Глава 30

Ксюша скрылась за дверью больничной палаты, а я остался один на один с давним врагом семьи. Смотря на него в ту минуту, я осознал, насколько жалким может быть человек, потеряв совершенно все. Он проиграл, но я не чувствовал долгожданного удовлетворения.

— Не совершай глупостей, Мурат, — сказал, наблюдая за его взвинченным состоянием. — Не пытайся навредить собственной семье.

— Ксюша больше не часть семьи, — зло огрызнулся он.

— А ее мать? Ты хочешь рассказать правду, тем самым заставив нервничать и переживать о единственном ребенке.

Мне не было плевать. Я не хотел, чтобы Ксюша страдала, чтобы она плакала и ненавидела меня еще больше.

— Ты ведь так и не смог отказаться от своего сына-наркомана, — я без промедления напомнил, что его чадо тоже не идеально.

Мурат развернулся ко мне лицом. Его движения были тяжелыми, заторможенными из-за трости и, скорее всего, пронзительной боли.

— Будь ты проклят, Байдаури! — Сжав челюсти и бросив печальный взгляд на дверь, он, хромая, поплелся на выход.

Его слова о проклятии повеселили. Мурат думал, что все случившееся с ним – моя вина, но это просто бумеранг. Я не подсовывал наркотики его сыну, не заставлял жену воровать. Да, я натравил на него множество проверок, и я же собирался остановить их. Не ему меня судить, и не после всего, что случилось между нашими семьями.

Ксюша вернулась спустя полчаса. Она удивленно осмотрела коридор и, кажется, обрадовалась уходу своего дяди.

— Мурат ушел, сказал, что не может лгать сестре, — не стал говорить всю правду. Подошел ближе, хотел обнять, но вспомнил о нашем уговоре. Ксюша не смотрела на меня как на мужчину, скорее как на помеху. — Если ты закончила, нам пора ехать, мы немного опаздываем. — Ее холодный взгляд раздражал.

— Куда? — Она напряглась и обхватила свои плечи руками.

— Сюрприз. — Слегка улыбнулся и повел жену на выход.

Я согласился на все условия Ксюши, но это не значит, что я сдался. Я выполнил свою часть сделки, переехал в другую спальню, перестал соблазнять ее, но теперь Ксюша обязана выполнять свою часть уговора.

На самом деле у меня было целых два сюрприза, но я не спешил раскрывать карты. В первую точку ехать всего пару минут. Ювелирный центр, в котором заказал обручальные кольца, всего в паре кварталов от больницы.

Я внимательно следил за реакцией супруги, когда мы остановились возле вывески в форме большого бриллианта. Ксюша никак не выдавала своих эмоций, она безразлично реагировала на все происходящее ровно до той минуты, пока перед ней не поставили коробочку с парой колец. Украшения обошлись в кругленькую сумму, но их не успели изготовить к свадьбе.

— Что это? — Ксюша посмотрела на кольца и перевела удивленный взгляд на меня.

— А на что похоже? — усмехнулся.

Взяв кольцо, которое предназначалось для женского пальчика, надел на нежную ручку жены. Село как влитое, хотя я не был уверен в размере.

— Тебе нравится? — Большим пальцем погладил тыльную сторону ее ладошки.

Вместо ответа Ксюша закатила глаза. В принципе, я начинал привыкать к такой реакции. Привык к сопротивлению и к тому, что мне досталась непростая девушка. На ее месте любая другая визжала бы от радости, увидев такое количество бриллиантов, но только не моя жена. Не думал, что будет так сложно угодить.

— Вам очень идет это колечко, — вставила свое слово помощница ювелира.

— Спасибо. — Ксюша натянуто улыбнулась.

Она посмотрела на второе кольцо и нехотя надела на мой палец. Я заметил, как дрожали ее руки в этот момент. В небесных глазах собрались слезы, но далеко не от радости. Мне убивал этот взгляд, наполненный отчаяньем. Оставалось надеяться, что второй сюрприз понравится ей намного больше.

— Идем. — Разочарованно поджав губы, отправился на выход.

