Глава 21

Антип с трудом поднялся, пошатываясь. Было видно, как тяжело старику стоять на ногах. Но все его внимание было сосредоточено на сыне.

— Антон? Что ты сделал? Что натворил? — негромко прошептал Грознов.

А Тихомир понял, что эти эмоции старика — настоящие. Но не шок Антипа занимал сейчас Вольнова, а реакция пацана. Наигранное удивление и чувство полной безнаказанности.

— Всего лишь занял твое место, папа, — улыбнулся сопляк, — Ты ведь был занят горем, скорбью и похоронами. И кто-то должен был взять все заботы о клане на себя. Понимаю, пап, что ты мечтал о том, чтобы Федька возглавил Грозных. Но так уж вышло.

Пацан развел руки в стороны, словно выражал свое сожаление, которого не было ни капли в его черной и безумной душе.

— Где мой брат? — пророкотал Тихомир, не пошевелив и мускулом, а сопливый щенок пошатнулся.

— Его уже нет, Верховный, — хрипло рассмеялся Грознов-младший, — Как и той шлюшки, которую мы по ошибке приняли в семью. В эту секунду мои люди кромсают твоего братца, Вольнов.

Антон не договорил, вновь захрипел, а кровь пошла носом. Тихомир смотрел на пацана. Жаль, что не получится применить физическую силу. Чуял, что Грознов не скажет и слова, даже под пытками. Здесь был один выход — ментальное воздействие силой Верховного.

— Где они?! — мягко и вкрадчиво произнес Вольнов, а ублюдок качнулся вперед, падая на землю и упираясь руками в траву.

— Они? Ты и жену потерял? Видишь, ты потерял, а кто-то нашел, — захлебывался собственной кровью, но не переставал говорить Грознов.

А старик уже не мог подняться, смотрел, как младший сын валяется у ног Верховного. И ничего не мог поделать.

— Те девушки… Это ты? Ты их всех…? — хрипло пробормотал Антип, а когда увидел безумную улыбку на лице сына, скривился от боли: — За что?

— Для тебя же старался, папочка, — мерзким смехом ответил Грознов, — Ты думал, я бесхребетный, калека? Ты сам меня сделал монстром! Сам! Притащил к Зинчукову. Сам согласился на чертовы эксперименты. Сам видел, как мне было плохо, как меня ломали чертовы препараты! Что еще ты от меня ожидал, папа?!

— Как ты стирал все запахи с жертв? — Тихомир продолжал задавать вопросы, ответы на которые нужны были ему.

Грознов-младший прерывисто и сипло рассмеялся, но смех был больше похож на стон. Зверь, запертый в теле Антона, вгрызался в остатки самообладания. Но теперь уже совсем не Антон-человек противостоял ему. Сам Верховный прочно обосновался в голове у парня, а потому зверь бесился еще больше, причиняя Грознову адскую боль.

— До сих пор не «просек»? — скривился Антон и вдруг взвыл, когда боль стала нестерпимой.

— Говори! — вкрадчиво и очень тихо произнес Тихомир.

Грознов завалился на бок, на его губах все еще играла безумная улыбка, а вот взгляд на миг сделался осмысленным, человечным, замер на осунувшемся лице старика.

— Прости меня, пап, — одними губами прошептал Антон, — Мне было очень страшно… Я опять напортачил, да?

— Кто тебе помогал, Антон? Скажи мне, умоляю! — вожак Грозных склонился над сыном, осознавая, что Антон не проживет и часа. — Ты ведь не мог все сам… Не мог! Ты не такой. Ты добрый мальчишка. Ты…

— Чертов Зинчуков, — прошептал Антон, и на выдохе: — Прости, пап….

Глаза пацана превратились в стеклянные, морщинки безумца разгладились, появилось умиротворение на лице, и теперь казалось, что Антону лет двадцать, не больше. Негромкое, полное тоски и потери рычание пронеслось по поляне. Старик Грознов прижимал к себе тело сына, а по морщинистым щекам катились слезы.

— Думаю, надо искать на территории клана, — негромко произнес Максим, — Пытать старика бесполезно.

Тихомир, вскинув голову, осмотрелся. Люди Грознова были окружены хищниками из клана Вольных. Но Дима и Зари все еще не было на поляне. И вдруг телефон Казакова завибрировал. Макс торопливо ответил на вызов, понимая, что сейчас его станут беспокоить только по важному вопросу.

