Глава 21

– Ната? – услышала я сквозь сон знакомый голос. Открыла глаза, прищурившись посмотрела на рена Зеера, который стоял передо мной.

– Как там дела?

– Что вы тут делаете? – проигнорировал мой вопрос он.

– У меня артефакт… – я вытянула из выреза платья то, что осталось от амулета. – Я не могу находиться в общежитии.

– Хм… Об этом я как-то не подумал. Значит он не выдержал?

– Выходит, что нет.

– Заходите, – Алек отпер дверь, сделал приглашающий жест. – Еды нет, но кофе-чай налью.

– Давайте я вам хоть кашу сварю.

– А давайте, – согласился он. – Мне в тот раз понравилась.

На кухне Алека я уже чувствовала себя привычно, да и раньше я всегда готовила для себя, это в последнее время на столовских харчах повода не было. К тому же каша на воде, ну что там готовить-то? Кофе еще сварила.

Зеер нашелся в кабинете. Когда я вошла, он устало тер переносицу, склонившись над какими-то бумагами, и даже не сразу меня заметил.

– Вам надо отдохнуть, – покачала головой я. – Я там на стол накрыла, можно идти.

Мужчина тяжело поднялся, и мы перебазировались в гостиную.

– Отдохнуть? – он потряс картой и еще какими-то бумагами, которые взял с собой из кабинета. – Покой нам только снится. Вечером идем ловить разбежавшихся тварей.

– Я думала, при свете дня лучше?

– Сейчас их ищут. Кого найдут, прихлопнут. Но они умеют прятаться, и найдем мы сто процентов не всех. А нам не нужно, чтобы они добежали до города – только всеобщей паники и не хватало.

– Какие могут быть последствия? – нахмурившись, спросила я.

– Как всегда зрите в корень, Ната, – криво усмехнулся он. – Очень вкусно! А насчет последствий… Вы в курсе, где находятся другие Академии?

– Ну, Подгорная где-то в горах, Южная на теплом море, а Ахор – не знаю, где.

– От Подгорной до ближайшего крупного населенного пункта больше суток пути по пересеченной местности. Южная хоть и находится на море, но далеко от курортной зоны, там тоже поблизости лишь небольшие деревеньки. Ахор базируется в маленьком заштатном городишке, где треть жителей в той или иной мере относится к Академии: либо сами там работают, либо члены их семей. Еще треть обслуживает тех, кто там работает, еда, жилье – все в этом роде.

– Так, стоп! Это что же получается, только столичная Академия находится рядом с крупным городом? И это не случайность, не так ли?

– Верно. Нас уже давно хотели куда-нибудь перенести. Куда-нибудь подальше, потому что магия привлекает созданий мглы и это дополнительные риски. Но поскольку столица находится далеко от Рощ, посчитали, что в переносе, а соответственно и в трате огромных средств, нет особой нужды. Но сейчас…

– Но ведь это не спонтанный прорыв или выброс или еще что-то в этом духе. Это же диверсия. Так при чем здесь перенос?

– Просто это дополнительные козыри для тех, кто этого хочет. Негоже оставлять такой опасный объект так близко к людям.

– А может ли такое быть, рен Зеер…

– Алек. Называйте меня по имени, пожалуйста, и давайте уже на ты. Хотя бы наедине.

– Мне кажется, это не очень хорошая идея, – помедлив, ответила я.

– Ну против поцелуя вы же не возражали? – лукаво улыбнулся он.

– Ладно, но только наедине. А то и правда как-то странно. Так вот, а не может ли такого быть, Алек, что все это безобразие организовали как раз те, кто хочет переноса?

– Зачем это им?

Я посмотрела на Зеера как на сморозившего милую чушь ребенка.

– Деньги? – мой взгляд подстегнул работоспособность его мозга.

– Очень большие деньги. Шутка ли, сначала купить необходимый и немаленький участок земли, потом строительство, озеленение территории, потом переезд огромного количества студентов. Да тут только украсть можно на новый дворец с усадьбой около столицы! Это не говоря про откровенную коррупцию при покупке участка, который скорее всего будет принадлежать нужным людям. И строительные-озеленительные-транспортные компании тоже будут свои.

– Как вариант, – вздохнул мужчина. – Но мне кажется, если и была такая задумка, то лишь в качестве побочной цели. Основная в чем-то другом.

– Деньги – хороший мотив.

– Хороший. Но тогда зачем похищать девушек?

– Тоже деньги… И сила.

– Ну а цель-то какая? В нашем мире вовсе не обязательно быть сильным магом. Это неплохо, конечно, но каких-то особых бонусов не дает. Ну, кроме того, что в случае прорыва или еще каких-нибудь атак тварей, этот самый сильный маг пойдет в первых рядах. Так что есть у них какая-то другая цель.

– А если они хотят захватить власть?

