим ожиданиям. Но случилось так, что ты моя истинная. И этого ничто не изменит. Ты моя! Во всех гребаных смыслах!

— Хватит на меня кричать! — вспыхнула Зарета.

— Да не кричу я, — парировал Тихомир.

— Вот и не кричите! — Заря упрямо вздернула подбородок.

— И не кричу! — уже хрипло и сбивчиво пробормотал Вольнов и в следующую секунду снес Зарю с места, подхватил, прижал к себе невероятно близко, впился жадным поцелуем в приоткрытые в возмущении губы.

Заря даже и не подумала, что нужно сопротивляться, или как-то избежать этого жалящего, но такого жадного поцелуя. С готовностью приоткрыла рот, впуская настойчивый и алчный язык Тима. А метка мгновенно вспыхнула приятным, нежным томлением, и сотни электрических иголок паутинкой потянулись от места укуса по всему телу.

— Прекрати мне «выкать», Заря, — прохрипел Вольнов. Его жадные, обжигающие губы сместились на девичью шею, а дыхание вмиг сбилось до рваных вздохов. — Ты моя жена, моя истинная пара. Мы не чужие совсем.

— Жена??? — охнула Зарета, а пальцы утонули в торчащих колючими иглами волосах на затылке мужчины. — Я не хочу быть женой Вольнова. Совсем не хочу.

— Придется, — проурчал Тихомир, а полотенце уже развязалось и держалось исключительно из-за того, что тело Зари крепко вжималось в бедра Тима. — И потом, тебе ведь нравится волк? Я видел, не отрицай.

Заря протяжно выдохнула, этот звук был больше похож на стон, который прошелся по натянутым нервам возбужденного мужчины.

— Волк нравится, — не стала врать Зарета, — А вас… тебя я иногда боюсь.

— Думаешь, покусаю? — фыркнул Тим, подбираясь ртом к дивному маленькому и аппетитному ушку, в ответ получил еще один протяжный немного судорожный вздох и шепнул: — Кусать никогда не стал бы тебя. А вот облизать — очень хочется!

Раскатистое негромкое рычание прошлось по напряженным нервам Зари. Но девушка, вопреки тревожным мыслям, вдруг хихикнула. Потому что легкая щетина на подбородке и щеках Тихомира смешно щекотала тонкую чувствительную кожу.

— Вам… тебе больно превращаться в волка? — спросила вдруг Зарета и сильнее сжала пальцы в волосах, когда Тим начал вырисовывать языком невидимые узоры на плече девушки, где грела теплом метка.

— Не особо. Больше тревожит то, что оборот спонтанный, — хрипло ответил Тихомир, а потом вдруг усмехнулся: — Соскучилась по волку?

— Я? Что? Нет! — слишком уж быстро ответила Зарета, но тут же очень тихо шепнула: — Да…

Вольнов шумно выдохнул. Зверь в его сознании урчал и ластился к девичьим рукам, но слушался беспрекословно. Вообще хищник был настолько спокоен и доволен всем происходящим, что, пожалуй, даже самые мрачные новости не испортили бы его настроения в эту минуту.

Крупные, широкие ладони скользили по тонкой талии, спине, спускались к бедрам. А хотелось гладить бархат кожи и вот эти все скрывавшие умопомрачительное девичье тело тряпки — разорвать и вышвырнуть. Однако сейчас Вольнов попытался сосредоточиться на другом. Надо как-то научиться вытягивать волка наружу по необходимости, а не когда гнев и ярость кипят в крови.

Тим глубоко вздохнул. Тонкий аромат Зари уже давным-давно превратился в неотъемлемую часть его самого. Мягко стелился на языке, манил, дурманил. Но в то же время, не перекрывал других запахов. Скорее, наоборот, делал восприятие острее. Просторную спальню окутали звуки громкого звонкого смеха, когда в центре комнаты вдруг появился огромный черный волк. Заря тут же запустила пальцы в густую шерсть, а потом и вовсе обняла зверя за мощную шею.

— Какой же ты красивый! — радостно шепнула девушка и засмеялась еще громче, когда шершавый язык принялся лизать ее щеку. — И не страшный совсем.

Волк заурчал, клацнул зубами, будто намекал на свою абсолютную «нестрашность».

— Знаешь, мне кажется, что все это происходит не со мной. Будто со стороны все события, — широко улыбаясь и посмеиваясь, говорила Заря и совсем не замечала, как волк теснил ее в сторону огромного ложа. — Или, наоборот, слишком реально. Может быть, это раньше я спала, а теперь проснулась?

Девушка перестала смеяться, взгляд стал задумчивым, а душе появилась какая-то смелость. Ведь ни за что Заря не говорила бы так с Вольновым, а вот с его нестрашным, милым, урчащим волком — запросто. Нет, кажется, Иртанова все же сошла с ума.

— И таблетки я пить перестала, — задумчиво перебирая длинную шерсть, произнесла девушка. — И мне совсем не стало хуже, как уверял профессор Зинчуков.

В следующий миг Зарета негромко вскрикнула. На месте волка вновь появился мужчина с мрачным и требовательным выражением на лице. Вольнов подхватил Зарю, точно ребенка, за талию и усадил на постель. Сам присел перед ней так, что смотрел прямо в глаза, не позволяя увернуться или отстраниться.

