Эпилог.

Спустя почти год.

Южное лето было в разгаре. Солнце старалось вовсю, иссушая землю, но в саду, опутанном виноградной лозой, было хорошо. Жизнь снова имела смысл, Вика вышла замуж за Андрея, тихо, без пафоса, без гостей, но весь посёлок не уставал их поздравлять. Многие знали их с детства и радовались, что те вернулись в родные края, оно и правильно, где родился, там и пригодился. До осени Вика решила не работать: надо было перевезти вещи, переоформить квартиру на Игоря, устроить быт в своём новом доме. А осенью её ждали в местном медицинском пункте, медсестёр не хватало. Андрей же, разбираясь в финансовых схемах, довольно успешно работал дома за своим ноутбуком. Счастье порхало над маленьким домиком, Андрей привёл в порядок все постройки, Вика собственноручно восстановила сад, выхолила его так, что проходящие мимо люди, пытались сквозь забор рассмотреть красоту клумб и кустарников. Каждый день с рассветом, она выходила на крыльцо, и солнце играло у неё в волосах, отражалось лучами в глазах.

А сейчас Вика, улыбаясь, готовила поднос с едой, чтобы вынести на летнюю кухню. Из открытого настежь окна послышался смех Игоря и Егора. Игорь приехал провести свой отпуск на родине матери и познакомился с отцом и братом.

Несколько месяцев назад Егор покинул стены тюрьмы, за время его отсутствия всё изменилось: мать с отцом развелись и разъехались, в доме царствовала Василиса. Она была не очень довольна появлением брата, но он имел право проживать по месту регистрации. Андрей сразу предложил Егору приехать к нему, есть свободная квартира, но сын, испугавшись, новой жены отца, отказался. В доме хозяйничала Василиса, болтался бездельник Патрик, прислугу сократили до одного человека (больший штат Олег Павлович отказался оплачивать, и горничная в одиночку не справлялась), больше не было идеального порядка, ухоженной территории, вкусных обедов. А потом начался кошмар: вернулась мать. Багратионов, оформив на себя доли Насти в бизнесе, просто выставил её ни с чем и вернул к себе бывшую жену Ларису. В брак с Анастасией он не вступал, и та – совершенно отстранённая от реалий жизни – отдала всё ему, думая, что он такой же честный, как Андрей. Патрик был выставлен с работы, и под одной крышей оказались четыре неработающих безденежных человека. Мать истерила, Василиса кричала, Патрику было на всё наплевать. Продали машину, чтобы как-то жить, отказались от горничной, но денег надолго не хватило. Настя кинулась к бывшему мужу, но Андрей усмехнулся, показал ей договор, который она подписала, когда с таким пафосом разводилась, там комар носа не подточит. А что касается Василисы, она же не его дочь, верно? Он оставил ей дом и всю обстановку, это вполне достаточно для взрослой замужней дамы. Андрей позвонил Егору и сказал, чтобы тот не дурил и ехал к ним, они о нём позаботятся. В такой обстановке, что делается в большом доме в Сочи, парень неизвестно на какую дорожку свернёт. Один раз Андрей допустил ошибку, повторять её не будет, и Егор под напором отца, приехал.

Он был подавлен, зашуган весь какой-то пришибленный после всего случившегося с ним, Вика пыталась лаской исправить это, но пока не получалось. Жил Егор отдельно, в квартире, но часто приходил и даже оставался у них в летнем домике, новую жену отца он стеснялся, хотя она была сама доброта и забота. Но вот приехал Игорь – весёлый, немного шумный, и сразу взял в оборот сына Андрея. «Не дрейфь, Егорыч, прорвёмся!» - хлопнул он его по плечу и почти заставил выползти из своего угла, оторваться от телефона и идти, показывать местность. И с отцом Игорь сразу сошёлся. Рано утром они вдвоём уходили на рыбалку, потом возвращались бодрые от утреннего купания, с удочками на плечах. Вика и девушка Игоря к тому времени уже готовили завтрак, и все вместе садились за стол в тени густой лозы, и Егор стал улыбаться, подражать старшему брату. Потом молодёжь уходила на пляж, в горы, на экскурсии, но вечером неизменно возвращались, чтобы вместе поужинать. После дневной жары они долго-долго сидели в саду за столом под большой лампой, Вика готовила всякие вкусные блюда, они закусывали, пили вино и чай, болтали, смеялись, расходиться не хотелось… Вика с Андреем сдавались раньше всех, уходили к себе в комнату, и, лёжа в постели, прислушивались к звонкому смеху и возгласам детей. Как когда-то давно, в те времена, когда Андрей находился здесь на нелегальном положении, только тогда из сада раздавались чужие голоса, они мешали и раздражали, а под эти – родные - так сладко спалось.