9. Остров Забвения

Утро прошло для меня уже привычно, когда после сладкого пробуждения, мы с Кайем позавтракали вместе, а потом он ушел.

Вскоре пришла княжна Агни в сопровождении охранника огромного бородатого детины в кожаных штанах, с торсом, частично зарытым металлическими пластинами, которые держались на ремешках по типу легких доспехов древних народов Земли, и огромной мачетой болтающейся на бедре.

— Дария, ты собралась? — и, поглядывая на Ирэн, добавила. — На отдых на побережье…

— Конечно, у меня все готово, — и тоже виновато глянула на служанку.

— Тогда одевайся и пошли.

— Госпожа, а я? Я еду с вами? — обескуражено спросила Ирэн.

— Нет, Ирэн, прости, но я еду одна.

— Там полный дом служанок, свою брать не нужного, — поддержала меня княжна.

Я ушла в ванную, одела подготовленные брюки с рубахой и удобные туфли, а выходя, подхватила из гардеробной собранную сумку.

— Это как раз то, что нужно, удобно и очень хорошо на тебе смотрится, — оценила мой наряд княжна.

Я подошла к Ирэн, обняла ее и вышла, оставив в комнате одинокой и растерянной. Мне было неприятно бросать подругу в неведении, но выбора не было, она могла помешать.

Мы троицей шли переходами и коридорами, затем вышли на задний двор, а оттуда в карете выехали из дворца.

— Это твой страж Римен.

— Римен, эта Дария иномирянка и будущая связующая моих сыновей. Проявляй к ней уважение и береги ее как себя, — напутствовала его княжна Агни.

Выехали через задние вороты, которые вели в чащу леса и поехали по узкой извилистой дороге вверх по слону, через некоторое время наша карета остановились у храма Мироздания. На пороге здания нас встречал уже знакомый мне пожилой мужчина в белой одежде. Святитель Оман ни чуть не удивился таким визитерам, поклонился княжне и проводил нашу процессию в специальный зал, где в центре лежал обычный сколоченный из досок деревянный ящик.

— Пока никого нет, забирайтесь внутрь и лежите тихо, — сказала ее величество.

Мы так и сделали. Легли, а сверху нас закрыли крышкой. Внутри хоть было и тесновато, но дискомфорта или страха я не испытывала. Лежать, прижавшись к боку громилы и подложив свою сумку под голову было удобно, да так, что я быстро уснула (то ли действительно лежали долго, то ли бессонные ночи сказались).

В общем, как попала на остров не знаю, потому что путь туда я бессовестно проспала, проснулась от легкого удара о землю. Римен тут же выбил крышку ящика, вылез сам и помог выбраться мне.

Нас закинули на верхнее плато небольшой горной возвышенности, а внизу открывался шикарный вид на остров и океан. Природа острова поражала буйством красок и пышностью зелени, которая произрастала на каменистой земле. У нас на Земле это место было бы первоклассным морским курортом, а здесь всего лишь Остров Забвения, как расточительно и не справедливо определили этому месту роль проклятой земли.

Мы с Рименом начали медленный спуск по узкой каменистой тропе. Прошло не так много времени как наткнулись на первый обезображенный труп несчастного существа. Пустые глазницы его смотрели в небо будто в мольбе, а вот конечности отсутствовали, это немного шокировало, потому что либо на острове процветает каннибализм, либо хищники, и то и другое для нас опасность.

Вид обезображенного трупа лежащего среди красоты окружающей нас природы, где огромные цветы распускались над головой, птицы пели на все голоса свои песни, а насекомые жужжали и стрекотали, наводил на мысли о бренности бытия. Вот живешь себе, стремишься к чему-то, строишь планы, а в итоге все равно тело твое предастся земле и на ней также бесконечно будут расти трава, деревья, цветы, насекомые будут жужжать над ними, а птицы вить свои гнезда и только тебя не будет.

