Глава 26

.

Ее Высочество Принцесса Алгейская Гвендолин изволили пребывать в плохом настроении с самого утра.

Всё началось, как обычно, с завтрака.

Кофе был недостаточно крепок, молоко слишком холодное, хлеб не свежий, омлет недосолен… или нет, всё-таки пересолен? Или… А впрочем, какая разница?

Всё было не так. Мир летел в пропасть прямо на глазах.

Прогулки верхом не радовали, дела не интересовали, не было сил и желания ни на что.

Портниха, визиты которой обычно в таких случаях спасали, уехала домой с недовольным видом и шепча проклятия в адрес родной сестры коронованной особы.

Императорский ювелир тоже не сумел угодить требовательной красавице и покинул загородное поместье принцессы с обиженно поджатыми губами и тяжелым ларцом в руках.

Целитель, которого за последние три дня дергали к принцессе уже раз пять, только разводил руками и качал головой, признавая пациентку абсолютно здоровой. В последний визит его терпение лопнуло и он предложил Её Высочеству крепко подумать над тем, чтобы выйти замуж, ну или, в крайнем случае, завести себе любовника.

Обещал, что после этого хандру как рукой снимет.

Понятное дело, что за свою дерзость он был сослан с глаз долой (что, отнюдь, его не расстроило) и покинул загородный замок вполне удовлетворенный, правда, под гневными взглядами и возмущенное шипение леди Гвендолин.

А что делать, если правду любят не все…

Причина для столь необычного для Принцессы резкого всплеска дурного настроения была проста.

Ран Баргу попросил отпустить его на две седьмицы (впервые за много лет с момента начала службы) и уехал в неизвестном Её Высочеству направлении. Конечно, она его отпустила не дрогнув ни единым мускулом на лице. Но потом…

Гвенни сходила с ума от переживаний и ревности с самого первого дня его отсутствия.

Воображение рисовало ей картины времяпрепровождения молодого мужчины, одна краше другой. Многочисленные толпы любовниц, смятые в страсти простыни, разбросанные по полу впопыхах сброшенные одежды, полутемные будуары красавиц… О-о-о!

Масло в огонь подливало и то, что никто не знал, где он.

Дом, в котором он жил в Урсулане, когда Принцесса посещала столицу, пустовал. Не было его и в загородном поместье, где сейчас находилась сама Гвенни.

Чем только она себя не утешала, не помогало ничего. Дело дошло до того, что она решила, что он попал в беду и его нужно срочно разыскивать и спасать.

Принцесса накрутила себя так, что была уже на грани истерики, когда вечером шестого дня отсутствия Рана прислуга доложила, что господин секретарь вернулся и находится в своем гостевом коттедже.

И ее отпустило…

Правда, ненадолго. Только Гвенни выдохнула, как пришла вторая новость.

Ран распорядился подать ужин на две персоны, потому что с ним вместе приехала особа, закутанная в плащ с головы до ног, предположительно женщина. Гостья.

– С чего ты решила, что это женщина? – стараясь не выдать свое раздражение и волнение, будничным голосом поинтересовалась Гвенни у служанки.

– Это не я решила. В темноте, конечно, плохо видно, но Лили рассмотрела длинные волосы, которые были видны из-под капюшона и …

– Достаточно, ты свободна, – резко оборвала служанку Принцесса.

Та шустро удалилась, правильно оценив всю опасность ситуации.

Гвенни заметалась по комнате, заломив руки.

У него гостья! Он посмел сюда притащить какую-то шлю… Да, именно так! Разве приличная женщина поедет к одинокому мужчине в гости, да еще на ночь глядя!

Боги, дайте ей сил! Она не потерпит, чтобы в ее поместье таскали продажных женщин и занимались развратом! Она потребует выставить вон эту наглую девицу, чтоб духу ее тут не было! И чтобы он не смел сюда (да и вообще не смел!) никого водить для развлечений!

Принцесса нервно накинула теплый плащ, вышла в сад и торопливо направилась в сторону гостевого коттеджа, который занимал Ран Баргу.

По мере её приближения к коттеджу, смелость и уверенность куда-то испарились, и уступили место сомнениям, терзаниям и неуверенности в себе.

Гвенни впервые задалась вопросом: есть ли у нее право диктовать своему секретарю, как и с кем он должен проводить свое свободное время?

Поэтому, когда до дома осталась пара шагов, она повернула не к ступенькам, ведущим к входной двери, а к зарослям шиповника, буйно растущим под окном гостиной, в котором горел свет.

Окна первого этажа гостевого коттеджа располагались достаточно низко для того, чтобы в них можно было заглянуть снаружи.

Принцесса подобралась близко к окну и заглянула внутрь. Ей был виден обеденный стол, сервированный на двоих. Незнакомка сидела спиной к окну и ее длинные, черные, блестящие волосы закрывали ее до поясницы. Ран ставил на стол бокалы для вина и, глядя на гостью, улыбался и что-то рассказывал.

