Глава 36. Первый

Мои мысли бушевали. Я утопала в раздражении и злости, поэтому Арон застал меня врасплох. И, прежде, чем я вообще поняла, что произошло, он одним движением, резко развернул меня к себе. Поддел пальцами подбородок и заставил поднять голову.

В этот же момент наши взгляды встретились. Я не понимала, что бесновалось в глазах оборотня, но чувствовала себя так, словно он только одним взглядом выворачивал меня наизнанку. Испепелял мраком серых глаз.

Обстановка между нами мгновенно накалилась и от этого, казалось, что вокруг полыхали невидимые молнии. Которые обжигали и пропускали по коже миллионы колких мурашек, до предела натягивая нервы.

— Значит, Амели? – Арон еле заметно приподнял один уголок губ в оскале. Оказалось, что он слышал, как меня называл учитель. Теперь знал мое настоящее имя.

— О, неужели, ты можешь называть девушку по имени, а не шлюхой, или временной давалкой? — я зло прищурила взгляд и попыталась отойти, но, не успела сделать даже одного шага, как вторая рука Арона обвила мою талию и жестким, быстрым движением притянула вперед, так, что я даже охнула, против воли прижимаясь грудью к его торсу.

— Ты не имеешь права меня трогать, — гневно сказала на выдохе.

Оборотень на мои слова никак не отреагировал. Словно для него их не существовало. Он разорвал наш зрительный контакт и взглядом скользнул по моему лицу, отмечая каждую черту. А мне почему-то захотелось отвернуться, чтобы Арон больше не смотрел на меня. Вот только, когда я попыталась повернуть голову вбок, он лишь сильнее сжал мой подбородок и второй рукой, практически болезненно прижал к себе за талию, так, что я зашипела и прогнулась в спине.

— Отпусти, — я ладонями уперлась в его крепкий торс, попыталась отстраниться, но эффективность была нулевая. Все равно, что пытаться оторваться от скалы, к которой меня намертво припечатали.

В какой-то момент его тяжелый взгляд, жадно изучая мою внешность, оказался на моих губах и я будто бы на физическом уровне ощутила на них покалывающий жар, который пересушил губы и я интуитивно облизала их. Арон смотрел на то, как я это делала и в этот момент, его рука обвивающая мою талию, еще сильнее напряглась. Стала стальной. И грудь стала вздыматься уже не от размеренного, а от глубокого дыхания, что отдаленно казалось мне попытками удержать самоконтроль.

— Кто ты такая? – он подушечкой большого пальца провел по моей губе. Жадно. Будто бы с жаждой. Которую Арон внешне не выказывал, но которую я ощущала с лихвой.

— Та, кто тебя ненавидит, — я дернулась от этого прикосновения. Еле сдержала желание укусить Арона за палец. Как же я его ненавидела. До дрожи во всем теле и адского огня сжигающего сердце.

Поэтому подняла ладони и короткими ногтями впилась в руку оборотня, которой он придерживал мой подбородок. Этим оставляла на его смуглой коже глубокие царапины, но Арон будто бы не замечал боли. Совершенно не изменился в лице и все так же продолжал смотреть на меня.

— Тот человек твой истинный? – голос у него спокойный. А вопрос задан холодно и сухо, но, тем не менее, чувствовалось в нем нечто жуткое. Страшное.

Он точно имел ввиду моего учителя. Возможно, Арон слышал про Корвина Эдергара. Я этого не отрицала, ведь было сложно представить того, кто учась в магической академии, не слышал про моего учителя. Но, учитывая то, что Арон назвал его просто «человек», предположила, что они раньше лично не виделись и сейчас оборотень не знал, к кому я так стремительно побежала в коридоре. Хотя, его отец и мой мастер были знакомы.

Все эти мысли заполнили голову, но уже вскоре я отторгла их. Сейчас не до этого. Какая разница кто с кем знаком и кто кого знал, если я оказалась черти где и единственное, что меня должно волновать, так это то, как опять добраться к учителю.

— Тебя не должно волновать то, кем является мой истинный, — я зло прищурила взгляд. – И почему ты в меня так вцепился? Отпусти. Мне в академию нужно возвращаться, а не тут с тобой стоять.

— Значит, он, — из моих слов Арон сделал вывод, что все же Эдергар являлся моим истинным. И вновь я не поняла эмоций оборотня, но опять в его глазах что-то мелькнуло. На этот раз, это нечто усугубилось и даже на меня нагоняло жути. Но я несколько раз моргнула, отгоняя от себя это раздирающее и даже страшное чувство, которое, как я посчитала, мне показалось.

