Глава тридцать шестая · Господин дознаватель

Илль

Пробуждение в холодном поту оказалось почти уже привычным. Ну да… сегодня я не стала снимать на ночь кольцо — подарок богини, хотя несколько ночей подряд предпочитала спать без него и не видеть никаких страшных снов.

Просто подумалось… богиня определенно присматривает — причем не только за мной, но и за моими близкими. Пока это кольцо на моем пальце, я откуда-то твердо знаю, что все сложится в итоге к лучшему для меня и тех, кого я люблю. Да, в чем-то у Аллиры своеобразные… представления о лучшем. Например, число моих будущих братиков или сестричек — на мой взгляд, все же перебор. Но выйдет наглядно — этого не отнять, да.

Да и в целом… честно говоря, я не помню, чтобы когда-нибудь видела свою маму такой, как сейчас. Спокойной. Умиротворенной. Счастливой… И эта ее улыбка, когда она кладет руку на живот и смотрит на моего отца, — стоит очень-очень многого.

Наверное, поэтому я в самом деле стараюсь принять своего отца. Ради нее. И еще…

Мимо моего окна пролетело торнадо, сопровождаемое счастливым визгом. Я закатила глаза. Вот эти бреющие полеты как-то особенно нервируют. Но Лельке нравится! Черный дракон катает редко, а серебряный… отрабатывает. Сказано же ему было — бабушку только в хорошие руки… лапы… и крылья!

Килиан Дарнери получил предложение, от которого не смог отказаться. Уже несколько дней, как он заступил на недавно ставшую вакантной должность преподавателя СМАМ и вместо леди Ланори обучает первокурсников основам драконьей магии и контролю оборота. Так что и собственный домик в академгородке ему достался — правда, совсем небольшой, все же он не декан и не один из старших преподавателей.

Но главное — моя мама как его официальная невеста живет с ним. И оба они плевать хотели на то, что думает об этом клан серебряных драконов. Ведь защиту академии им не пробить!

А Лелька наслаждается. Теперь, пока я работаю, она проводит время не только в монстрятнике или компании Умы. За ней присматривает еще и бабушка! Ну… и дедушка заодно.

Правда, меня учить ректор академии по-прежнему предпочитает лично, не передоверяя эту задачу даже моему отцу. А я… почему-то не возражаю. Ну хорошо же получается! Может, это все благодаря чьим-то педагогическим талантам.

На секунду я закрыла глаза, вспоминая сон. В этот раз он в самом деле был кошмарным. Но вот его финал…

Шепот умирающей женщины все еще отдавался эхом в моих ушах.

Какие же эти драконы… дураки! И ведь надо было верить столетиями в страшную сказку о проклятии! И ради чего? А ведь могли бы…

Та человеческая жизнь богини Аллиры в самом деле была трагична. И еще она родила дочь — замечательную маленькую золотую драконицу…

За окном снова взвизгнули, и я нахмурилась. Нет, этот серебряный все же напрашивается на втык! Закладывать мертвые петли с ребенком на спине — это уж слишком!

Взгляд упал на зеленый камень кольца на моем пальце. Зеленый, как глаза одного дракона, жившего много столетий назад…

Эти глаза были совершенно безумными и больными, когда он пришел наконец в себя — будто после долгой болезни или загула. Пришел в себя и осознал, узнал, что в тот самый миг, когда он, добровольно выпив зелье и забыв обо всем на свете, пировал на своей свадьбе и пожирал невесту взглядом, полным заемной страсти — в этот самый миг та, кого он любил, задыхалась от боли, рожая его ребенка.

Роды Лиры оказались тяжелыми и продолжались больше суток. Женщина выжила тогда — но лишь для того, чтобы начать тихо угасать день ото дня. Как будто знала, что настанет день, когда дурманная пелена спадет с глаз Кариаса — и он вспомнит о своих истинных чувствах.

Тихий, отчаянный шепот.

— Прошу… прошу, не проклинай меня… хотя нет, прокляни! Прокляни, я недостоин ничего, кроме проклятий! Я…

И ласковая усталая улыбка на устах бледной женщины, совсем непохожей сейчас на ту яркую красавицу-гадалку, что встретила его когда-то на пороге шатра.

— Разве я могу тебя проклинать? Стоило бы… несомненно, стоило. Тебя и весь драконий род. Я видела достаточно. Ты — только сын своего отца, дитя своего народа, ты не мог бы быть иным, вы все… все… но я… я не могу проклинать тебя. Я не могу проклинать драконов. Если бы не было их, не было бы тебя. И моей девочки… я не могу. Я вас… благословляю.