– Ни один, даже очень сильный маг или группа магов не сможет противостоять армии и жандармерии с ее магами и артефактами. Даже если заговорщиков наберется сотня, это ничего не решит. Поверь, в истории такие примеры бывали, но все они заканчивались одинаково – неудачей.

Я с сомнением покосилась на Зеера, но спорить не стала.

– Давай лучше о чем-нибудь другом поговорим? – предложил тот. – А то эти артефакты, заговорщики, преступники… Надоело! Устал от этого бесконечного бега по кругу в последнее время.

Что ж, я могу его понять. Особенно с учетом того, что произошло за последние сутки. Я сама чертовски устала. Хотелось уже просто начать учиться спокойно и подрабатывать. Ну еще от занятий с Алеком не отказалась бы, да и просто от общения тоже.

– О чем например?

– Например о том, что у тебя теперь нет противоэмпатического артефакта, а значит второй, который был у целителей, тоже сгорел, если мы его вообще найдем теперь. И у меня такого нет. Это не самые распространенные вещицы и делать их долго.

– Купить?

– В свободной продаже нет, только на заказ и по документам. То есть каждый, кто их увидит, узнает, что ты эмпат. Так что сейчас мы с тобой, Ната, будем учиться строить простейший щит. И тебе придется его держать постоянно, даже во сне.

– У меня теперь соседки…

– И тебе придется проявить немалую смекалку, чтобы скрыть способности, потому что по первости щит у тебя будет постоянно слетать, даже пока ты не спишь. А во сне и подавно.

Проблема заключалась в следующем: для того, чтобы поставить даже самый простой щит, нужно хотя бы чувствовать свой дар, хоть минимально им управлять. Мой же включался и выключался по своему желанию.

Следующие несколько часов Алек объяснял и показывал, что мне надо делать, а меня мучила совесть, потому что он решал мои проблемы вместо того, чтобы хоть пару часов поспать. А ведь ему еще ночью идти ловить тварей.

– Ната, ты меня не слушаешь! Где ты витаешь? – возмущенно спросил он в конце концов.

– Я просто подумала о том, что тебе надо отдохнуть.

– Опять ты за свое? Ната, я уже давно напитался через специальную энергетическую руну. Она не заменит здоровый сон, но помогает продержаться несколько суток вообще без него.

– У тебя же и магия была на исходе, – возразила я, сама себя уже ловя на мысли, что с заботой перебарщиваю, поэтому решила перевести все в шутку: – И кстати, руну эту не покажешь?

– На четвертом курсе сама узнаешь, – хмыкнул он. – Нет, серьезно, эта руна очень сложная и опасная, пока тебе ее учить нельзя.

– Жаль, жаль. А сейчас я пойду, наверное. Там уже соседки должны были подселиться, надо сходить познакомиться что ли. Надеюсь, они не захотят меня убить и не подставят, как предыдущие.

– Хотел попросить сменить у вас в комнате замок на стандартный, но у мастеров сейчас и так много работы.

– Ничего, я понимаю.

– Я потом куплю тебе новый замок.

– Это лишнее, – нахмурилась я. – Я же зарабатываю, а траты не очень большие. Да и когда они съедут – это еще непонятно. Кстати, когда планируется начать учебу?

– Не раньше, чем через пять дней. Сначала же общежития ремонтируют, потом только до учебных корпусов дело дойдет. Они, конечно, кроме главного, не особенно пострадали. По крайней мере, внешне. Но твари ворвались в корпус алхимии, и там пострадали несколько лабораторий, ну и мебель порушена.

– А другие общежития? Они как?

– Про мужское ты знаешь, там разрушений меньше, чем здесь. А вот холлы, что дворянский, что для зажиточных, практически не пострадали. В одно из зданий ворвалась пара монстров, но их старшекурсники быстро упокоили.

– Понятно… Ладно, я тогда пойду. Спасибо тебе!

– Не забывай держать щит. По крайней мере, как только почувствуешь дар, тут же ставь.

– Да, я поняла.

– Тогда предлагаю встретиться завтра после обеда.

– Договорились.

Я встала, Алек за мной, проводил до двери. А около нее наклонился и опять поцеловал. И теперь это невозможно было списать на бурю эмоций после пережитой опасности и драки.

Когда я вернулась в общежитие, уже под вечер, меня встретили мои новые соседки. Сейчас расселяли всех вперемешку, у кого жилплощадь пострадала, но старались, чтобы в комнате была хоть одна старшекурсница.

– Привет! – поздоровались со мной девочки, уже сидя на своих кроватях и стуле.

Я благоразумно перенесла свою постель на верхнюю койку, чтобы не было споров и проблем. К тому же наверху не так дуло.