Я поджала губы. Хотела сказать, что, нет, мой истинный не Эдергар, но, какой в этом смысл? Почему я должна что-то объяснять и вообще рассказывать Арону?

— Отпусти меня. Мне, да и тебе тоже, нужно возвращаться в академию, — несмотря на гнев, сделала попытку поговорить с оборотнем спокойно.

— Спешишь вернуться к своему истинному? – в этот момент, Арон убрал руку от моей талии, но уже вскоре провел ладонью по спине. Так же, как это делал мой учитель, но грубо. Кажется, даже зло. С какой-то ледяной агрессией водил рукой по тем местам, к которым прикасался Эдергар, этим причиняя легкую боль.

— Зачем ты это делаешь? – я дернулась. Спрашивала это, ведь мне было дико от действий Арона. Но он не ответил. Казалось, что сам не знал ответ на этот вопрос. Но продолжал водить по спине жесткой ладонью. Хоть, уже вскоре, скользнул ею вверх и пальца вплел в волосы, с силой сжимая их:

— Кто ты? Что ранее было с твоим лицом и почему ты под другим именем училась в академии?

— Почему ты думаешь, что можешь задавать мне эти вопросы? Сам не говоришь, что ты такое, а я должна тут же рассказать все о себе? – я стиснула зубы, на его непроницаемый взгляд отвечая раздраженным. – Отпусти меня. Слышишь? Отпусти. Мне нужно вернуться в академию.

Но Арон не собирался меня отпускать. Я это ощущала и поэтому негодовала.

Я шумно выдохнула и собралась со всеми своими силами. Подождала пока его ладонь в моих волосах разожмется и в следующее мгновение подогнула ноги. Резко оттолкнулась от оборотня и, вывернувшись, пусть и с трудом, но все же ускользнула из его рук. Не раздумывая не секунды, развернулась и побежала прочь. Да ну его к черту. С этим оборотнем невозможно разговаривать. Сама как-нибудь вернусь в академию. Главное, убежать от него.

Грандиозные планы и такой же грандиозный провал. Я не успела отбежать далеко, ведь уже вскоре Арон меня догнал. Сжал ладонь на моем предплечье и дернул на себя. Даже в этом порыве я начала вырываться, а песок не являлся устойчивой опорой для ног. Из-за этого мы упали, при чем, Арон на песок, а я сверху на него.

Я завозилась и попыталась встать. Но мне удалось только сесть на Ароне, коленками упираясь в песок по обе стороны от него. Встать так и не получилось, поскольку оборотень сжал ладони на моих бедрах, прижимая к себе.

— Да отпусти же ты! – уже закричала, ладонями упираясь в его плечи. Пытаясь подняться на ноги, поерзала на парне, из-за чего он рыкнул:

— Успокойся.

— Не собираюсь я успокаиваться. Убери свои руки, — я продолжила ерзать. Даже стала больше прилагать сил, но это длилось ровно до того момента, пока я не почувствовала, как мне в попу начало упираться что-то твердое. При чем, с каждым моим движением оно твердело все сильнее. Из-за этого я замерла. Прошло несколько секунд, моей бурной умственной работы и я поняла, что же это такое упиралось в меня. – Ну ты и извращенец, — произнесла на выдохе.

Арон подхватил меня под бедра и перевернул, жестко уложив на песок. После этого лег сверху, раздвигая мне ноги. Одной рукой опирался о песок, а вторую вплел мне в волосы и сжал пряди.

Сегодня небо закрыли серые тучи, явно говорящие об ухудшении погоды и возможном скором дожде. Поэтому лучи солнца казались блеклыми, а сам день мрачным. Я слышала, как шуршали листья деревьев, гоняемые сильным ветром и то, как этот звук сплетался с шумом бушующих волн. Но сейчас на это все не обращала внимания, ведь им всем завладел Арон.

Я ощущала на себе вес тела оборотня и его мощь. Теперь, когда он был настолько близко, еще и вдыхала знакомый запах – сигарет и безумия. Но, пусть он и дурманил разум, теперь вызывал лишь острую, сжирающую меня ненависть, с которой я смотрела на Арона. На его лицо. Небольшую щетину, которая на нем смотрелась безупречно, на шрам на нижней губе и в его непроницаемые глаза, которыми он так же смотрел на меня.