Не ошибся. Сразу же протянул трубку Верховному.

Тихомир знал, кто именно окажется по ту сторону сотовой связи. Смертник. Он им станет, как только Вольнов доберется до него.

А потому, не говоря, слушал, напрягая чуткий слух и прикрыв глаза.

Кажется, он даже видел всех, кто был там, в центре города, в десятках километров от него.

А там помимо смертника — любимый голос, полный страха и слез….

— Не трогайте его! Он ведь мальчишка еще! Не нужно! Умоляю вас, отпустите Дибромира! — повторяла Заря, довольно громко и разборчиво, — Никто и никогда не узнает, что я в вашей больнице.

— Да пошел ты, чокнутый докторишка! — фыркнул Дим сипло, но насмешливо, — Девку свою Горгону специально подослал? Просчитал? Или тупо повезло, что Зарета придет в офис? Ты чего вообще хотел? Мир поработить что ли? Кретина кусок! Да мой брат тебе кишки на шею намотает, когда увидит Зарю здесь в таком виде.

Дальше раздался громкий щелчок, и протяжный стон Дима. И смех, негромкий и злой. Тихомир узнал его, так брат закрывался от собственной боли.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Сразу под мостом, Тим, — сипло проговорил Добромир, уже обращаясь только к брату, — Не доходя до клиники. Долбаный бункер. Не промахнешься.

Чуткий слух волка резанул громкий крик Зари. И связь прервалась.

Вольнов застыл всего на миг. Как выбрать? Кого спасать: брата или любимую?

— Спаси нашу девочку, — произнесла матушка.

Тихомир кивнул и перевел взгляд на Казакова. Макс кивнул, без слов принимая приказ Верховного. И как только огромный черный волк со всех лап помчался в город, Максим, Светозар и воины клана запрыгнули в автомобили и помчались на территорию Грознова. Они надеялись, что Радмир с девушкой именно там.

* * *

Странно, но Зарета совсем не боялась. Ни сейчас, когда сидела, прикованная к стулу в подпольной лаборатории Зинчукова. Ни тогда, когда машине Дима преградил путь автомобиль, из которого навстречу вышла Горгона Игоревна.

— Добромир Светозарович! Нам срочно нужно поговорить! — взволнованно произнесла администратор «Волько», жестикулируя и показывая парню, что ждет его снаружи.

— Сиди здесь, — распорядился Дим, а Заря торопливо кивнула.

И когда Вольнов вышел из салона, Заря поняла, что ее предчувствия беды касались не только Радмира и Жени, но и младшего брата Тима.

— Пакуйте его, мальчики, — раздался голос Горгоны, и тон был совершенно иным. Женщина изменилась практически до неузнаваемости. В глазах появился немного безумный блеск, а на губах — надменная улыбка.

К автомобилю Дима молниеносно ринулись хищники, чужаки. Выскочили, словно из ниоткуда. Не понять было сразу, то ли ждали именно их с Димом, то ли все так неудачно сложилось.

Мужчин Заря не видела прежде среди окружения Вольновых. И интуитивно чувствовала, что они опасны.

Добромир был очень быстрым. Прежде, чем его связали и обездвижили, парню удалось основательно покалечить нескольких бойцов. Но у подчиненных Горгоны в руках были дубинки электрошокеры, да и численный перевес был на стороне женщины.

Зарета, поймав взгляд Горгоны, максимально спокойно, но полным ненависти голосом произнесла:

— Тихомир доберется до вас.

— Возможно, — хмыкнула хищница, — Но к тому моменту Валик уже выкачает из тебя все, до последней капли.

— Валик? Профессор Зинчуков? Вы заодно? Пусть рискнет! — прищурилась Заря.

Горгона удивленно вскинула бровь, хмыкнула.

— А ты как легла под Вольнова, сразу дерзкой стала? Ничего, Валик и это исправит! — произнесла женщина и обратилась уже к своим головорезам, которые впихнули Дима в багажник, а за руль спорткара Вольнова уселся один из незнакомцев. — Едем!

Мужчины не очень вежливо и ласково подтолкнули Зарю к распахнутой двери внедорожника. Зарета лихорадочно думала, как сообщить Тиму о том, что они оказались в беде. Но как ему звонить, если гаджет вместе с одеждой остался в доме Казаковых?