— А вот теперь давай подробней, — сухо скомандовал Вольнов.

— Знаешь, волком ты мне нравишься больше, — честно призналась Заря.

— Я жду, — напомнил Тихомир. — Отчет о твоем лечении я уже видел. Но мне нужны и твои мысли на эту тему. Рассказывай!

— А ты вернешь мне волка? — с надеждой поинтересовалась Заря.

— А ты будешь послушной девочкой? — мужчина изогнул бровь, но не торопился исполнить просьбу девушки.

— Тихомир Светозарович, вы самый настоящий тиран! — насупилась Заря, и вдруг поняла, что она флиртует с этим мужчиной. И как-то не очень вязалось в ее голове такое поведение.

— А еще я привык охранять все, что принадлежит мне, Заря, — насмешливо изрек Вольнов, упираясь руками в мягкий матрас по обе стороны от бедер девушки. — Я все еще жду.

— Я тоже жду, когда ты оденешься, Тихомир, — смутилась Зарета, отвела взгляд и тут же уперлась в широкую грудную клетку. Но не она завладела вниманием девушки, а черные, словно татуировка, символы на плече Тихомира. И сейчас они едва заметно переливались серебристыми нитями.

Заря не удержалась, протянула руку, коснулась кончиками пальцев метки.

Тихомир терпеливо ждал, когда девочка удовлетворит проснувшееся любопытство. Не мог он не порадоваться моменту, когда Зарета сама потянулась к нему. А прикосновений было мало. Их отчаянно не хватало. Хотелось, чтобы тонкие пальцы не останавливались на метке, а прошлись по плечам, груди, животу и ниже.

Ниже — хотелось до чертова зуда.

— Я одет, — ухмыльнулся мужчина, — почти.

Заря бросила короткий взгляд на то самое пресловутое полотенце, которое теперь валялось бесформенной горкой в центре комнаты, в нескольких метрах от них.

— Ботинки все еще на мне. Хорошие, ручной работы, — сипло расхваливал собственную обувь Вольнов, понимая, что несмотря на всю абсурдность диалога, ему очень нравится говорить с собственной истинной.

Тишину пентхауса нарушил негромкий сигнал, сообщивший о том, что кто-то поднимается на лифте.

— К нам гости, — пробормотал Тихомир, перехватил дернувшуюся в испуге ладонь, которую девушка хотела спрятать, расправил тонкие пальцы и почти невесомо прижался к ним ртом. — Братья пожаловали.

Вздохнув, Вольнов одним плавным движением поднялся на ноги. Не стесняясь наготы, взглянул на девушку, смущенную и покрасневшую, но невероятно соблазнительную.

Тихомир с большим удовольствием послал бы всех гостей. Но дела стаи требовали его, вожака, вмешательства. А потому, с трудом заставив себя отодвинуться от Зари, мужчина прошел в смежную со спальней комнату.

Заря, как только Тим скрылся из спальни, рухнула на постель. Боже! Какая же она слабовольная и слабохарактерная! Ужасно просто!

А из гардеробной донесся негромкий голос Вольнова:

— Наша команда дизайнеров подсуетилась. Если тебе не понравятся шмотки, то утром свожу тебя к ним сам, — говорил Тихомир.

— Какие шмотки? — неуверенно спросила Зарета, повернув голову. Девушке пришлось вновь сесть на кровати, но лучше бы она лежала. Потому что Тихомир вдруг распахнул широкие двери, а за ними появилось множество полок и шкафов, забитых яркой одеждой. И становилось понятно, что эта одежда принадлежит женщине. Ведь не менее объемные шкафы справа, забитые одинаковыми на вид пиджаками, костюмами и рубашками, принадлежали самому Тихомиру. Который, к слову сказать, уже застегивал пуговицы на белоснежной сорочке. И, (о, чудо) был облачен в темные брюки, что очень радовало Зарю.

— Примерь что-нибудь неброское и удобное, — посоветовал Тихомир, кивнув на высокие шкафы с нарядами. — У нас впереди насыщенный день. — Как-то мне еще сильнее не хочется быть твоей женой, Тихомир, — честно призналась Зарета.

Вольнов в ответ только усмехнулся.

— Когда переоденешься, жду тебя в столовой. Перекусим, пока буду слушать твой рассказ о Зинчукове, — напомнил мужчина и вышел из спальни.

Заря перехватила стальной блеск в янтарных глазах хищника. Каким бы мягким и пушистым ни был волк, а Вольнов все равно остается вожаком и тем еще тираном!

Вздохнув, Зарета отправилась к шкафам выбирать одежду. И как назло, размер всех вещей с точностью соответствовал ее, Зареты, размерам. Даже кружевное белье идеально, судя по лейблам, село бы на ее фигурку. Однако Заря решила, что ни за что не станет носить трусы и лифчики, подобранные дизайнерами. Лучше распотрошит свои чемоданы. Если уж охрана притащила сюда даже ее любимую лампу, то уж точно где-то среди вороха вещей имелись и ее, Зари, трусики!