Глава 9. Предатель. 1

Я зашипела сквозь зубы, когда до раненного плеча коснулся смоченный дезинфицирующим средством платок.

– И где тебя так угораздило? – не сдержал вздоха Уан, аккуратно стирая грязь и пыль.

– Поверь, для меня это труда не составило, – резче, чем хотелось бы, ответила я.

– Я и не сомневаюсь в твоих способностях найти приключения на пятую точку.

Уан склонился ниже, поддев что–то пинцетом и аккуратно вынув. Я поморщилась от резкой боли, заслышав звон и обернувшись. На металлической тарелочке валялись мелкие камушки и короткий треугольный зуб. Упс.

– Надеюсь, ты не шастала нигде, где тебя быть не должно? – выразительно приподнял брови Уан.

– Я люблю нарушать закон, но никогда рискую потерять свою голову, – прямо ответила я, спокойно выстояв его взгляд.

– Ну–ну…

Вытряхнув камешки и зуб в урну, Уан протёр пинцет, вновь наклонившись ко мне. Я терпеливо стиснула зубы, перекинув через плечо волосы и накручивая на пальцы светлые белые прядки. В ярком свете медпункта они отливали серебром. Напротив как раз пристроилось зеркало, давая в мельчайших подробностях разглядеть саму себя. От недосыпа и вечной тревоги за свою и чужие жизни я сбросила нагулянные до этого на Файе килограммы. Скулы заострились, взгляд стал резким, холодным и каким–то злобным, а вырезанные на щеках, лбу и шее узоры особенно чётко выделялись на коже. Уан тоже здоровьем не блистал: ещё более худощавый, с ворохом неопрятных тёмных волос и кругами под глазами, а так же щетиной и хвостом без кисточки. В общем, выглядели мы неважно. Казалось, один только Цербер высыпался и процветал, разгуливая со спрятанными бутылками вина и часто забирая у меня Айну. Не скажу, что я была всеми руками «за», но ей нравилось проводить время с главой Мародёров и слушать его истории. Как и мне когда–то.

– Почему бы тебе ещё кого–то не нанять? – поинтересовалась я. – Не замечала во дворце ещё одного врача.

– Один до этого прекрасно справлялся, – фыркнул Уан, опрокинув рюмку с каким–то лечебным горьким настоем и поморщившись. – Хотя уже думаю в отставку подать… Как думаешь, получится уйти?

– У Лиссаны же получилось.

Уан странно дёрнулся, заставив сердце застыть в груди. Я медленно повернулась к нему, уже успев увидеть проблеск паники и горя в глазах.

– Уан? – тихо переспросила я. – Лиссана же ушла, так?

Я давно хотела спросить об этом кого–нибудь, но тогда это меня не особо волновало. Я почему–то верила, что Лиссана смогла сбежать, и скрывается где–то на Файе, специально избегая дворца. Неужели я была настолько наивной? Или слепо верила в то, что мои домыслы правда?

– Не удивляюсь, что ты не помнишь, – вздохнул Уан, сев на кушетку напротив меня.

Грустно улыбнувшись, врас стиснул в руке пинцет.

– Лиссана мертва, Мэлисса… это не твоя вина, – тут же произнёс он, сжав моё плечо дрожащей ладонью. – Она отдала жизнь за диву Миниту… правда, это особо не помогло.

Уан не обвинял меня, но это и не надо было.

Я убила Лиссану, и даже не помню этого. Зарубила единственную хвостатую женщину в этом месте, что питала ко мне хоть какую-то симпатию. Она боялась? Умоляла? Ненавидела? Что она думала перед тем, как я лишила её жизни? Кто ещё попал под раздачу? Нет, даже знать не хочу.

Похлопав меня по плечу, Уан встал. Я даже не ощутила боли, смотря на сцепленные пальцы, сжавшиеся в бессильной злобе.

Скоро всё кончится. Скоро Ориас сгинет раз и навсегда. И если Дамес вслед за ним пошлёт и меня, то я согласна уйти.