Заря пыталась хоть что-то придумать. Она ведь нимфа! Должно ведь получиться как-то призвать силы природы, животных, да хоть что-нибудь!

Когда Дима и Зарю притащили в кабинет чокнутого доктора, Вольнов уже потихоньку приходил в себя. Один из верзил со всей дури ударил Дима в живот, а потом — в челюсть.

Парень застонал, но глаза открыл. Сквозь слезы Заря видела, как Дима привязали к хирургической кушетке так, что он не мог двинуться. Однако смотрел на подругу выразительно, словно пытался о чем-то сказать.

И вдруг перевел взгляд на карман своих брюк.

Телефон? Заря поняла, что в кармане парня лежит мобильник, и до него нужно добраться во что бы то ни стало!

— Валентин Иванович! Это все, должно быть, ошибка! Нас притащили сюда, не пойму, зачем! — весьма правдоподобно удивилась и возмутилась девушка.

— Ну что ты, Зарета, никакой ошибки нет, — усмехнулся врач, поправил очки на крючковатом носу и мотнул головой, приказав охране исчезнуть из кабинета.

— Тихомиру не понравится это все, — предупредила Заря, сделав еще два небольших шага к Диму, когда врач отвлекся на свои записи в компьютере.

— Решительно не понравится, — кивал Зинчуков, а Заря к этому времени уже приблизилась к Добромиру и незаметно подхватила телефон, который частично выпал из кармана брюк парня.

— А Горгона… то есть, Илона Игоревна? Зачем ей все это? — Зарета пыталась разговорить врача и одновременно нажала на кнопку вызова последнего набранного абонента и тут же спрятала гаджет в свой карман. Главное, чтобы абонентом не оказался Тим, ведь его телефон в городе.

— Илоночка… А Илоночка у нас тоже не ладит со своей второй сущностью. Я помогаю ей, она помогает мне, — поделился секретом профессор и, повернувшись спиной к девушке, уже более властно проговорил: — Сядь на стул, Зарета.

Девушка судорожно сглотнула. Этот самый стул, на который указал врач, категорически не нравился ей. Особенно ремни на подлокотниках, а еще странное приспособление, похожее на капельницу со штативом, установленное рядом со спинкой стула.

— Сядь на чертов стул! — жестче скомандовал Зинчуков, а в душе у Зари поднялась волна негодования и даже злости на этого человека. — Молитесь, чтобы Тим не оторвал вам голову, когда придет сюда! — вкрадчиво проговорила Заря, а в комнату вошел один из амбалов, который избивал Дима. По хищному выражению глаз девушка поняла, что Добромиру вновь вот-вот достанется, а потому Заря громко закричала: — Не трогайте его! Он ведь мальчишка еще! Не нужно! Умоляю вас, отпустите Дибромира! Никто и никогда не узнает, что я в вашей больнице.

— Закройте рот пациенту! — приказал Зинчуков охране, — А со свидетелем я позже разберусь.

— Да пошел ты, чокнутый докторишка! — фыркнул Дим сипло, но насмешливо, — Девку свою Горгону специально подослал шпионить? Просчитал заранее? Или тупо повезло, что Зарета придет в офис? Ты чего вообще хотел? Мир поработить что ли? Кретина кусок! Да мой брат тебе кишки на шею намотает, когда увидит Зарю здесь в таком виде.

Всего на секунду в комнате повисла гнетущая тишина. А следом — приглушенные маты сквозь зубы и стон боли. Охранник, вооружившись дубинкой, разминался, ломая кости молодого, связанного по рукам и ногам хищника.

В ушах у Зареты шумело, пульс бился лихорадочно и гулко. И Заре вдруг почудилось, что пол под ногами вибрирует.

Но это, судя по всему, ощутила только девушка. А в руках профессора мелькнул шприц.

— Слышь, Зинчуков, ты подумай дважды, — сипло проговорил Добромир, — Не лезь к жене вожака. Он же тебя будет убивать медленно и тщательно, когда доберется сюда. А он доберется. Ты же, черт раздери, хищник! Принюхайся! Ее нельзя трогать! Нельзя!

Дим говорил сбивчиво, сквозь боль и громкие звуки ломающихся костей.