Ксюша повиновалась, словно кукла-марионетка, и мне это не нравилось. Я хотел видеть реальные эмоции, пусть это будет злость, ненависть, но они были бы настоящими.

Всю дорогу к месту второго сюрприза Ксюша ерзала на сиденье и прокручивала кольцо на пальце. Она озиралась по сторонам и заметно паниковала, когда мы покидали город. На половине пути она не выдержала и поинтересовалась:

— Куда мы едем?

— Я же говорил, сюрприз. — Я попытался улыбнуться, но встретил очередную стену.

Не успел ответить, как Ксюша снова отвернулась к окну, она не смотрела на меня, будто я был противен. Будь ее воля, она бы выпрыгнула из машины на полном ходу. От этой мысли стало не по себе, и на всякий случай я заблокировал двери. Я надеялся, что она не станет делать глупостей. Не такой уж я и ужасный муж. Было необходимо, чтобы она поняла это и перестала смотреть на меня как на монстра.

Эта мысль посетила меня ночью, и я не придумал ничего лучше, чем совместный отдых. У одного знакомого был отличный отель, если быть точнее, это небольшие домики с бассейнами и джакузи, но главное — это вид на зеленые горы. Пару раз я бывал там, место невероятно красивое. Ехать неблизко, сеть там практически не ловит, если выходить за пределы домика.

— Ксю, перестань дуться, я не сделал тебе ничего плохого, — ехать оставалось пару километров, я решил разговорить строптивую женушку.

— Ничего плохого? — взвилась Ксю. — Ты сейчас серьезно или память отшибло? — она кричала, щеки раскраснелись от гнева. Если бы я не вел машину, она бы точно набросилась на меня с кулаками.

— Я абсолютно серьезен, — кивнул я, поворачивая руль, съезжая на проселочную дорогу. — Я не насильник, у тебя полная свобода действий, огромный дом, я согласился на все твои условия и пытаюсь наладить контакт, причем не силой и угрозами. Разве я настолько плох, что ты не хочешь хотя бы попытаться?

Ксюша гневно пыхтела, кусала пухлые губы, но молчала. Тишина угнетала, я хотел услышать ответ.

— Зачем? Все ради мести? Тебе самому не надоело? — Она шумно втягивала воздух, широко раздувая ноздри, и выглядела в этот момент очень смешно.

— Дело не в мести. — Я остановил автомобиль, хотя мы еще не добрались до коттеджей. — Ты мне понравилась, не сразу, но мне нравишься ты и твой живой характер. — Ксюша усмехнулась и сложила руки под грудью: не поверила. — Хорошо, предлагаю тебе новую сделку.

— Какую?

— Если через год ты не изменишь свое мнение, то мы разведемся, я оставлю тебя и твою семью в покое. — Я не собирался этого делать, но нужно было дать Ксюше почувствовать свободу.

Она должна была перестать видеть во мне врага и прятаться в коконе из обид и злости.

— Ты серьезно? Так просто? — В ее глазах промелькнул огонек надежды.

— Да, так просто, — кивнул, — но ты перестанешь сопротивляться, мы будем ходить на свидания, будешь принимать подарки, и мы будем проводить очень много времени вместе, а еще ты позволишь целовать себя, на большее пока не претендую. Согласна? — Я не отводил от нее глаз.

Ксюша сомневалась. Она была смущена и в то же время злилась, а я видел, что уже почти победил.

— Согласна. — Она отвела взгляд, но я не позволил отвернуться.

Наклонившись, быстро обхватил ее лицо ладонями и прижался к манящим губам. Ксюша не ожидала этого, охнула и позволила углубить поцелуй. Не стал испытывать судьбу и, пока не получил пощечину, быстро отпрянул. Короткий миг, я даже не успел распробовать ее на вкус и насладиться процессом.

— Считай, мы закрепили сделку. — Наверное, улыбался как дурак, но я давно не чувствовал себя так хорошо. Было плевать на все, я не собирался отпускать ее ни через год, ни через двадцать лет.