Я зажмурилась и сделала глубокий вдох.

Интересно, как, по мнению Аллиры, я должна донести до драконов правду об их «проклятии»?

Впрочем, надо сказать, кое-какой аргументации богиня мне таки подкинула.

Я бросила еще один взгляд в окно. Картинка там уже сменилась. На пороге домика чуть поодаль от нашего, уперев руки в бока, стояла леди ди Вернес и сердито выговаривала что-то будущему мужу.

— Я должен тренироваться! И вообще… — донесся до меня оправдывающийся мужской голос.

Лелька нарезала вокруг парочки круги с воплями, не то изображая индейца, не то просто выражая общий восторг бытия.

Да… пожалуй, некоторые аргументы перекрыть будет непросто.

* * *

— Я нашел для вас то, что вы просили, — на столе рядом с котлом передо мной появилась увесистая книга. Длинноносый мастер-зельевар мэтр Саверий смотрел строго. — Но имейте в виду! Мне выдали ее в библиотеке ведьмовского факультета под честное слово. Будьте предельно аккуратны! И должен сразу предупредить — если вы попытаетесь воспроизвести одно из ведьмовских зелий, его свойства в вашем исполнении могут отличаться от заявленных.

— Я помню, мэтр, — кивнула в подтверждение. — Я только хочу кое в чем убедиться.

— Ведьмовские привороты? — Круся заглянула в открытую страницу через мое плечо. Мы с гоблинкой, как всегда на факультативных занятиях по зельеварению, сидели рядом. — Ты собираешься варить приворот?

— Нет, — я мотнула головой. — Хочу понять, как действует драконье свадебное зелье. И почему оно вообще работает…

Ну да, вообще-то сегодня практическое занятие, и все вокруг уже кипятят что-то в своих котлах. Но что поделать, если ведьмы не выдают своих секретов, и мне нужную книгу бы точно не дали? Да и мэтру выдали всего на одно занятие. Вот и… сижу. Изучаю.

Если с оборотом и драконьей магией у меня далеко не все получалось с первого раза, то на факультативе по зельеварению я была звездой и любимицей преподавателя. Почти такой же, как старательная Круся. Ну и что, что все мои магические зелья были на вкус как грузинский соус пополам с перцем чили, а в горле от них начинался настоящий пожар! Остренькое для пищеварения полезно, между прочим. Зато все они выходили мощными и эффективными. Разве что иногда чуточку чересчур. Потому мэтр Саверий и согласился по моей просьбе сходить на поклон к ведьмам и выпросить у них книгу. Не смог противиться тяге одной из лучших учениц к знаниям!

— Вот ты на прошлое занятие не пришла, а он, представляешь, все-таки притащился! Хотя я ему говорила! И мэтр Саверий говорил, что драконы не могут варить зелья. А он все равно! Мы противопростудное готовили. Так он сварил и котел взорвал! А потом на некромантский факультатив тоже за мной потащился, хотя…

Странно, Круся обычно не отличается лишней болтливостью, но сегодня у нее как будто накипело. Негромкий голос гоблинки все время бухтел над ухом, почти сливаясь с побулькиванием в ее котле.

Я перелистнула страницу назад. Ага, ожидаемо. Драконье свадебное зелье в разделе ведьмовских приворотов. У них всех общие принципы. И раздел предваряет основательное введение.

'Надлежит помнить, что никакое зелье не способно вызвать истинную любовь — лишь имитировать ее. Никакой приворот не работает долго. В связи с этим наиболее надежными считаются привороты, основанные на сексуальных привязках. Страсть, в отличие от любви, вполне поддается воздействиям и зельям.

В то же время необходимо помнить, что мало какой приворот способен справиться с истинной любовью. В случаях, когда объект всерьез влюблен, сработать на кратковременную привязку может лишь одно из запрещенных зелий, основанных на магии крови. В этом случае используется кровь того, в кого влюблен объект приворота. Зелье подменяет его чувства, перенося на другого человека — впрочем, работает это недолго…'

— А он глазами ест, — казалось, собеседник Крусе не очень-то нужен — только возможность выговориться. — Думает, поди, что раз я гоблинка, так любому вниманию рада буду. Еще и издевается! Сначала вообще говорил, вроде как, «ты будешь смеяться, но…». Ну то есть я, мол, вся такая страшненькая гоблинка, и ему самому смешно, но вот. А я приличная девушка! И гордость у меня тоже есть. И вообще…

Запретные зелья. И действие очень похоже на то, что делает драконий свадебный эликсир. Если бы не одно «но»: эликсиры используют все подряд драконы, в том числе ни в кого вовсе не влюбленные. «Переносить» чувства неоткуда, брать кровь не у кого. И для всех они работают одинаково.