Из философских рассуждений меня выдернул мой провожающий, который предложил вначале найти убежище на ночь. Так как остров состоял в основном из невысоких гор, мы стали искать подходящую пещеру. Она нам встретилась как раз за следующим поворотом. Римен предусмотрительно зашел в нее первым, вооружившись магическим фонарем. Мне снаружи только послышался крик и неприятный звук хруста костей, потом вышел мой телохранитель, волоча за ногу, как поломанную куклу, очередное тело чудовища. Как бы противно не было, но мне пришлось первым делом заняться уборкой и подготовкой места для ночлега. Для этого я собрала старую подстилку из травы и листьев, которую, видимо, использовал прежний жилец и выложила заново камни кругом для очага, а Римен принес новой травы и сухих веток. Несмотря на то, что было обеденное время, голода мы не испытывали, поэтому поставив магический заслон у входа в уже нашу пещеру, налегке, отправились дальше исследовать остров. Долго идти до встречи со следующим монстром нам не пришлось, потому как на нашу тропинку выскочило нечто в лохмотьях с одним крылом, руками с когтями и, оскалив острые зубы, оно бросилось на меня. Рамен среагировал оперативно и профессионально: схватил чудовище за голову и перерезал ему горло, из обрубка фонтаном начала бить кровь. Я как большинство жителей Земли не привыкла видеть убийства и их последствия, поэтому закономерно, что от такого зрелища меня стошнило.

— Госпожа, ну что же вы? Слабенькая, — то ли спросил, то ли констатировал факт Римен. Вообще Римен был молчуном, за все время он не сказал и десяти слов.

Отбросив труп, мы продолжили путь дальше. Прошли уже, наверное, больше половины острова, когда почувствовали тошнотворный запах человеческих нечистот и разложения плоти, а пройдя чуть дальше набрели на подобие поселения. По знаку Римена мы затаились за большим валуном и начали наблюдать. По кругу небольшой поляны из веток и бревен были сложены несколько шалашей, в центре поляны выложено костровище, вдалеке, на границе с лесом стоял столб, к которому была привязана крылатая сущность. Светлая голова с длинными прямыми рогами безвольно повисла на груди, некогда мощные огненные крылья рваными тряпками свисали вдоль тела, запекшаяся кровь была видна по всему обнаженному торсу. Сердце защемило от увиденного. Римен тоже узнал Тайленда, а потом знаком показал уходить.

Пока двигались в сторону нашей пещеры, на остров неожиданно опустилась ночь и все наполнилось новыми звуками. Если при свете дня, остров походил на райский сад с птицами и цветами, то с приходом ночи округу огласили визги, рыки, крики, стоны и другие страшные звуки. Мы вовремя добрались до пещеры, вновь активировали магический заслон и неспешно поужинали имеющимися припасами, затем развели костер для обогрева и начали продумывать план спасения княжича.

По всему выходило, что выдвигаться нужно днем, когда большинство чудищ спит, потом необходимо снять Тайя со столба, но связать его для нашей безопасности, затем мы должны будем принести его в пещеру и попытаться вернуть в сознание, если пробудить сознание княжича не получится, то придется плыть с ним связанным. Так, наметив план действий, мы разлеглись спать.

Но, как обычно бывает, закон подлости никто не отменял, потому что спокойно уснув на подстилки из травы и даже увидев какой-то сон, не поняла, когда этот сон сменился моим кошмаром. На этот раз пришедшие Игорь с Ириной ругались на меня вместе и это был истерический крик обезумевших людей, от их привычного облика почти ничего не осталось. Их состояние ввергло меня в животный ужас, паника накатила с такой силой, что думала сердце мое не выдержит частого темпа и остановится. Прекратилось все резко, как только меня выдернул из сна легкий удар по щеке. Это Римен хлестанул, чтобы разбудить.

— Кошмар? Прости, но не смог по другому тебя разбудить, — как всегда немногословно и без эмоционально сказал Римен.