— Никакой свадьбы. Ее не будет, — он прорычал, явно имея ввиду мою свадьбу. Я хотела сказать, что пусть лучше следит за своей невестой, но уже в следующее мгновение Арон, преодолевая то небольшое расстояние, которое разделяло нас, впился в мои губы своими.

Я замерла. Буквально на несколько секунд растерялась, ведь это был мой первый поцелуй. Конечно, если не считать того момента, когда мы случайно коснулись губами. Но, конечно, тот случай не шел ни в какое сравнение с тем, что происходило сейчас.

Сознание буквально взорвало от возмущения и злости. А еще от ощущений. Непривычных и, против моей воли, будоражащих. Таких, что пропускали по телу импульсы и обжигали губы адским огнем.

Я завозилась. Уперлась ладонями в его торс и попыталась отвернуться, но Арон, все еще сжимая мои волосы в своей ладони, не дал мне этого сделать и в этот момент набросился на губы с еще более сильной жесткостью. Жадностью. Казалось, что ему не нравилось то, что я пыталась отвернуться, не желая этого поцелуя. Из-за этого им истязал меня. И отстранился лишь для того, чтобы хриплым, уже неузнаваемым голосом, сказать:

— Ты не будешь со своим истинным.

Как же сильно мне хотелось согласиться. Я не буду со своим истинным. Но вместо этого с сарказмом спросила:

— Запретишь мне? – слова вышли прерывистыми, я так и не смогла выровнять дыхание. Буквально задыхалась, ощущая вес тела оборотня на себе и жажду, так явно пылающую в ледяных глазах.

— Убью его, — он оскалился.

Я хмыкнула. Пусть убьет моего истинного. Пусть убьет сам себя.

Я хотела сказать что-то, но не успела. Только разомкнула губы, как Арон на них вновь набросился, мгновенно углубляя поцелуй. Делая его диким и настолько сильно веющим необузданными собственническими нотками.

Я замычала и ладонями с силой сжала его рубашку. Сминала ткань и держалась за нее. Ненавидела оборотня всей душой и проклинала себя за то, что туман стал покрывать сознание, а я этого остановить не могла. Против воли тонула в этих ощущениях и совершенно не могла понять, как обычный поцелуй может вызывать такую дрожь, пробивающую все тело, миллиардом всполохов. Тем более, он не был нежным и это нельзя было назвать лаской. Скорее, сплошным безумием. Сплетением кардинально противоречивого огня. Его жажды и моей ненависти.

Но я все равно вырывалась. Упиралась руками в его торс, которые он уже вскоре сжал в своих ладонях и прижал к песку по обе стороны от моей головы.

Я ощущала его жар. Тот, который напоминал целый апокалипсис, сейчас вмещающийся в одном человеке и чувствовала то, как его возбужденная плоть, скрытая тканью брюк, упиралась мне в низ живота.

Поцелуй был разорван. Арон жесткими губами спустился к скулам, а потом к шее. Черт… Я толком не понимала, что именно он делал, но у меня голова начала кружиться от вспышек пробежавших перед глазами. От того, что оборотень творил губами на моей шее, было немного больно, но в тот же момент, нечто тягучее, приятное пробежалось по телу и щекочущими мурашками собралось внизу живота. О, Боже, я получала от этого удовольствие.

Мысленно отдернула себя и очень сильно обругала.

— Раньше называл меня ущербной, а сейчас лезешь целоваться, — хрипло прошипела. – Ты ужасный. Лучше бы тебя никогда не выпускали из темницы. И вообще не пускали к нормальным людям в одно общество. Ненавижу тебя. Ненавижу. Ненавижу!

Арон остановился. Я все еще не видела его лица, но почувствовала, как при этих словах, он сильнее ладонями сжал мои запястья, причиняя жгучую боль. Его лица не видела, но ощущала, как в этот момент в нем бушевало нечто непонятное мне, но страшное.

Наверное, я бы так и не смогла понять, что творилось в голове у оборотня. Да и у меня не хватило времени для этого, ведь, уже в следующий момент я заметила, что его тело напряглось и черты лица начали искажаться.

Он менялся. Вот-вот должен был появиться Брант. Но мне казалось, что Арон не желал уходить. Странно. Ранее они довольно легко менялись. Раньше. Но не теперь.

