Глава 21. Катерина

— Да? — голос у Влада низкий, чуть хриплый.

— Привет, это Катя. Прости, что снова вторгаюсь в твою жизнь.

— Ты вторглась в нее, когда решилась притащить меня к себе домой несколько лет назад. Что случилось?

— Влада заболела. У нее очень высокая температура, а я забыла купить жаропонижающее. И Таня, как назло, сегодня вечером от нас съехала. Мы с Владой остались одни. Я пыталась заказать доставку, но курьерская служба работает до семи часов. Я не хочу оставлять Владу одну в квартире ночью. После всего, что с нами случилось, она боится. Я понимаю, что…

— Я сейчас приеду! — перебил меня он. — Скинь мне название лекарства. Если температура не спадает, возьми водку или уксус, разведи водой и обтирай. Так делала моя мама, когда я был маленьким. Я постараюсь приехать как можно скорее.

В трубке раздались короткие гудки.

Я растерянно взглянула на экран. Вот так просто приедет и привезет лекарство? И почему я не вспомнила про уксус? Если бы он у меня был, этот уксус!

Напечатала в сообщении название лекарства, и пометила, что водки и уксуса нет.

Влад не ответил.

Дочка засопела и повернулась на бок.

Я снова всунула ей градусник. Тридцать восемь и восемь. Всего на одно деление ниже, но даже это вселяло надежду.

Не зная, куда себя деть, я подошла к окну и принялась ждать.

Через полчаса пришло сообщение от Влада: «Открой мне дверь, я не хочу ее будить».

Я кинулась в прихожую. С души, будто камень упал: я не одна! Есть еще человек, которому небезразлична моя дочь! Пусть он приехал всего на полчаса, но даже это лучше, чем быть одной.

— Как Влада? — с порога поинтересовался Залесский. Его теплая куртка была распахнута, черная рубашка слегка помята и не заправлена в джинсы — было видно, что он торопился. По сердцу разлилось предательское тепло — сейчас, ночью, Влад казался безумно близким и родным в своей небрежности.

— Она спит.

— Возьми водку, ее надо развести с водой. За уксусом ходить было некогда, я купил водку в ларьке у вашего дома.

Я выхватила у него из рук пакет и побежала на кухню готовить раствор.

Влад снял куртку и обувь, прошел в ванную комнату и тщательно вымыл руки.

Когда я вошла в комнату, он сидел рядом с дочкой, точно также, как я полчаса назад, и неотрывно следил за градусником, который всунул ей в подмышку.

Как-то некстати вспомнилось, что я тоже обтирала его похожим раствором несколько лет назад. Тогда жаропонижающего не было, мы хранили его только для больной мамы.

— Тридцать восемь и шесть, — взглянул на градусник Влад. — Давай оботрем. Утром надо будет вызвать врача.

— Да, конечно.

Врача… где же его взять?

— У тебя есть хороший детский врач, Катя? — будто читая мои мысли, внимательно посмотрел на меня Залесский.

Я покачала головой.

— Н-нет. Мы здесь недавно. Влада была оформлена у меня дома. Потом мы поругались с сестрой и мамой, они не смогли с ней поладить. Мне пришлось экстренно забрать дочку сюда.

— Две женщины не смогли поладить с маленьким ребенком?! — Влад недовольно фыркнул.

— Она иногда ведет себя… вызывающе. Это никому не нравится. Наверное, я плохой воспитатель.

— Ладно, разберемся.

Он потянулся за раствором в глубокой тарелке.

— Снимай с нее пижаму.

От прохладных прикосновений салфетки Влада проснулась.

— Нет, не надо! Мне холодно! — хныкала она.

— Надо потерпеть. Совсем чуть-чуть…

— Тебе будет лучше, не брыкайся…

Мы наперебой уговаривали ее не капризничать, и она медленно сдавалась.

Температура начала падать, и вскоре дочка заснула.

— Пару часов можно не волноваться, а потом все начнется сначала, — я укрыла ее одеялом и включила в телефоне таймер. — Через двадцать минут проверю температуру еще раз.

Залесский поднялся, и в моем сердце остро кольнуло разочарование.

— Тебе, наверное, надо ехать? — осторожно поинтересовалась я. И тут же продолжила, безумно опасаясь положительного ответа: — Могу сделать нам чай, если не торопишься…

Мне предательски хотелось, чтобы он остался.

Он посмотрел на меня.