— Спасибо, да, привет из моего прошлого, — успокаиваясь сказала я. Больше уснуть я не смогла, лежала и пялилась в темный потолок, вслушивалась в страшные ночные звуки снаружи. Когда вход в пещеру посветлел и оттуда полились солнечные лучи, крики чудовищ прекратились. Мы с Рименом вновь позавтракали всухомятку и собрались на выход.

Как и вчера Тай стоял или вернее висел удерживаемый веревками на столбе и только издаваемые им рычание вперемешку со стонами говорили о том, что он еще жив.

Мы, как шпионы медленно и как можно незаметнее обогнули эту поляну и со стороны леса подошли к столбу. Выйдя из кромки густой зелени Римен крадучись подошел к столбу и начал разрезать веревки, которыми удерживался княжич, но удача, как видимо, прошла мимо нас стороной, потому что из недалеко стоящих шалашей начали выходить страшилища в разных формах трансформации и довольно стремительно бросились к Римену. Завязался бой, сначала Римен пытался их одолеть в человеческом виде, но поняв, что теряет позиции трансформировался в боевую и продолжил сражение. Зрелище было не для слабонервных, но ожидаемо я как раз оказалась слабонервной.

Не секрет, что наши физические возможности сдерживает наш же мозг, но когда он при стрессе он не успевает сработать и тогда человек способен сделать ранее невозможные для себя вещи, что-то сверх своих способностей или, когда мозг безумствует, человек тоже становится гораздо сильнее и быстрее чем в обычном состоянии. И вот смотрю я на этих изуродованных существ и понимаю по их безумным глазам, что кажущаяся немощность только видимость.

Когда Римен, сражаясь, разбрасывал их по разным сторонам, я пряталась за большим кустом с огромными листьями и с широко открытыми глаза от ужаса молчала, потому что зажала рот ладонью, но когда он откинул одного растерзанного в мою сторону, я завизжала так, что из леса взлетели птицы. Римен отвлекся на меня и это оказалось для него фатальным, потому что прыгнувшее сзади существо просто перегрызло ему горло. Глаза моего телохранителя закатились и он рухнул в пыльную землю, а меня схватил кто-то за руки и вывел на середину поляны.

— Мой трофей! Это мой трофей! — орало худое безобразное существо и перехватив за волосы потащил меня в свой шалаш. Этот тощий, безволосый и сгорбленный дикарь, в одних истлевших штанах пытался ухватить за грудь и ягодицы. Я от страха визжала и упиралась, колотила кулаками и лягалась ногами, но существо все же доволокло меня до хижины и втолкнула внутрь.

Он безумным взглядом оглядел меня и, сделав какие-то свои выводы, с такой же обезумевшей улыбкой-оскалом прорычал:

— Моя, девка моя! — и двинулся на меня.

Меня охватило отчаяние и ужас. И страх был не за себя, а оттого, что у меня ничего не получилось, что из-за меня опять пострадают люди, которые меня любят, отчего я не сдержалась и разревелась:

— Нет, не подходи, — выставив руки перед собой, плакала я. — Нет, пожалуйста, не подходи, — рыдала я, отходя внутрь шалаша.

То ли урод не любил женских слез, то ли жалостливым оказался, но наступать он перестал, остановился и молча смотрел. Мне даже показалось, что в глазах промелькнуло сознание. Но моя надежда на сочувствие и нормальное отношение угасла, когда он вновь схватил меня за волосы и теперь стал наоборот выводить из жилища. Он подвел меня к Тайю и стал привязывать к стоящему рядом с ним столбу.

— Постоишь, подумаешь над своими перспективами и как будешь готова позовешь, — хихикая приговаривало существо, привязывая меня напротив Тайя. — Долго не думай, потому что долго я остальных сдерживать не смогу и солнце сильно жарит, — и уходя, уже говорил сам себе, — Не испортилась бы. Жаль будет если испортится.