Арон сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Стиснул зубы. Но черты лица все равно менялись. Буквально несколько секунд и я уже лежала не под Ароном, а под Брантом.

У него привычно растрепанные волосы. Мне уже казалось, что, даже если их пригладить, они все равно вернутся в прежний вид. Уже не представляла Бранта не с растрепанными волосами.

На нем тоже была небольшая щетина, которая на парне смотрелась ничуть не хуже, чем на Ароне. Разве что в обоих случаях мне было очень непривычно.

Брант тяжело дышал и, подняв голову, сразу посмотрел на меня беснующимся взглядом. И я поняла, что оборотень меня не узнал. Он сдвинул брови на переносице и в его глазах появилась тяжелая мрачность.

Вот только, он внезапно наклонился к моей шее и сделал вдох носом. Один. Второй и третий. Вдыхал мой запах, а потом, отстранившись, посмотрел на мои волосы и лицо. Встретившись со мной взглядами, спросил:

— Почему ты так выглядишь?

Узнал. Он узнал меня по запаху. Поскольку, Виви скрыла не только мою магию, но и запах с энергетикой, а учитель вернул только мою внешность, я пахла так же, как и раньше. Но Брант все равно узнал бы меня по голосу.

— Слезь с меня, — я поерзала и сама выползла из-под оборотня. Вернее, он позволил это сделать, но я понимала, что убежать он мне не даст.

Я села на песке в паре метров от Бранта и кинула взгляд в сторону леса. На всякий случай, искала пути побега. Брант тоже молча осмотрелся. Скользнул взглядом по бушующим волнам моря, по пляжу и по густым деревьям леса. После этого опять посмотрел на меня. В особенности на лицо и волосы.

Брант все еще тяжело дышал и в глазах виднелась бесноватость. Я чувствовала, что от него исходила звериная жажда тела и желания взять. Но пока что оборотень сдерживался.

— Рассказывай, — сказал, посмотрев мне в глаза.

Я шумно выдохнула и прикусила губу.

— Когда я только прибыла в Дюран, поругалась с одним пятикурсником и он ради шутки накинул на меня морок, которым и являлись шрамы и другой цвет волос, — я соврала. Не стала говорить о том, что морок на меня набросила одна девушка, чтобы в Дюран меня просто не убили. Ведь, в таком случае, мне бы пришлось рассказывать всю ситуацию. А я, во-первых, не собиралась этому оборотню рассказывать что-либо о себе. Я ничего не знала о нем и он так же ничего не знал обо мне – идеально. Мне подходит. Во-вторых, я жалела свое время и понимала, что мне нужно любой ценой уговорить Бранта вернуться в академию, до того, как он поменяется на Арона.

— Что это был за пятикурсник? Имя и факультет, — в глазах Бранта мелькнуло что-то нехорошее.

— Я не помню, — отрицательно покачала головой. – Я его видела только один раз. Больше в академии я этого пятикурсника не встречала.

— Как он выглядел? – оборотень не успокаивался.

— Я не помню. И какая вообще разница? Нам в академию нужно возвращаться. Я случайно перенесла сюда себя и Арона через портал. Как я понимаю, это край острова.

— Случайно перенесла? — Брант еле заметно прищурил взгляд. Я чувствовала, что случай с пятикурсником, он не оставил и потом намеревался вернуться к нему.

— Да, — ответила уверенно. Тут я не врала. – Я не знаю, как это получилось. Но мне нужно вернуться в академию. Ты знаешь, как туда можно добраться?

Я сжимала ладонями ткань юбки. Старалась скрыть свою ненависть, которая так и пылала в сердце. Разговаривала с Брантом спокойно, хоть и без намека на какую-либо приязнь к нему. Уже на это я была не способна.

— Знаю, — ответил оборотень, а я с облегчением выдохнула. Правда, уже в следующий момент напряглась. – Потрахаемся и вернемся.

— А? – это единственное, что я смогла сказать.

— Хочу тебя, — его глаза буквально пылали и в них все ощутимее виднелся голод.

— Я уже сказала, что между нами ничего не будет, — ответила с раздражением. Уже теперь не могла его скрыть. Точно так же, как и ненависть полыхнувшую у меня в глазах. – Я не позволю тебе даже прикоснуться ко мне. Мне это неприятно и я этого не хочу. Просто прими это.

Брант еле заметно склонил голову набок. Опустил взгляд вниз и посмотрел на мою шею. В его глазах тут же появилось нечто нехорошее, а я не могла понять, что такого было у меня на шее, из-за чего Брант так отреагировал.