А профессор замер.

— Интересно… Интересный случай… — бормотал врач, внимательнее рассматривая Зарю так, словно собирался вскрыть ее череп и рассмотреть, что же находится внутри. — Потомство? Надо проверить…

Заря уже была прикована к стулу, но почему-то было спокойно на душе. Возможно, по той причине, что расслышала оглушительное рычание своего волка. И точно знала, что он придет к ним на помощь.

А вибрация под ногами чувствовалась все сильнее….

* * *

Он никогда не мчался так быстро. Словно летел, выискивая на горизонте нужную точку — цель, куда стремился добраться.

Секунды тянулись мучительно медленно. И только голос Зари, гремевший в голове, вел его.

Она звала. Звала его.

Мышцы работали, как слаженный механизм. Краем глаза Тим видел, как мимо проносятся картинки: лес, дороги, мосты, дома, перекрестки.

И вот — тот самый мост и бункер, о которых упомянул Дим. Но даже без подсказок брата Тихомир уже учуял ее. Свою истинную. Свою малышку. Свою нимфу.

А вокруг творилось невообразимое. Асфальт, камни, плитку, уложенную перед зданием, пробивали крупные корни деревьев. А лианы ползли вверх, плотно оплетали стены неприметного на первый взгляд строения.

Тим бежал вперед, не обращая внимания на удивленные лица людей и хищников. Перед ним расступались, пропускали, шарахались в ужасе или страхе. А зов Зари становился все сильнее. И теперь Тихомир четко улавливал ее страх.

Двери он сносил в щепки, как и любое препятствие, вставшее на пути. Включая вооруженную охрану, которой здесь быть вообще не должно. Это ведь территория Вольных, а здесь — полный произвол. Как он мог не заметить под носом целую банду во главе с чокнутым профессором? Но с этим Тихомир разберется потом.

Вгрызаясь и круша все вокруг, Вольнов продирался туда, где была Заря. И краем уха разобрал придушенный писк знакомого голоса.

Горгона? Плевать! Зверь не заметил, как бывшую сотрудницу «Волько» придавило куском плиты. Тим только удовлетворенно рыкнул, ощутив страх, боль и запах крови предательницы.

И мчался все выше, вверх по лестнице, с трудом умещаясь в узких коридорах и на лестничных пролетах.

И вдруг — тишина. А под лапами — шуршание листвы и хруст веток.

Острого слуха коснулся бубнеж профессора. А когда до Тима дошел смысл сказанных стариком слов, волк обезумел.

* * *

Зарета только теперь начала бояться. Когда Дим не очнулся после очередного удара электрошокером, а охранник вколол парню какой-то препарат.

Сам Зинчуков тем временем всадил острый шприц в вену Зари и взял пробу крови. Вот тогда Зарета сильно испугалась. И тряслась от лютого страха все то время, пока работали приборы врача, изучавшие кровь нимфы.

И Заря, барахтаясь в ледяном ужасе, поняла, что даже если Тим будет мчаться сюда со всех ног, все равно не успеет. И один бог знает, что сотворит с ней врач.

— Не трогай меня! — кричала Заря, когда профессор направился к ней с еще одной иглой в руках. Теперь уже присоединенной к длинной трубке, подведенной к тому самому штативу за спиной девушки. Выходит, сумасшедший намерен все-таки выкачать из нее кровь.

— Будет не больно, милая, это просто укольчик, — уговаривал безумец, а Заря пыталась увернуться от иглы. — Ты даже не представляешь, какие результаты будут! Твоя кровь изменилась, благодаря беременности. Уникально! Действительно, уникально! Жаль, что не удастся изучить щенков, но это осознанные жертвы. Нам хватит и образца ИЗ-1.

А дальше Заря вдруг рассмеялась. Под звуки ее звонкого голоса комната начала стремительно преображаться. По стенам и потолку вились лианы, и со всех сторон слышались щебет, писк, рычание. Девушка перестала сопротивляться. Смотрела куда-то поверх плеча профессора и улыбалась, словно идиотка.

— Как же я тебя люблю! — выдохнула Заря, любуясь на черную, с отливом, шерсть.

Профессор не повернулся, просто замер, затылком чувствуя появление Тихомира. Да и как не почувствовать, когда огромный волк выбил дверь, и на ее месте теперь зияла дыра от пола до потолка.