– И вам привет, – улыбнулась я, обозревая девиц. Одна из них была явно старше и какая-то крупная, но при этом имела вполне дружелюбное выражение лица. Две другие были пухленькими, невысокими, даже ниже меня, и какими-то забитыми, что ли. По крайней мере, смотрели на меня они чуть ли не испуганно.

– Я – Кали, четвертый курс, боевой факультет. А это Гана и Уля – второкурсницы-алхимики.

– Ната, – представилась я. – Первый курс, рунология.

Я забросила сумку, которую до этого смогла отыскать в руинах библиотеки, на свою койку.

– Ты первая заселилась? Мы тебя не видели, когда места распределяли, – спросила Уля, глядя на меня своими огромными испуганными глазами.

– Я тут и раньше жила.

– Одна что ли? – удивилась Кали.

– Так получилось, – пожала плечами я. Ну не объяснять же им все, к тому же внятную и логичную версию придумать было сложно. Мое проживание в этой комнате противоречило всем правилам Академии.

– То есть нестандартный замок и фанерка внизу – это все ты? – боевичка посмотрела на меня с каким-то уважением, будто что-то поняла про меня.

– Из-под двери очень дуло, кстати, от окон тоже.

– Мы завтра решим эту проблему, – кивнула все та же Уля. – Мы думали, что комната была нежилой, так тут было холодно.

– Я же первокурсница, еще ничего не умею. Руна обогрева не держится у меня дольше нескольких секунд, поэтому приходится как-то выживать так.

Вернее, руна у меня вообще никак не держится, я так и не начала ее тренировать. Но говорить всем, что я злостная прогульщица, совершенно не стоит.

– А… – хотела спросить Уля, но я ее перебила.

– Кали, а мы раньше не встречались? Такое ощущение, что я тебя где-то видела.

– Видела. Сегодня под утро в главном лектории, – усмехнулась та.

– Да?

– Я около второго окна стояла. И тебя я тоже видела, ты раненым потом помогала.

– Ты в главном корпусе была? – Уля округлила глаза.

– В библиотеке. Нас там чуть не растерзали, магистр Зеер в последний момент успел, – ответила я и растерялась, потому что третья наша соседка, Гана, в этот момент залилась слезами. Сначала тихо, а потом все больше распаляясь.

Уля кинулась к ней успокаивать, а я вопросительно взглянула на Кали.

– В комнату, где жила Гана, прорвалась одна из тварей. Четыре второкурсницы – две артефакторши, целительница и алхимик. Ни боевика, ни рунолога. Мутант растерзал двоих сразу, практически мгновенно укусил одну в шею и кинулся на вторую. Одна из артефакторов в тяжелом состоянии, неизвестно, выживет ли, а уцелела только Гана – кинула что-то ядовитое из своих запасов в тварь, а пока та вертелась, пытаясь стряхнуть жгущуюся жидкость, подоспели наши.

– Я думала, они… – я показала на алхимичек.

– Учатся в одной группе и вообще подруги, – тихо добавила Кали, – но жили в разных комнатах.

– Понятно, – я опустилась на кровать рядом с Ганой, было очень ее жаль. – Послушай, ты молодец, ты справилась, ты догадалась, как остановить тварь.

– Поздно догадалась, – шмыгнула носом та. – А девочки, они хорошие. Были. Мы вообще полтора года в одной комнате дружно прожили. Мы дружили, понимаешь?

– Понимаю…

– А я замерла! – продолжила она. – Просто замерла и не могла пошевелиться. Только когда эта мерзость начала Ану грызть, я вспомнила, что не выложила из сумки свою лабораторную работу. Мы всегда свои работы с собой носим, а то у нас на факультете ничего оставлять даже на минуту нельзя – украдут или испортят.

– Гана, ты сделала все, что могла, я в этом уверена. Ты не боевик и не обязана обладать таким же уровнем реакции. Тебя к этому не готовили. Так что не кори себя, ты сделала все, что могла. Ты – молодец, – я ей ободряюще улыбнулась, а она слабо, несмело, улыбнулась мне в ответ.

– Ты тоже молодец, – шепнула мне Кали. – Мы с Улей так и не смогли нужные слова подобрать, а она до этого несколько часов сначала просто сидела, уставившись в одну точку, а потом еще столько же ревела, что мы ее успокоить не могли.

– Это шок. У каждого своя реакция, – пожала плечами я. – Но одну ее лучше не оставлять пока.

– Я скажу Уле, чтобы присмотрела. Она, конечно, и так знает, просто на всякий случай.

– Вы ели что-нибудь?

– Столовая закрыта, но нам раздали еду. Вон твоя порция, – Кали указала на стол, на котором лежала булочка, явно покупная, и какой-то фрукт. – Чем богаты, как говорится…

– Спасибо, – я кивнула соседке. – А не знаешь, воду проверили, ее можно пить?