***

Тугой корсет душил, не давая ни вдохнуть, ни толком выдохнуть. Белая ткань была расшита изумрудными нитями, высокий воротник, отделанный стразами, скрывал шею, широкие рукава ниспадали до самых колен. Книзу ткань темнела, у подола становясь практически чёрной, с изумрудными цветами, взметнувшимися опасным огнём вверх. Между ключицами переливалась серебряное кольцо, к которому крепился лёгкий полупрозрачный плащ, спадающий с плеч практически до самого пола. Волосы были тщательно убраны назад и завязаны в кичку. Они едва виднелись под причудливым головным убором чёрно–белых тонов, который весил так, что у меня уже болела шея.

Только увидев себя в зеркало, особенно подведённые золотой сурьмой глаза, я поняла, что на переговорах буду только ради красоты. Говорить будет Совик, когда я буду молчать и косить под украшение. И смысл мне быть на переговорах? Для устрашения? Так не получится – в наряде не предусматривались дырки для крыльев, чему я была рада. Спина до сих пор ныла из–за тяжести Дамеса, ну и Тханы.

Наверное, звёзды решили поиздеваться надо мной окончательно, ибо у телепорта, благодаря которому мы и собирались добраться до места встречи, стоял не только Совик. Напротив него, скрестив на груди руки, высился Ориас, о чём–то говоря и показывая на планшет в руках. Совик задумчиво кивал, поджимая губы и изредка вставляя свои предложения.

У стен стояли Завоеватели в белоснежной броне, словно кто–то мог защитить от самого жестокого существа, с которым я когда–либо встречалась.

Заметив меня, Совик даже слишком резко выпрямился, чуть не выронив планшет из рук. Ориас лишь спустя несколько секунд обернулся, и, наверное, впервые за всё время помимо насмешки и бесстрастности я разглядела удивление и что–то напоминающее тоску. Насчёт последнего я могла и вовсе ошибиться – слишком уж странная эмоция в глазах высокомерного Повелителя.

– Можем идти, – не глядя на врасов, произнесла я как можно бесстрастно.

Совик кивнул, поднявшись на круглую платформу и поправляя рукава чёрного мундира.

– Мэл, на два слова, – не дав вступить на первую ступень, негромко позвал Ориас.

Сердце на миг дрогнуло но, проигнорировав тревогу, я послушно отошла в сторону, стараясь слишком сильно не вращать головой. А то ещё этот ужас на голове перевесит, и лови меня тогда у земли.

– Я слушаю, – сплетя пальцы, без лишних эмоций произнесла я.

Ориас оперся спиной об стену. Его тёмные крылья казались длинным плащом, а одежда пусть и была сшита по фигуре, явно предназначалась не для официальных встреч. Никаких украшений, даже оружия – я могла хоть сейчас свернуть ему шею. Однако стоило вдохнуть знакомый аромат мёда и коры, как приходило острое чувство отчаянья и одиночества. Мой первый и единственный друг предал меня ради трона.

Окинув меня долгим изучающим взглядом, Ориас тихо пробормотал:

– Вот что случается если доверяешь Церберу выбрать одежду.

Я даже не сомневалась, что это он подобрал мне наряд.

– Насчёт твоей роли на переговорах…

– Молчать и дать Совику всё сказать. Я лишь для устрашения, – оборвала я.

– Хороший вариант, но в данном случае я хочу, чтобы ты заговорила им зубы.

– Так я не для страха? – едва не дав удивлению проскочить в голосе, спросила я.

Ориас даже вздохнул.

– Нет. Легче стало?

Я предпочла молчать, чуть сощурив глаза.

– Совик введёт тебя в курс дела, – продолжил Ориас. – Возможно, будут некие трудности, особенно с Ониксом. Никто теперь никому не должен, так что вряд ли он и дальше будет терпеть меня.

Я нахмурилась, пытаясь понять, о чём это он. Что–то не припомню, чтобы Оникс с Ориасом даже общался, а тут ещё об каком–то долге речь идёт. Если он не связан с деньгами, то это уже настораживает.