И вот стою я и думаю: — «Как я оказалась в таком положение? Что будет со мной дальше? Что будет с Кайем если я погибну?» Но мысль о смерти меня не страшила, больше переживала за Кайя.

Солнце нещадно палило, пот стекал в три ручья, но перспектива стать подружкой главаря не прельщала. Перефразируя русскую поговорку «уж лучше погибнуть стоя, чем умереть на коленях», а то, что умереть придется в обоих случаях, не подвергалось сомнению.

От горьких мыслей отвлек стон Тайя.

— Тай, миленький, приди в себя, — взмолилась я. Мне казалось, что если он придет в сознание, то вдвоем будет умирать не так страшно.

— Тай, пожалуйста, услышь меня, Тайюшка, солнышко мое, услышь, это твоя никчемная человечка. Тай, мне так страшно, — уже не смотря на него плакала я, пока не услышала:

— Так меня еще никто не называл, — говорила магическая сущность Тайленда низким рокочущим голосом. — Что ты здесь делаешь?

Радости моей не было предела, сразу стало спокойней, теперь я осознала, что мы точно выберемся.

— Спасать тебя приехала.

— Ты спасать? Зачем? Меня не нужно спасать, я хочу умереть и его убить, — обреченно ответил магический ЯТай.

— Не нужно умирать и никого убивать не нужно. Тай за тебя очень волнуются и переживают Кай и матушка.

— И поэтому прислали тебя? — скептически спросил он.

— Нет, я сама. Тай послушай, мы все делаем ошибки, все можем совершать плохие поступки, но это не причина, чтобы умирать. Есть много способов исправить ситуацию без сведения счетов с жизнью. Ведь этим ты накажешь не сколько себя, сколько своих родных, которые тебя любят. И любят всяким и хорошим, и плохим. У всех есть свои недостатки, — попыталась я подключить психологические технологии. Но из всего моего монолога он услышал только одно.

— А ты, ты тоже любишь меня? — с надеждой спросил магический двойник.

— Любовь не появляется внезапно, мы с тобой совсем незнакомы, чтобы я тебя успела полюбить, но если ты захочешь, то и я со временем тебя смогу полюбить.

— Ты любишь Кайя? И он тебя тоже? — проявил интерес ЯТай.

— Да я его люблю, я их обоих люблю и они меня тоже, только поэтому я здесь. Ты должен понимать, что вы братья, поэтому сильно связаны и Кай очень переживает, только пытается тщательно скрывать.

— А как же мой поступок? Ты забыла и простила?

— Не забыла и пока не простила, но с прощением мы разберемся позже, главное, что ты сам осознал, как низко поступил. А если ты нас спасешь из этого острова, то мое прощение получить будет намного проще, — сделала намек я. И, не давая ему времени на раздумья добавила: — Нож у меня в кармане брюк, достанешь хвостом?

— Хвост для этого не предназначен, но я смогу, — ответил княжич уже другим голосом. ЯТай подернулся легкой дымкой и вот у столба уже стоит княжич в человеческом обличии. Веревки, которыми была привязана его магическая сущность ослабли и он смог вытянуть руку, дотянуться и достать нож, потом ловко перерезал свои веревки и помог высвободиться мне. Затем вновь перевоплотился, подхватил меня в объятия и взмыл в небо. Летели мы не долго, но я успела насладиться дурманящим меня запахом нагретой на солнце древесины и бергамота, которые исходили от ЯТайя. По моему у меня появился фетиш — это запахи братьев, которые вызывают у меня неконтролируемое сексуальное влечение.

— Есть варианты как покинуть остров? — меж тем спросил ЯТай.

— Над островом накрыт купол, поэтому по воздуху никак, — развеяв розовый туман, сказала я. — Но можно попытаться по воде.

— Я не умею плавать, по воде не получиться, — сделал выводы ЯТай.