Он ей еще и улыбается! Гвенни в сердцах топнула ногой. Под ножкой Принцессы хрустнула ветка и видимо чуткий слух мужчины уловил этот звук, он глянул в сторону окна, встрепенулась и гостья. Гвенни поспешно присела и выругалась, хотела потихоньку вылезти из кустов и сбежать, но не смогла. Подол платья запутался в колючем кустарнике и когда она раздраженно дернула его рукой, раздался треск ткани.

Она изо всех сил пыталась высвободиться из неожиданной западни, но запутывалась еще больше. Внезапно окно, под которым она возилась, распахнулось, и не успела она пискнуть, как кто-то перевесился через подоконник, подхватил за талию со словами «попалась пташка» и легко втащил внутрь, оставив кусок плаща и юбки развеваться на ветках под окном.

Оказавшись в комнате, Гвенни сразу почувствовала аромат приготовленного на открытом огне мяса с приправами. От бесподобного запаха рот начал заполняться слюной. Она явно успела к началу ужина.

Окно за ее спиной быстро захлопнули, а сама она оказалась крепко прижата к чьей-то твердокаменной горячей груди.

– Ран, смотри-ка кого я поймал! Знаешь ее? – раздался над ухом Гвенни незнакомый бархатистый баритон.

Гвенни уставилась на Рана, замершего напротив нее с бутылкой вина в руках. Он несколько мгновений озадаченно смотрел на принцессу, медленно оглядывая её с головы до ног и обратно, чуть дольше задерживаясь взглядом на видневшихся в прорехах юбки обнаженных голенях, потом улыбнулся:

– Добрый вечер, Ваше Высочество! Наслаждались вечерней прогулкой по саду?

Эм-м-м… Принцесса сегодня как-то медленно соображала. Видимо сказались многодневные переживания. Погодите-погодите, если Ран стоит перед ней, кто же это тогда ее схватил и так крепко держит?!

– Ого! Высочество! – присвистнул незнакомец за ее спиной, продолжая прижимать женщину к себе. – Мне сегодня прям везет!

– Тиб, отпусти принцессу! – велел Ран, ставя бутылку на стол. – Миледи, прошу простить моего брата, он решил, что в сад прокрался вор.

Б-брата?!

Руки медленно и без особо желания разомкнулись, Гвенни сразу отскочила в сторону и повернулась к «брату».

Такой же высокий и атлетически сложенный, как Ран. Они действительно были очень похожи, только у Тибата были длинные до пояса, темные волосы и черные глаза. Необыкновенно привлекательный. От него исходили волны какого-то нечеловеческого обаяния и Гвенни поймала себя на мысли, что смотрит на мужчину с восторгом ребенка.

Так это его служанки приняли за женщину?

– Не знала, что у вас есть брат, Ран, – передернула плечами молодая женщина, сбрасывая наваждение мужского обаяния и поправляя одежду.

– И не один. Он у нас в семье не самый младший, но самый скрытный. Меня зовут Тибат, Ваше Высочество, я старший брат вашего покорного слуги, – гость слегка поклонился и продолжил, – простите, если напугал вас. Я сожалею, не хотел…

Ага, сожалеет он. В голосе ни капли сожаления или чувства вины. Вдобавок к этому раздевающий взгляд, который она чувствует всей кожей.

– Присоединитесь к нам за ужином? – предложил Ран, чтобы прервать неловкую паузу. – Я распоряжусь, чтобы принесли столовые приборы…

– Нет, не стоит беспокоиться, возможно, в другой раз, а сейчас мне пора, – Гвенни жестом остановила Рана, который намеревался позвать прислугу и направилась к двери.

– Жаль, – в спину ей тоном опытного соблазнителя так промурлыкал Тибат, что у принцессы мурашки по всему телу понеслись, – ужин в обществе обворожительной женщины, что может быть прекраснее? Вы лишаете нас огромного удовольствия, леди Гвендолин. Я буду плохо спать этой ночью…

Гвенни сразу почувствовала себя основным блюдом этого ужина, словно это ее собирались разложить по тарелкам (или просто разложить) и съесть. Ох! Кажется, уже начали раскладывать. Кровь прилила к её щекам. Ну и голос… Да как он это делает?

– Тиб, – одернул его Ран.

– Вдруг Принцесса передумает и украсит наш скромный ужин своим присутствием? – не унимался мужчина, – я же должен использовать все возможности удержать ее внимание, если ты не в состоянии…

Гвенни, пытаясь натянуть невозмутимую улыбку на лицо, обернулась от двери.

– Не тратьте свое красноречие, господин Тибат, вы рассчитывали поужинать вдвоем, я просто не хочу вам мешать. Думаю, вам есть что обсудить. К тому же, я не голодна. Приятного вечера!

На улицу она выскочила почти бегом.