– Оникс не настоль глуп, чтобы вставлять палки в колёса Империи. Он предпочтёт пустить заразу внутрь и ждать, когда она всё разрушит, – продолжил Ориас, бросив в мою сторону задумчивый взгляд. – Третий Герцог всегда отличался своей жестокостью. Впрочем, сама узнаешь.

Я сжала челюсти, не собираясь поддаваться на провокацию. Кто тут и жесток, так это ты, Ориас.

– Это всё? – приподняла я бровь.

– Да.

Не дожидаясь моего согласия, врас взял меня за руку. Я тут же выпрямилась и расправила плечи, позволив ему довести меня до портала и даже подняться. Отпускал руку он с какой–то неохотой, отойдя на пару шагов назад и кивнув. Платформа налилась бело–голубым светом, поглотив нас и унося как можно дальше с Файи. Туда, где меня ждал мой, возможно, самый влиятельный союзник.

Свет потух, а мы уже стояли в открытой галерее под звёздным небом с потухающим закатом. Тёмно–бордовые колонны были оплетены золотистой тонкой сеткой, тускло сияющей в приятном полумраке. Я не успела толком насладиться красотой, как меня со всей силы прижали к одной из колонн, стиснув до синяков горло. Я поражённо уставилась в горящие ненавистью глаза Совика, что навис надо мной с таким видом, будто и вправду собирался убить.

– А я–то думал, что с тобой не так, – с горечью в голосе прошептал он, блестя голубыми глазами. – И как давно ты на его стороне? Как давно вместе с ним вынашивала все эти планы?

Я лишь раскрыла рот, едва дыша из–за его хватки.

– Звёзды, о чём ты?! – выдохнула я, найдя в себе силы.

Совик с силой ударил меня по колонне, и повреждённое плечо обожгло тупой болью. Перед глазами заплясали чёрные пятна, и я зажмурилась, пытаясь прийти в себя.

– А ты как будто не знаешь, – прошипел он, сдавив пальцы сильнее. Воздуха стало отчаянно не хватать. – Поражаюсь. Как ты хорошо строила из себя дурочку, и как обратилась в убийцу на церемонии… даже не моргала, когда убивала. Кто тебя выучил? Где? На Секреге? Реймеле? Сколько же Ориас за тебя заплатил?

– Ты думаешь, я знала на тот момент, кто такая? – даже фыркнула я, вспомнив, как Ориас предлагал меня купить.

– А разве нет?

Каким–то образом я смогла хрипло рассмеяться, задохнувшись, когда Совик с лёгкостью оторвал меня от пола, прожигая своим взглядом.

– Кто ты такая? – не сдержав тихого рыка, спросил Совик. – Лучше скажи сейчас, и, возможно, я не сломаю тебе пальцы.

Я взглянула на него – ярость скрывала боль и испуг. То, что жило и в моей душе тоже, вот только разве у монстров интересуются, что у них там творится?

– Я видел, как ты убивала… как убила двух Сестёр Сената и Барона, что с рождения держал в руках оружие. Не задумывалась ни на секунду. Даже Лиссану… – голос Совика резко оборвался. – Ты могла хотя бы её оставить жить!

В небесных глазах Совика плескалось отчаянье и гнев. При виде них я даже забыла о том, что едва дышу.

– Ты любил её…

– Замолкни, – оборвал Совик. – Ты–то что знаешь о любви? Вряд ли слишком много. Даже преданность у тебя можно купить кроватью и…

Колено взметнулось вверх, попав по промежности враса и заставив его отпустить меня. Зашипев, он склонился, гневно мотая хвостом из стороны в сторону и стараясь отдышаться.

Коснувшись горевшей шеи и поправив высокий воротник, словно специально подготовленный для такого случая, я вдохнула прохладный солоноватый воздух.

– Довольно, – необычайно твёрдо произнесла я, и Совик испуганно отшатнулся. Словно учуял мою волю, которой так страшился. – Думай обо мне что хочешь – никто не запрещает. Но только посмей сказать, что я предатель. Я никого не предавала, и даже сейчас верна истинному Императору.

Совик не сдержал хриплого смеха.