– Нежелательно. Мглой вода не заражена, но где-то на территории прохудилась труба и пока не ясно, не попало ли туда что-то.

– Понятно все, – я вздохнула. Пить, конечно, хотелось.

– Ты съешь валию, – Уля указала на фрукт. – Он содержит столько жидкости, что его специально берут в длительные путешествия, где нет питьевой воды. Думаю, нам тоже ее не просто так купили. Она мерзкая, конечно, на вкус, но зато жажду утоляет очень хорошо.

– Не знала. У нас их особо не было, – я пожала плечами. Хотя что там у нас, в смысле, в городе, где я появилась, было или не было – это вопрос открытый.

– Вы это еще будете проходить на боевой практике, – ответила Кали, – а алхимикам и целителям сам Грон велел в этом разбираться.

Кстати, интересно, они посвященные какого-то бога или нет. Боевичка – вполне вероятно, а вот алхимики – далеко не факт. Несмотря на явную близость их профессии с целительством, насколько я знаю, Ельбу они не особо жалуют.

Гана наконец успокоилась, я поела, а поскольку время было уже позднее и все устали и от нападения, и от переживаний, мы решили лечь спать.

Однозначно радовало то, что девочки оказались нормальными. Вроде бы. Кали даже хотела верхнюю койку занять, хотя как старшая могла бы этого не делать, но тут уже не согласилась я.

– Тебе надо спать внизу, ты же нас защищать должна, если что-то случится. А с верхней полки ты пока спустишься…

– Я и спрыгнуть могу, – ответила та.

– Вообще, Ната права, – впервые подала голос Гана. – Мне не сложно уступить тебе место, тем более что и раньше я спала наверху – привыкла уже.

– Точно нормально?

– Да, – кивнула девушка и ловко, словно обезьянка, вскарабкалась наверх, несмотря на весь ее вес.

– В принципе, вы правы, конечно, – пожала плечами боевичка, помогая перетаскивать уже застеленные постели.

Я надеюсь, что мое залезание на верхнюю койку выглядело так же легко, как у Ганы, но что-то мне подсказывает, что напоминала я совершенно другое животное, а именно, корову на льду. Отвыкла уже, ведь последнее время-то я внизу спала.

Мы переоделись, улеглись, и Кали выключила свет. Да уж, совершенно непривычно спать в одной комнате с тремя посторонними людьми. Благо, что девочки на первый взгляд адекватные и неплохие. Честно говоря, я боялась, что старшекурсница начнет зарываться. А учитывая то, что они все, по факту, для меня старшекурсницы, моя жизнь могла бы стать очень нерадостной. Хотя, казалось бы, куда больше-то?

Про свой новый дар я уже успела подзабыть. Он никак себя не проявлял с момента моего возвращения в общежитие. Тем больше я удивилась, когда меня шибануло удушливой волной горя, вины и страха.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы выстроить щиты, которые несколько раз срывались из-за силы эмоций. Но только после того, как все получилось, я смогла соображать нормально.

Большую часть этого эмоционального заряда, думаю, я получила от Ганы. Она ворочалась, видимо, не могла заснуть. Но на самом деле, этими чувствами было пропитано все общежитие.

Я не знала, сколько у нас погибло людей и сколько пострадало. Статистики, на момент моего прихода к Алеку, еще не было. Да и посчитают, наверное, только через пару дней – сейчас и более насущные проблемы есть. Хорошо хоть вспомнили, что людей надо кормить и поить.

И кстати, этот забавный фрукт – валия – вовсе не показался мне мерзким. По вкусу он был похож на грейпфрут, но более сочный и не нуждающийся в очистке. Мечта, короче, а не фрукт. А то, что местные ничего не понимают в еде – это я давно заметила.

Но возвращаясь к моим ощущениям… Я, конечно, не могла почувствовать все общежитие. Опытным путем мы с Зеером выяснили, что обхвата моего дара сейчас хватает максимум на семь-восемь метров. Потом дистанция может и увеличиться, но не факт. Какие-то отголоски сильных и концентрированных эмоций я чувствую и с большего расстояния, например, когда твари напали. Но сейчас такого и в помине не было.

Да, в общежитии кто-то не спал, переживал, горевал, но это не было чем-то массовым и концентрированным. Так что это либо Гана, либо кто-то на этаж выше или за стенкой. А может и все вместе.

Хотя, честно говоря, не знаю, может ли мой дар что-то ощущать через кирпичные стены. Через деревянные в доме у Алека может, а тут не факт.

Конечно, спать это все здорово мешало. Чтобы удерживать щит нужна концентрация, а чтобы сконцентрироваться нужно не спать. Как только я начинала дремать, защита падала, и я опять просыпалась. Но в конце концов, дар смилостивился над моим бедным телом и сам по себе отключился.

И я провалилась в блаженный сон, даже не успев порадоваться этому факту.