А вот та самая ведьма, что готовила первое зелье для Кариаса Золотого, действительно просила кровь его возлюбленной. Значит, тогда это был еще обыкновенный ведьмовской приворот. Не совсем обычный, запретный, но все-таки.

— … А перед друзьями меня стесняется! — голос гоблинки не смолкал. — Делает вид, что я не с ним. Хотя вообще-то это он за мной ходит!

Я перевернула еще несколько страниц и нашла заголовок «Запретные зелья».

Здесь во введении автор рассуждал о том, что изготовление таких зелий считается неэтичным и аморальным. По мне — так аморальны любые привороты. Но запретные не одобряют и сами ведьмы. Тем не менее, их рецептура сохраняется и передается… уж не знаю, для чего.

Драконий свадебный эликсир — не в «запретном» разделе, а особняком. Однако рецепт… я сравнила и обнаружила, что рецепт совпадает практически полностью. За вычетом одной детали. Вместо крови в зелье для драконов добавляют немного готового эликсира…

Мозаика в голове начала складываться.

Старая ведьма каким-то образом поняла, чью кровь ей принесли. Кровь несет немало информации — в том числе и магического характера.

Лира была аватарой богини любви. И пусть на земле она была всего лишь человеком, но душа ее оставалась неизменной, и любовь — сама ее суть. Кровь Лиры оказалась поистине бесценным ингредиентом. Добавляя понемногу готового эликсира, ведьмы каждый раз добавляют вместе с ним пусть многократно разбавленную, но кровь аватары богини любви.

Вот почему «свадебный эликсир», пусть ненадолго, но перебивает даже действие «проклятия» богини. С ней спорят с помощью ее же крови, ее же пережитой когда-то боли.

Неудивительно, что Аллира ненавидит эти драконьи эликсиры.

А ведьмы стали единственными поставщицами уникального, такого необходимого драконам зелья. Не знаю и знать не хочу, сколько крови богини потребовала себе в оплату та старуха. Та кровь все равно рано или поздно должна была закончиться. А значит, теперь эликсиры становятся все более разбавленными и действуют все слабее.

— И вообще — как будто я не знаю, что они только на своих и женятся! А значит, он меня за неприличную девицу какую держит! А я не такая! Если я гоблинка, это еще не значит… а эти драконы все! А я еще думаю, может, он вообще на меня поспорил с кем. Я вот в книжках читала…

Осознание слов гоблинки начало приходить только сейчас. Я резко обернулась к Крусе.

— Подожди! Крусь, за тобой дракон ухаживает⁈ Какой⁈

— Так я других и не знаю, — бесхитростно развела руками моя подруга. — Они ж все гордые такие, с гоблинками-бытовичками не общаются. А с этим негодяем ты меня сама познакомила!

Та-ак… так. Любви, конечно, все разумные покорны, но знание драконьих нравов веры им ничуточки не прибавляет. А уж если узнаю, что в самом деле на мою подругу поспорил… ну, племянничек, погоди!

* * *

Человек, появившийся в приемной с самого утра, был настолько неприметной внешности, что можно было, пожалуй, долго беседовать с ним, а потом, отвернувшись, быть не в состоянии сказать, какого цвета у него волосы или глаза. Все в нем было каким-то среднестатистическим.

— Доброе утро, вам назначен прием? — привычно-вежливо улыбнулась я.

— Доброе утро, леди Вернес. Меня зовут Милар Фантин. Полагаю, лорд ректор примет меня… без записи.

Я подобралась. Дело в том, что господина Милара Фантина мне в самом деле было велено допускать до ректорского тела в любое время и в любой день, когда он соизволит явиться.

Потому что Милар Фантин — это дознаватель, которого пригласил в академию Тей. И он расследует покушение на меня.

Честно говоря, в какой-то момент мне показалось, что дело о том покушении спустили на тормозах. В конце концов, смертельной опасности артефакт, который собирались мне подбросить, не представлял… теоретически. Хотя, с другой стороны, внушение — такое дело… например, с его помощью можно заставить человека совершить самоубийство. Да и вообще внушение без медицинских показаний незаконно.