— Я умею, поэтому буду плыть за двоих, тебе главное расслабиться и мне не мешать, но сначала нужно определить направление. Сможешь показать в какой стороне Греяда?

Мы без происшествий долетели до берега, Тай сменил облик и указал куда плыть.

— Слушай внимательно: мы сейчас зайдём в воду поглубже и ты ляжешь на воду на спину и расслабишься, — я решила тащить его как утопающего, держа за подбородок, так нас учили на занятиях по дайвингу. — Я возьму тебя за голову, буду держать ее над водой и потащу, только не бойся, не паникуй и ни в коем случае не переворачивайся на живот и, пожалуйста, не цепляйся за меня, иначе потонем вместе. Сможешь?

— Постараюсь, — с решительностью ответил он, хотя в глазах стоял страх.

Мы зашли по грудь в воду, он перевернулся и лег на спину.

— Вот видишь, это не сложно, просто лежи и ничего не бойся, — я ладонью взялась за его подбородок и поплыла.

Почувствовав, что мы поплыли, он было дернулся, чтобы перевернуться, но я вовремя смогла его успокоить:

— Тш, тш, тихо, тихо, все хорошо, — я подплыла под него, тоже легла спиной на воду и положила его голову себе на грудь, — Я тут, я не бросила, мы вместе. Ты можешь мне немного помочь, если будешь двигать ногами как я вверх-вниз, чувствуешь? — он уловил и начал делать также. — У тебя очень хорошо получается, ты молодец, — начала подбадривать его я.

— Ты со мной разговариваешь как с ребёнком. Ты, наверное, любишь детей? — спросил меня Тай.

— Об этом я еще не задумывалась, — ответила я.

— Ты оказалась лучше, чем я о тебе думал. Не знаю доплывем мы или нет, но лучше я сейчас попрошу у тебя прощения. Дария, прости меня за мой поступок, за мой эгоизм, за желание сделать тебя другой, — он еще что-то хотел сказать, но я перебила. Не то сейчас время, чтобы чувства свои изливать, нужно сосредоточиться и беречь силы.

— Давай ты попросишь прощения уже на берегу. Знаешь, под действием обстоятельств люди имеют свойство иногда меняться. На Земле я была совсем другим человеком, я все больше убеждаюсь, что была похожа на вас с Кайем. Я была обеспечена, очень привлекательна и тоже эгоистична, всегда стремилась добиваться того чего хочу, не обращая внимания на интересы других, — мы медленно плыли и беседовали. — И ты, наверное, не поверишь, но из-за моей самовлюбленности и чувства превосходства погибла беременная женщина и покончил с жизнью молодой человек.

— Не может быть, — усомнился в моих словах Тай. — Но в любом случае это было в другой жизни и, как ты уже сказала, «людям свойственно меняться», я верю, что ты изменилась и уже не та.

Мы уже так далеко отплыли от берега, что остров еле виднелся на горизонте, а противоположный берег еще не показался. Море начало волноваться. Сначала я заметила, что волны стали больше, потом поднялся ветер и небо затянули черные тучи, готовые пролиться дождем.

— Тай, погода ухудшается, начинается шторм, нам нужно будет постараться удержаться на плаву, — говорю, его успокаивая, а саму страх пронизывает насквозь. Как самой не утонуть и не дать утонуть другому? — А ты не сможешь трансформироваться и взлететь?

— Прости Дария, но взлететь с воды не смогу. Не знаю, что будет дальше, но спасибо тебе за все, что ты для меня и брата сделала, спасибо, что не побоялась и отправилась меня спасать и еще раз прости за то, что сделал с тобой, — взволнованно говорил он и, подняв голову еще выше, заглядывал мне в глаза.

Не успел он это проговорить как начался настоящий Армагеддон.

Волны поднимались высоко над головой и обрушивались на нас со всей своей мощью, заливая глаза и рот водой, то поднимали нас на гребень, то со всей силы бросали глубоко вниз.