Глава 3. Начмед

Видимо, заметив мое приближение, дамы подозрительно замолкают.

– Не знал, что тут есть курилка, – присаживаюсь на лавочку напротив них. – Ваши огоньки подсказали. Хорошо, что мне, а не снайперу. В кулачок сигареты прячьте.

– А вы за нас не переживайте, – хмыкает Виктория Викторовна, демонстративно затягиваясь и выпуская густую струю дыма в воздух. Огонек на секунду освещает ее лицо, но разглядеть детали не удается. – Нас тут хорошо охраняют. Но если боитесь, можете курить в сортире.

– М-м-м, – задумчиво поджимаю губы. – А где у вас тут сидит начальник госпиталя?

– Он спит уже явно. Завтра на планерке пожалуетесь, – устало жалит меня Виктория, протяжно зевая. – Как раз новый начмед приедет.

– Тоже верно, – встаю и кидаю бычок в жестяную банку. – Подскажете, где тут мужские палатки?

– Да вон там, – показывает рукой направление Ира. – Первые четыре – офицерские, дальше женские, потом солдатские.

– Спасибо, Ирина, – киваю и ухожу.

– Он что, всё слышал? – доносится мне вслед ее ошарашенный шепот.

– И за «пальцы» спасибо тоже, – бросаю с усмешкой, не сбавляя шага, и ее голос мгновенно смолкает.

Передвигаться в кромешной темноте непривычно. Иду аккуратно, чтобы не растянуться в грязи на радость Виктории Викторовне. Возле одной из палаток, видимо, командирской, стоит вооруженный боец.

– Подполковник Баталов, ваш новый начмед, – тихо представляюсь, подойдя к нему. – Где моя палатка?

– Здравия желаю, товарищ подполковник! – он салютует и кивком указывает на соседний полог.

Внутри тускло горит дежурная лампочка. Осматриваюсь: умывальник, вешалки для одежды, стол со стулом, железная печка и четыре армейские койки. Одна из них занята чужими вещами, три остальные пустуют и аккуратно заправлены. Выбираю дальнюю от входа, потому что люблю уединение. Я слишком много лет живу один, и перспектива делить пространство с храпящими соседями меня, мягко говоря, угнетает, но выбирать не приходится. И я тихо радуюсь, что пока что я здесь один.

Кинув баул на пол, достаю чистое белье и, стянув пропахшую потом футболку, подхожу к рукомойнику. Вспенив в руках кусок солдатского мыла, вдыхаю его легкий аромат и быстро намыливаю шею, грудь и подмышки. Надеюсь, завтра мне удастся принять полноценный душ, а пока придется обойтись так.

Закончив с водными процедурами, падаю на жесткую койку. Кажется, что после такого адреналина долго не засну на новом месте, но вырубаюсь, едва голова касается подушки.

Снится вертолет. Мы всё время то попадаем в какие-то воздушные ямы, то летим зигзагами, едва не цепляя брюхом землю. И когда я, не выдержав, заглядываю в кабину, то обнаруживаю, что пилот – моя недавняя знакомая, Виктория Викторовна. Она отвлекается, бросая штурвал, и мы резко пикируем вниз.

Подскакиваю на кровати и ошалело оглядываюсь. В палатке царит полумрак. За маленьким оконцем – утреннее небо, затянутое серыми дождевыми облаками. Сердце колотится как бешеное. Стираю холодный пот со лба и, переведя дыхание, встаю.

Часы показывают пять утра.

Умывшись холодной водой, беру полотенце, сменное белье и выхожу на улицу. В лагере пока еще тихо и безлюдно. Солдат возле соседней палатки молча косится на меня и прикладывает руку к козырьку.

– Вольно, – подхожу к нему. – Душ где у вас?

– Для офицеров вон там, – он показывает на деревянное строение чуть поодаль. – Но топить будут только через час.

– Спасибо.

Приняв освежающий душ и гладко побрившись, возвращаюсь обратно, чувствуя себя гораздо бодрее. Достаю телефон и отвечаю на взволнованные сообщения своих девочек из госпиталя. Вчера вечер закончился так активно, что я даже не вспомнил про обещание отписаться о прибытии.

Отложив мобильный, незаметно вырубаюсь снова.

– Товарищ подполковник, – доносится сквозь дрему.

– А? – открываю глаза и рывком сажусь.

На пороге мнется незнакомый боец.

– Совещание в штабе через десять минут.

– Иду, – встаю с кровати и озираюсь в поисках кепки. – Покажешь дорогу?

Штаб находится в блиндаже.

Спускаюсь по укрепленной деревянными балками лестнице под землю и попадаю в просторное помещение со столом в центре и лавками, на которых уже сидят люди. Пахнет сырой землей, как в подполе бабушкиного дома, и терпкой смесью запахов парфюма и пота. Хочется поморщиться. Хирурги по натуре обычно люди не брезгливые, но я, скорее, исключение.

– Здравствуйте, – прохожу к столу и сразу натыкаюсь взглядом на женщину. Она сидит, не сразу заметная среди высоких, крепких мужских фигур, но по одному только упрямому взгляду я понимаю – моя.

Виктория Викторовна. Взлохмаченная, с огромными кругами под глазами и стеклянными от недосыпа зрачками.

Все встают.

– Все в сборе? – отвлекает меня густой баритон, доносящийся из-за спины.

Оборачиваюсь и бросаю взгляд на погоны вошедшего мужчины. Полковник. Значит, это и есть начальник госпиталя. Он тормозит возле меня и тоже сканирует звезды на моих плечах.

– О, я так понимаю, Юрий Сергеевич? – он широко улыбается и тянет руку. – Вы же вчера приехали? Почему не зашли?

– Он самый, – крепко пожимаю его ладонь и получаю отеческий хлопок по плечу. – Меня сразу погрузили в работу, некогда было.

– Тепло приняли хоть? – с усмешкой разглядывает он меня.

– Очень, – искренне улыбаюсь в ответ. – Теплее приема нигде не было.

– Итак, товарищи офицеры, – радостно громыхает полковник, проходя во главу стола, – у нас, наконец-то, пополнение. Сами представитесь? – поворачивается ко мне.

– Да, с удовольствием, – останавливаюсь рядом с ним, медленно обводя взглядом присутствующих и притормаживая на Виктории, которая подозрительно косится на меня исподлобья. – Я – подполковник Баталов Юрий Сергеевич. Ваш новый начмед.