— Нет, не тороплюсь. Сегодня я останусь с вами.

Я даже растерялась от его ответа.

— Но… А как же…

— Никак, Катя. Моя дочь больна, а тебе нужна помощь! Я хочу быть рядом с вами. Так что, просто сделай мне чай.

— Конечно…

В сердце вспыхнула глупая надежда, и я повела его на кухню.

Он сел за стол, а я включила чайник и достала кружки. Нашла в холодильнике паштет и сделала на скорую руку бутерброды. Чувство, что рядом есть кто-то сильнее меня, растекалось приятным теплом в груди, и я волновалась.

— Не суетись ты, я не голоден, — покачал головой Влад.

Я поставила перед ним чашку с чаем, и он вдруг перехватил мою руку. Резко притянул меня к себе и уткнулся лицом в мою грудь.

— Почему ты такая, а? — хрипло прошептал он.

— К-какая? — от неожиданности заикнулась я.

— Вот такая… Красивая, упрямая, притягиваешь, как магнит… Ворвалась в мою жизнь, и все перевернулось с ног на голову! Я же с тех пор, как увидел тебя у Марата, разум потерял. Никогда не думал, что встречу тебя вновь, а встретил! И дочка! Я ведь даже предположить не мог, что у нас с тобой есть дочка!

По коже побежали предательские мурашки от терпкого запаха его кожи, от жаркого дыхания и сильных рук, и я осторожно сглотнула.

— А я до сих пор не могу поверить, что ты живой… — зашептала сбивчиво. — Я ведь видела тогда, как взорвался джип! У меня в тот миг сердце оборвалось… А сколько раз ты мне снился! Я бежала за тобой, бежала по трассе, но никак не могла догнать! Просыпалась и плакала. А тут ребенок…

—Твоя семья… они не приняли тебя с ней, да? — не отрывая лица от моей груди, глухо спросил Влад.

— Не приняли… — я качнула головой и ощутила, как в глазах защипало от слез.

Он поднял голову, и наши глаза встретились.

— Прости меня! Я должен был хотя бы поинтересоваться, что с тобой. Только, боюсь, того Влада, которого ты тогда полюбила, уже нет. Пламя меня не пощадило. Врачи были уверены, что я не выживу…

— Но ты выжил!.. — перебила его я. Коснулась ладонями его колючих скул, и по щекам покатились слезы. — Ты здесь, рядом с нами! Даже не представляешь, как много ты для нас с дочкой значишь! Без тебя мы с ней, как неприкаянные! Нас никто не принимает…

Он притянул меня к себе крепче, зарылся лицом в мою грудь, и я замолчала. Все вокруг перестало иметь значение. Был только он один — мой Влад. Его запах, его сильные руки, стук его сердца. Я стояла и боялась пошевелиться. Боялась, что он выпустит меня из своих объятий, и я снова останусь один на один с этим враждебным миром.

Таймер на телефоне заставил вздрогнуть и отстраниться.

— Пора проверить дочку, — спохватилась я. — А ты пей чай.

— Хорошо.

Он нехотя выпустил меня из своих объятий и придвинул к себе кружку с чаем. Я вытерла слезы и бросилась в комнату.

…Градусник показывал тридцать семь и четыре.

— Мам, я хочу в туалет. И пить хочу, — сонно пробормотала Влада.

— Давай в ванную комнату, а я сейчас налью тебе водички.

Я отправила ее в ванную и налила в кружку воду.

Дочка вернулась из ванной и забралась под одеяло.

Я подняла глаза, и увидела Влада. Он стоял в дверях комнаты и с тревогой посматривал на нас.

— Папа! Ты приехал! — протерла глазки дочка.

— Конечно, приехал!

— А мне всегда надо болеть, чтобы ты приезжал?

— Нет, что ты! Лучше никогда не болей! — испугался он. Подошел к постели и сел рядом с ней.

— Как же тогда? — глотая воду из кружки, не унималась она. — Ты поедешь с нами в Италию?

— Давай не будем загадывать? Закрывай глазки. Тебе надо поспать, чтобы набраться сил.

Он бережно укрыл ее одеялом.

— Но сегодня ты будешь с нами, папа?

— Да, принцесса.

— И утром?

— И утром.

— И мы вместе сядем завтракать?

— Да.

Влада успокоилась и послушно закрыла глазки.

Я нерешительно встала перед ее отцом.