Охранник ринулся на волка. Но хватило доли секунды, чтобы когтистая лапа рассекла туловище хищника на две части.

Заря готова была закричать от ужаса, увидев лужу крови на белоснежной кафельной плитке под ногами, но на месте волка в просторной лаборатории возник полностью обнаженный Тихомир и ласково заурчал:

— Закрой глаза, малыш.

Заря торопливо зажмурилась. Жаль, что не могла закрыть и уши, потому что комната погрузилась в поросячий визг, издаваемый профессором. А вперемешку с визгами слышалось только бульканье и многократное «нет» сиплым голосом.

Что именно делал Тим с чокнутым Зинчуковым, девушка предпочитала не знать. Но мерзкий запах страха, крови и чужой боли проникал в легкие, заставляя Зарю задерживать дыхание.

— Никто не смеет угрожать моей жене и моим детям! — приглушенно шипел Тихомир голосом, от которого замерзала даже кровь Зари.

Визг профессора перерос в глухие стоны, а потом Заря четко расслышала шлепок, будто что-то тяжелое и мокрое упало на пол.

— Не открывай глазки, малыш, — уже совершенно другим голосом произнес Вольнов, мягко, словно обволакивал и окутывал Зарету своей лаской.

Заря послушно сидела, зажмурив глаза и опустив голову так, чтобы волосы закрывали лицо. Наверное, она еще и плакала, потому что Тим совсем негромко произнес:

— Ну, ты чего, маленькая? Не плачь. Сейчас поедем домой, — говорил ее мужчина, а потом, уже не ей, а брату: — Дим! Эй, спящая красавица, хватит отдыхать!

— Отвали, — негромко пробормотал Добромир, а Заря улыбнулась, и все же открыла глаза. Неизвестность пугала даже больше, чем кровавые разводы на полу и стенах.

Но трупов нигде не было видно, очевидно, чтобы не пугать Зарету, Тим перетащил все, что осталось от злодеев, в соседнюю комнату.

Когда Дим, сидя на кушетке и опустив длинные ноги на пол, морщился и потирал запястья, Тихомир уже добрался до Зари. Освободил девушку и застыл.

Вожак Вольных боялся, что его нежная нимфа рухнет в обморок после всего, что пережила. И куски разодранных тел — не самая приятная глазу картинка.

Однако, все обошлось. Заря, пусть и была все еще бледной с дорожками от слез на бархатистых щеках, а выглядела неплохо. По крайней мере, не предпринимала попытать отключиться, или впасть в истерику.

Да что уж! Шикарно она выглядела. Красивее всего в мире. Тим в этом даже не сомневался. Шагнул ближе, притянул к себе, игнорируя кровь врагов на своей коже и свою наготу.

А Заря не отстранилась, наоборот, оплела руками талию, потянулась к нему, как гибкое молодое деревце, прильнула еще теснее.

Тим подхватил жену под ягодицы, впечатал в свое тело до хруста, еще ближе, еще теснее. Чтобы убедиться, что она — рядом, в его руках, в целости и сохранности.

Но ладони все равно не слушались, лихорадочно шарили по затылку, спине, бедрам. Вольнову нужно было удостоверится, что Заря жива и здорова.

Девчонка сама потянулась к нему, сама прижалась к нему. Он не выдержал, зарычал прямо в сладкие губы, ворвался со стоном своим языком внутрь манящего рта. Да и стоять мог с трудом. Накрыло волной осознания, что мог ведь не успеть, мог ведь опоздать… И тогда…

Его затрясло от этих мыслей, заштормило, дернуло так, что весь мир померк, осталось только лицо малышки, немного бледное, и глаза огромные, но уже не испуганные.

— Я тут это… Ребят, ну может … того… свалим из этого места? — словно издалека послышался голос брата.

И Заря, очнувшись, нахмурилась.

— А Женя? Радмир? Что с ними? — спросила нимфа.

И в эту же секунду из кармана Зари послышалось жужжание. Телефон Дима ожил, а девушка тут же торопливо вынула гаджет.

Звонил Казаков. Тихомир ответил на вызов сам. Слушал, сцепив массивную челюсть. И, Заря была уверена, это выражение лица мужа не предвещало ничего хорошего.