«Дура, дура, дура…», – мысленно повторяла про себя Гвенни, спускаясь на каждую следующую ступеньку каменной лестницы. Как же глупо получилось. Её поймали на подсматривании! Её – взрослую женщину, считающую себя умной! Принцессу! О-о-о!…

Что она творит?

Мужской голос, пробирающий до костей, так и звучал в ушах, пока она шла по саду в сторону дома. Это еще большой вопрос, кто сегодня ночью будет плохо спать.

Нет, прав целитель, надо завести любовника и уже успокоиться…

***

Почти во всех окнах кабинетов императорской канцелярии было темно, и только два окна магической лаборатории были залиты светом. Йорн сегодня задержался допоздна.

День выдался какой-то суматошный и к вечеру маг уже изрядно устал.

Он сидел в кабинете за столом, прикрыв глаза и откинувшись на высокую спинку удобного кресла.

Домой идти не хотелось. Его там никто не ждал.

Арлана? Ей было все равно, где он. Скоро она выйдет замуж и переедет в резиденцию лорда Гриза. Дом совсем опустеет.

После смерти отца и матери огромный особняк рода Нориш стал пустым и холодным.

Йорн пропадал целыми днями в лаборатории. Арлана, лишившись контроля и обретя излишнюю самостоятельность, как-то разу повзрослела и с головой окунулась в светскую жизнь.

Она с детства была избалована и капризна, родители всё ей разрешали. Да и сам Йорн, после их смерти, был с ней излишне мягок. Стоило ли удивляться, когда ко всем её прочим подвигам, добавился еще и Сандэр Моро, из постели которого она не вылезала последние пять лет. К тому же сумев удивительным образом вместо скандальной репутации, завоевать сочувствие (помимо зависти) всего женского сообщества Урсулана.

Лана была просто одержима Сандэром. С самого первого раза, как только увидела его в их столичной резиденции, куда Йорн пригласил своего, тогда еще однокурсника по Академии, в гости. Ей тогда было всего тринадцать лет.

Теперь Сандэр ее бросил, что и следовало ожидать.

Она помолвлена с Эшем Гризом. Помоги ему Богиня, если дело все-таки дойдет до свадьбы (в чем Йорн до сих пор сильно сомневался)!

Светлый маг расстегнул две верхние пуговицы камзола, слегка задел шнурок, висевший на шее. Потрогал сквозь одежду кулон-артефакт, висевший на этом шнурке. Вторая половинка кулона осталась у Софи, она так и не воспользовалась им.

По возвращению из Сарен-Арк он первое время надеялся, что она изменит свое решение, даже заранее подготовил короткий разовый портал, чтобы можно было сразу ее забрать, как только артефакт сработает. Потратил кучу времени и магических сил, да еще и с разрешения Сандэра привлекал императорских портальщиков.

Но время шло, а Софи молчала.

Йорн сидел в полной тишине, задумчиво глядя перед собой.

Он же что-то хотел еще сделать?

Забыл… Нет, вспомнил!

Он давно хотел разобраться у себя в столе и все никак руки до этого не доходили. Поручать своему помощнику такое дело не хотелось, мало ли что он выкинет, а Йорн потом только ругаться будет. Да толку-то от этого? Проще самому выкинуть то, что действительно не нужно.

Он выдвинул верхний ящик стола и под стопкой документов обнаружил простенький шнурок с сердечком.

Несколько секунд смотрел на него удивленно. Он был уверен, что уже давно выкинул его.

Выложил шнурок на стол, поискал глазами магический уничтожитель. Бездна! помощник сегодня сдал его для очистки, вернет только завтра утром.

Пока раздумывал, услышал в коридоре шаги. В последнее время так поздно в здании канцелярии засиживался только лорд Гриз. Жениха своей сестры Йорн видел каждый день и сейчас общения с ним вовсе не жаждал. Скорее наоборот. Как-то его стало слишком много в жизни Йорна.

Понимая, что идет лорд к нему в лабораторию, светлый маг вздохнул, и с сожалением покосился на дверь в ожидании, когда она откроется.

"Глупо, но как же хочется, чтобы он меня не увидел. Богиня, услышь мое пожелание! я заслужил немного покоя", – безнадежно прошептал Йорн, накрывая ладонью простенькое украшение.

Через несколько мгновений дверь в кабинет открылась. Жених Арланы окинул пристальным взглядом лабораторию, в упор посмотрел на Йорна, вернее, сквозь него, как будто тот вдруг стал прозрачным, постоял немного и с досадой на лице закрыл дверь.

Йорн некоторое время молча упирался взглядом в закрытую на дверь, не понимая, с чего ему вдруг так повезло. Посмотрел задумчиво на стол, где лежал шнурок, взял его в руки, накрутил на палец. Усталость как рукой сняло, проснулись интерес, азарт, любопытство.

– А у нас тут похоже штучка с секретом? – насмешливо хмыкнул маг, решительно встал и пошел в ту часть лаборатории, где проводили исследования артефактов.