— Если останешься, я постелю тебе в комнате Тани, — чувствуя неловкость, предложила ему.

Он сверкнул взглядом в мою сторону и согласно кивнул.

— Буду благодарен за это.

Я поспешила в соседнюю комнату. Достала свежее белье и начала стелить ему постель. Волновалась. Простынь никак не хотела расправляться, пододеяльник не принимал шерстяное одеяло.

Влад пришел за мной следом.

— А почему уехала твоя подруга, Катя? — прислонившись к стене, поинтересовался он.

Я помрачнела и расправила пододеяльник.

— Артур ее уволил за то, что она без его ведома перевела меня в другое здание.

Он презрительно усмехнулся.

— Артуру хотелось, чтобы ты была рядом?

По коже побежал неприятный холодок, и я пожала плечами.

— Видимо, да. Я собиралась написать заявление об уходе после стрельбы в ресторане, но Таня уговорила меня остаться. Предложила перевести подальше от Артура. А я по своей наивности согласилась. Мне были нужны деньги.

— А теперь? Ты хочешь вернуться к нему работать?

— Нет. Он ударил Таню.

— Ударил?!.. Свою сотрудницу?

— Да. И… я не знаю, как от него отвязаться. Я боюсь его, Влад! Он шантажом заставил меня идти с ним в ресторан, потом это похищение! И он все время мне звонит. Я не знаю, что будет, если он приедет! Артур не слышит слова «нет»!

На мужественном лице Залесского пролегла тень.

Чувствуя себя неловко, я отвернулась к шкафу и достала оттуда запакованную зубную щетку.

— Извини, щетка только маленькая. Я покупала две штуки для Влады, когда перевозила ее сюда.

Он был совсем близко, и я нервничала.

— Завтра я заберу вас отсюда!

— Куда?

— К себе домой. Нечего вам с Владюшей одним здесь делать.

— Это будет неправильно.

Влад посмотрел на меня и усмехнулся.

— А что правильно, Катя? Терпеть приставания неуравновешенного и агрессивного придурка, который может появиться в твоей квартире в любой момент?! Ты не в порядке, дочка болеет! Нет, я ни за что не оставлю вас здесь!

Я нервно сжала пачку с зубной щеткой.

— Мы с дочкой станем для тебя обузой.

— Вы с дочкой моя семья, Катя! Я хочу забрать вас, потому что так будет правильно!

— А что ты скажешь Оле?

Он провел по лицу рукой.

— С Олей я разберусь, не волнуйся.

Я пожала плечами.

— Поговорим об этом утром. Уже поздно, я пойду к дочке. Где ванная комната, ты знаешь. Спокойной ночи.

Я прикрыла дверь в нашу с Владой комнату, прилегла на кровать рядом с ней, и до самого утра не могла сомкнуть глаз. Влад… он был здесь, рядом, за тонкой стеной панельной многоэтажки. Но он был также далек от меня, как и в те дни, когда я бежала за ним в своих снах. Он до сих пор принадлежал другой женщине, и от этого было нестерпимо больно.

К утру между недавним прошлым и еще не наступившим будущим пролегла ровная черта. Проступила прозрачная истина: как бы не сложилось, а дальше мы пойдем вместе.

Об этом говорила легкая, едва заметная улыбка вставшего в дверях нашей комнаты Влада и нежность в его глазах при взгляде на меня и проснувшуюся дочку.

— Ох… Мы все проспали? — я сонно потянулась за градусником.

— Нет, просто я всегда плохо сплю. Давай сюда градусник.

Я протянула ему градусник и отправилась в ванную комнату.

Он так быстро освоился в своей роли отца, что мне оставалось лишь удивляться. Влад измерил дочке температуру, проследил, чтобы она приняла антивирусный препарат и пополоскала горлышко.

Я на скорую руку приготовила гренки, омлет и кофе. Для Влады сделала чай из шиповника и овсяную кашу.

За столом царило оживление. Влада болтала маленькими ножками в тапочках-корги и непрерывно говорила. Боль в горле отступила, и она выглядела немного лучше, чем накануне.

— Поедем жить ко мне? — испытующе посмотрел на нее Залесский.

— К тебе? — маленькие глазки распахнулись от удивления.

— А почему нет? Ты ведь хотела, чтобы мы жили вместе?

Я вздохнула. Как бы там ни было, а мне казалось опрометчивым его решение перевезти нас в свой дом.