– Меня уже тошнит от твоих лживых слов. Ты хоть сама–то в них веришь?

– Уж точно побольше твоего.

Глаза враса вспыхнули, но он промолчал, смахнув с лица светлые волосы с чёрными прядками и повернувшись ко мне спиной. Его хвост гневно метался из стороны в сторону, не собираясь затихать. Как же хотелось наступить на него!.. Но я сдержалась, придав себе подобающий вид и устремившись следом за своим «напарником». Как бы он мне нож в спину не воткнул в связи с последними событиями…

Но кто бы мог подумать, что Совик и Лиссана встречались? Точно не я. Какого же ему было смотреть, как его наречённая умирает, а самому бездействовать? Я убила Барона, но так и не получила за это наказание. А вот с Сёстрами будет не всё так просто - «благодаря» мне появилось два свободных места в Сенате. Правда, по головке за это меня не погладят, скорее попросят как можно скорее бросить в Серфекс. Интересно, каким будет мой кошмар?

Ориас. Определённо он.

Мы шли по изгибающемуся коридору в гробовом молчании. Стараясь не смотреть на Совика и хоть как–то отогнать тяжёлые мысли, я рассматривала место нашего собрания. Здание стояло на каком–то острове или даже скале, что омывалось тёмной, практически чёрной водой. Небо полнилось незнакомыми звёздами и далёким желтоватым спутником. Вдали я заметила очертания застывших кораблей – наших или Содружества, какая разница? Мы на нейтральной территории. Эти дредноуты лишь для устрашения. Никто не посмеет атаковать первым.

Я уже слышала звуки музыки, едва заглушающей разговоры, и запах еды. Аромат оседал на языке приторной сладостью или острыми специями. Я ела только утром, и то перекусила парой тостов, что приготовила Айна – они были немного подгоревшими, но на голодный желудок сошло и это. Ей тоже хотелось быть полезной, так что я давала ей такую возможность. Надеюсь, увлечение оружием и странствия по другим мирам благодаря моим и Цербера усилиям не станут её главными целями.

Впереди показались двери из толстого красного стекла с чёрными узорами. Возле них высились Змееносец и Завоеватель. Завидев нас, они одновременно склонили головы, взявшись за кольца дверей и раскрыв их. На нас хлынул чистый жёлтый свет из вращающегося под потолком рыжего шара, искрящегося и напоминающего уменьшенную копию звезды. Свет падал на тёмно–синий купол с изображением звёздного неба и четырьмя дисками, вращающимися в разных направлениях и под разными углами. Мы словно оказались в громадном механизме, построенном миллионы лет назад. Даже пол из толстого стекла с серебряной вставкой под ним был испещрён какими–то символами и вычислениями.

Может, это древняя обсерватория?

Разговоры резко смолки при нашем появлении, и я ощутила на себе пронизывающие и изучающие взгляды собравшихся.

Звёзды…

Здесь был собран весь Сенат. Все двенадцать членов, в том числе две новых сестры. Вот так в полном составе члены Сената, наверное, впервые появились вместе за пределами Содружества за несколько сотен лет, если не тысяч. Я даже на всякий случай оглянулась, нет ли тут Баронов, но, нет, пронесло. Не хватало мне ещё двенадцать золотых хиимов в придачу. И так тут сейчас кого-то четвертовать будут.

Весь Сенат был облачён в серебристо–чёрную одежду, состоящую из одинаковых платьев до пола, узких рукавов и спрятанных за белым платком волос. На голове же у каждой сестры громоздилось нечто, отдалённо напоминающее корону с двенадцатью стрелками, идущими в разные стороны. Лишь один из членов выделялся на их фоне. Тоже тёмно–серые, переливающиеся одежды, тяжёлое ожерелье на шее, как и у остальных членов Сената, вот только голову с волосами цвета слоновой кости ничего не отяжеляло. На белом чистом лице виднелись красные крапинки, а багровые глаза с горизонтальными зрачками пристально, не моргая, смотрели за нами.

Оникс.

Нет, не так.

Отец Оникс.