Беда в том, что кустарный артефакт с нелегальными свойствами, преступный сговор в стенах академии — все это могло не слишком хорошо сказаться на репутации СМАМ. В общем, мне казалось, что Тею хотелось бы замять происшествие, раз уж никто не пострадал… правда, по чистой случайности.

А упоминание о некоем дознавателе я посчитала просто способом меня успокоить. Не появляется же!

Сейчас, глядя на этого профессионально-неприметного человека, я думала о том, что могла много раз видеть его в академии и даже не обратить внимания. Могла, пожалуй, даже говорить с ним и забыть через минуту. Уж очень он… обыкновенный. Незапоминающийся.

— Лорда ректора сейчас нет на месте, но он появится в ближайшее время. Вы можете подождать здесь, господин Фантин, — я кивнула на диванчик для посетителей.

Кто я такая, он, конечно, в курсе — несостоявшаяся жертва, а еще — секретарша и невеста ректора. И дознаватель почему-то даже не проводил со мной беседы. Хотя это было бы вполне логично — чтобы выяснить возможные мотивы преступников.

Доброжелательно кивнув, дознаватель пристроился на диванчике, обняв свой портфель и всем своим видом выражая долготерпение.

— Господин Фантин, — решилась наконец я, — вам удалось что-то выяснить?

— Кое-что, — так же благожелательно кивнул он и замолчал.

— И…? — снова не выдержала я. Нет, ну что за свинство! — Думаю, я имею право знать о результатах расследования. В конце концов, это на меня покушались!

— Боюсь, вы не совсем верно оцениваете ситуацию, — вздохнул неприметный мужчина. — Видите ли, вы здесь — фигура не то чтобы случайная, но… в подоплеке произошедшего слишком много факторов… в том числе касающихся сугубо политических вопросов страны драконов. Не уверен, что имею право разглашать эту информацию подданной Сайлары.

— Но я дракон! И жертва, если вы забыли!

— И подданная короны Сайлары, — ничуть не смутился он.

Рррр!

— Но вы можете сказать мне хотя бы, удалось ли вычислить тех, кто на меня покушался?

Ладно, мне не хотят говорить, зачем все затевалось и что именно планировалось, но я могу узнать хотя бы — кто⁈

— Разумеется! Это было несложно. Видите ли, — тон мужчины стал каким-то сверхъестественно-занудным, — согласно показаниям свидетельницы, имел место покус ягодичной мышцы подозреваемого в преступном умысле. При этом, прошу заметить, адские гончие обладают не только развитым челюстным аппаратом и острыми зубами, но и весьма едкой слюной. Такие ранения чрезвычайно плохо заживают. А поскольку никто к целителям академии не обращался, то возможны были лишь три варианта. Первый — преступник обратился к одному из лекарей столицы. Учитывая специфический характер ранения, проверить эту версию затруднений не вызвало. Второй — злоумышленник мог относиться к быстро регенерирующим расам, что весьма сузило бы круг поисков. Либо сам являться целителем, что сузило бы его еще больше. И третий вариант — злоумышленник мог в целях конспирации не обращаться за целительской помощью, несмотря ни на что. В этом случае у него неизбежно должны были возникнуть некоторые затруднения специфического характера.

— Какого еще характера⁈ — мне начинало отчетливо казаться, что мне целенаправленно морочат голову.

— Сидеть трудно! — хихикнул из угла Малик, и дознаватель кивнул ему с вежливой улыбкой.

— Что, как вы понимаете, не могло не быть замечено хоть кем-то, — добавил он. И замолчал! Явно не собираясь договаривать.

— И вы проверили все три версии, — чувствуя, что начинаю звереть, продолжила я. — И выяснили, что преступник — это…?

Очередная вежливая улыбка в ответ явно свидетельствовала о том, что имени мне называть не собираются.

Дверь из коридора открылась, и дознаватель тотчас вскочил со своего места.

Тей, войдя, окинул взглядом меня, Малика и посетителя.

— Наконец-то! Прошу в мой кабинет, господин Фантин!

А парой секунд позже я смотрела в возмутительно захлопнувшуюся перед моим носом дверь ректорского кабинета, за которой скрылись мой жених и дознаватель.

Малик окинул меня оценивающим взглядом и, мгновенно разгадав мои намерения, наставительно поднял палец.

— Подслушивать — нехорошо! — объявил джинн и тут же, вытянув длинной трубочкой с раструбом на конце одно ухо, приложил его к начальственной двери.