— Ты только что была под Ароном. Лежала под ним с раздвинутыми ногами, — сказал он, все не отрывая взгляда от моей шеи. – Ты отсосала Арону. Его член нравится больше?

В грубом голосе Бранта скользнуло то, что я понять не могла. Но отдаленно это напоминало мне ревность. Глупость. С чего он будет меня ревновать? Да еще и к Арону. Они же вдвоем являются одним оборотнем и я понять не могла, как можно ревновать к самому себе.

Но я в этом разбираться не хотела. Слова Бранта и его упоминание о том, что произошло в темнице, полоснуло по ушам. А очередное оскорбление, показалось грязью, которая тут же прилипла ко мне.

— Да пошел ты, — гневно прошипела. После этого встала и быстрым шагом пошла в сторону леса.

Вот именно. Пусть идет он к черту. И Арон тоже. Я пыталась разговаривать с ними нормально. Сначала с одним, а потом со вторым. Это бесполезно. А слыша очередные оскорбления, я меньше всего на свете хотела оправдываться, или пытаться что-либо объяснить. Их мнение обо мне, это их проблемы. Я уже давно решила, что и Брант и Арон для меня никто. Лишь ненавистный оборотень. Которого мне хотелось своими руками убить. Обоих!

Я не слышала шагов Бранта, но чувствовала, что он шел за мной. И, когда я дошла до леса, он развернул меня так, что я теперь была прижата спиной к толстому столбу дерева. Опираясь обеими руками в кору по обе стороны от моего лица, он наклонился ко мне и в губы, опаляя их своим дыханием, сказал:

— Отсоси мне, Одри.

— Ни за что, — ответила гневно и с такой же неприязнью посмотрела на Бранта.

Он оскалился. Опустил одну руку и пальцы вплел в мои волосы. Сжал их. Больно. Из-за этого я простонала и почувствовала, как от Бранта уже сильными витками исходило то, от чего по спине скользнул холодок. Но внезапно он разжал руку. Почувствовала, как он опять сделал вдох носом и негромко, будто говоря это самому себе, произнес:

— Еще девственница.

Он как и Арон, учуял мой запах сквозь запах Рейна, который, судя по всему, стремительно стал развеиваться. Когда мы находились в темнице, Брант вдыхал мой запах с ненавистью, а теперь делал глубокие вдохи носом. Один за другим. И уже теперь не сжимал мои волосы, а перебирал их пальцами. От этого веяло неким подобием ласки. Мужского внимания к девушке.

— Моя, — прорычал.

«Не твоя» — вертелось у меня в голове. Но я этого не сказала. Вместо этого произнесла другие слова:

— Мне нужно возвращаться в академию. Если я правильно понимаю, туда идти долго, а если я до комендантского часа не вернусь в академию, меня накажут, — сказала, стараясь не обращать внимания на то, что Брант до сих пор перебирал мои волосы. Меня это злило и раздражало, но я вновь предприняла попытку поговорить с ним спокойно. Даже несмотря на то, что мне это давалось тяжело. Так и хотелось оттолкнуть оборотня от себя. – Каждый вечер, после комендантского часа мою комнату проверяют. Сказали, что если я еще хотя бы раз нарушу правила и после установленного времени не буду находиться у себя, меня на две недели отправят в темницу.

Какое-то время Брант молчал. Все продолжал касаться моих волос. В какой-то момент посмотрел на мое лицо. Было тяжело выдержать его взгляд, но я старалась и даже попыталась сделать грустное, молящее выражение лица, загнанной в угол девушки.

— Хорошо. Я отведу тебя в академию, — сказал он, наконец-то отпуская мои волосы.

Я еле сдержала улыбку. Получилось.

— Сколько туда идти? – решила спросить.

— До наступления вечера, возможно, успеем, — Брант отстранился от меня. Положил руки в карманы брюк, а я прикусила губу. Значит, идти не меньше восьми часов. Долго. – В академии продолжим разговор.

Я кивнула, хоть и не понимала, какой вообще разговор может быть между нами. Да и не будет его. Как только окажусь в академии, сразу найду учителя и вместе с ним покину Дюран.

Главное, чтобы до этого времени не появился Арон. Он знал больше, чем Брант. В первую очередь, ему было известно о том, что уже скоро я должна была исчезнуть из академии.