— Катя, не вздыхай так! Сейчас позавтракаем, и я помогу тебе собрать вещи.

— А что ты скажешь Оле? — сорвался с губ едкий вопрос. — Как ты объяснишь ей наше присутствие?

— Кто тебе сказал, что Оля нужна мне больше, чем вы с дочкой?

Резкий стук в дверь прервал наш разговор. Я вздрогнула. Тут же вспомнилось обещание Артура приехать утром. Неужели он решил явиться без предупреждения?

— Вы ждете гостей? — приподнял бровь Влад.

— Н-нет… — я побледнела.

Взгляд карих глаз стал тяжелым.

— Дай угадаю. Твой босс решил приехать в гости без предупреждения? — холодно усмехнулся он.

Я вздрогнула.

— Артур непредсказуем!

— Напротив, слишком предсказуем. Пойдешь и откроешь?

— Нет!

— Хорошо. Тогда открою я.

— Влад!.. Не стоит!

Он сверкнул уверенным взглядом и усмехнулся.

— Я не боюсь Артура, Катенька. И Артур это знает.

Я уткнулась в тарелку и вдруг поняла, что у меня дрожат руки.

Что сделает Артур, если увидит Влада в моей квартире рано утром?

«Ничего хорошего из этого точно не выйдет…»

Залесский поднялся из-за стола и пошел открывать. В приоткрытую кухонную дверь мне было видно изумление на лице Артура и ленивую уверенность хищника, сквозившую в позе Влада.

— Ты?!.. Что ты здесь забыл, Залесский?!

— А ты, Артур? Что забыл здесь ты? — Влад, будто отчеканивал каждое слово. Четко, медленно. Никакой спешки.

А вот Артура, судя по всему, шокировало появление на пороге моей квартиры другого мужчины. Он растерялся, и это чувствовалось.

— Где… где Катя?

— Катя здесь больше не живет. Для тебя точно. Забирай букет и проваливай.

— Что ты делаешь в ее квартире?!

— Тебя это никак не касается.

— Это ты так решил?!.. — Артур несколько мгновений рассматривал лицо соперника. Крупные ноздри раздувались, выдавая едва сдерживаемую ярость.

— Да, я так решил. — Спокойно ответил Залесский. — Поэтому забудь сюда дорогу по-хорошему! Катя не твоя, и твоей никогда не будет.

— Немедленно позови Катерину! Или ты снова держишь ее в заложницах?!

— Катя больше к тебе не выйдет, Артур! Забудь ее!

— Вот как значит, да?!

Козырев презрительно усмехнулся, провел ладонью по подбородку и вдруг бросился на Влада.

Что-то громыхнуло, зазвенело.

Я вздрогнула. Вилка в моей руке звонко стукнула о тарелку.

Дочка сидела на своем стуле, широко распахнув глаза от страха, и не шевелилась.

Козырев не успел ответить, как Влад с силой вытолкнул его обратно на лестничную клетку. На несколько мгновений мы потеряли их из вида.

От ужаса я даже не могла дышать.

"Только бы у Артура не было ножа или пистолета! Только бы не было…" повторяла про себя, будто молитву.

Пара мгновений — и Влад шумно захлопнул дверь.

Он вернулся к нам на кухню, и меня наконец отпустило.

— Больше никаких с ним контактов, Катя! — подсаживаясь к нам за стол, приказал он. В карих глазах пылала ярость.

— В фирме остались мои документы… Как я теперь буду работать?.. — пытаясь унять дрожь во всем теле, жалко прошептала я.

— Доктор же сказал: никакой работы! После завтрака я заберу вас отсюда. До тех пор, пока ты не восстановишь руку, ни о какой работе не может идти речи.

— Но… как мы будем жить дальше?

— Теперь о вас заботиться буду я.

— Я не привыкла, чтобы обо мне заботились…

Влад пожал плечами.

— Тебе придется привыкнуть!

И принялся за остывший омлет с гренками.

Мне же кусок не шел в горло. Пытаясь успокоиться, я поднялась из-за стола и подошла к окну.

Артур вышел из подъезда, со злостью швырнул испорченный букет роз в мусорный контейнер и хлопнул дверцей своей дорогой иномарки. Всего мгновение — и машина сорвалась с места, нарушая все возможные правила.

Меня сковал страх. Бежать из квартиры как можно скорее — единственное спасение для меня и дочки. Теперь, когда Артур застал Влада в моей квартире, другого выхода нет.