Я фыркнула и, быстро разыскав на полке за деревянной панелью стакан, приставила его к двери и тоже приложила ухо.

Может, оно и нехорошо. Но так соблазнительно!

Тей

Доклад дознавателя не обрадовал. Да, все это было предсказуемо, но, но…

Разумеется, организовывать целый заговор только ради брака с таким распрекрасным Теем никто бы не стал. А вот ради власти…

В стране драконов каждый лорд долины — сам себе хозяин в собственных владениях. И тем не менее, король в стране тоже есть. Он решает спорные вопросы между родами, занимается дипломатическими вопросами в отношениях с соседними государствами и считается высшей властью.

Все дело было в том, что в стране драконов высшая власть не передается просто по наследству. Каждый раз после смерти правителя нового обладателя короны определяет сила. И каждый раз за это место разгораются нешуточные баталии и интриги. Правителем может стать только самый сильный дракон.

Разумеется, к претендентам есть определенные требования. Это может быть только дракон одного из высоких родов, обязательно женатый и имеющий хотя бы одного ребенка. В крайнем случае — его супруга должна быть беременна.

Предыдущим королем был отец Тея. А поколением раньше — один из серебряных. Сам нынешний лорд Тариус после смерти отца — увы, порой даже драконы гибнут из-за несчастных случаев — вполне мог бы претендовать на корону. По уровню магии в своем поколении он действительно как минимум один из сильнейших. Если бы действительно пожелал — всего-то нужно было в кратчайшие сроки жениться и добиться беременности супруги.

Но Тей предпочел фактически сбежать — аж в Сайлару. О власти он не мечтал никогда. Ему это было попросту неинтересно. А уж жениться только ради политического веса казалось ему самой дурной затеей из всех возможных. И никакие увещевания матери, возлагавшей на него огромные надежды, не могли изменить это решение.

Нынешний король еще не стар, да и живут драконы долго. Однако, разумеется, каждый из высоких родов уже сейчас ищет способы в следующем поколении получить корону для одного из своих отпрысков. Заключают перспективные брачные союзы, присматриваются к новому поколению.

Сейчас трон занимает зеленый дракон, однако оба его сына родились откровенно слабыми магами с едва тлеющим огнем, несмотря на всю одаренность обоих родителей, чей брак казался идеальным. И ясно было, что наиболее вероятным претендентом на престол станет один из отпрысков сильнейших родов — серебряных или черных.

Именно поэтому появление молодой драконицы со свежей иной кровью настолько взбудоражило серебряных. И именно поэтому род Дарнери категорически не желал выдавать ее замуж в другой клан — тем более отдавать соперникам-Тариусам. Вполне возможно, что именно ее ребенок от сильного дракона станет следующим королем.

— Леди Ланори разыграли в темную, сыграв на ее обиде и желании насолить сопернице. На самом деле ее задачей не было как-то навредить вашей невесте — она несколько увлеклась. Да и сама подставилась. Она должна была лишь определить истинный уровень драконьей магии, выведать все об иных способностях и по возможности не допустить вашего сближения. А вот что касается Ромиусов… очевидно, Его Величество решил сделать ставку на племянницу. До появления вашей невесты именно она считалась сильнейшей из молодых дракониц и самой перспективной невестой.

Тей хмуро кивнул. Его собственная мать, тоже не лишенная амбиций, не зря пыталась поддержать именно студентку Ромиус — зеленую драконицу и племянницу нынешнего короля. Но это было, конечно, до появления Иллианы.

Илль — темная лошадка, которая одним спутала планы, в других вселила надежды. Неудивительно, что вокруг нее начались интриги.

— А вот что касается вашего преподавателя… его мотивы мне пока не удалось выяснить. На момент, когда он устроился на работу, о природе вашей секретарши никому ничего известно не было. Возможно, ему просто заплатили, однако лорд Келос отнюдь не беден. Я попросил бы вас пока не предавать полученные данные огласке и не увольнять его…

— Мне показалось или вы хотите использовать мою невесту в качестве живца? — от голоса Тея повеяло льдом.

— Вы ведь хотите знать, откуда на самом деле исходит угроза для нее? Что если у него есть сообщники? — парировал дознаватель.

— Вы наверняка сможете выяснить это, арестовав его.

— Не факт.

Тей собирался запретить. И даже открыл уже рот, чтобы сказать категорическое «нет». Но в этот момент дверь его кабинета распахнулась.

— Я согласна! — объявила его невозможная невеста. — И даже не думай его увольнять! Спугнешь же!