Глава 3 Где случаются новые знакомства и встречи

- Дорогой, о чем ты только думал! – нервный голос свекрови доносился из-за двери, благо, притворили её неплотно, а потому я получила чудесную возможность слышать каждое слово.

Нет, если бы я осталась в гостиной.

С чаем.

С… дорогой сестрицей Чарльза, что по-прежнему притворялась болезной, но эта болезность не мешала ей сверлить меня ненавидящим взглядом.

Чай остался на столике, родственницу я перепоручила сунувшейся было служанке – мол, не видите, бедняге дурно, скорее её надо упокоить, в смысле окружить покоем и заботой. И когда «молодую хозяйку» уволокли, я вот в коридор выглянула. Ну а дальше просто.

Иди на крик и не ошибешься.

Хорошо, что матушка в гостиницу отправилась. Чарли предлагал ей тут погостить, но вот как чуяла, что это он зря. Гостям здесь не обрадовались.

Особенно одной.

И Эдди с матушкой ушел. Правильно. У меня-то муж имеется, который должен обо мне заботу проявлять, а матушка одна. Вот только сейчас мне отчаянно хотелось оказаться там, в этой вот, пока неизвестной, гостинице.

А лучше дома.

Пусть тот был и старым, в ремонте нуждался, скрипел и вздыхал, но там… там я была своя. А тут? Я пощупала рукав платья. Жесткий. И… и выглядит оно так, что даже служанки смотрят с жалостью.

И брезгиливостью.

- У тебя были такие перспективы! – голос звенел, вызывая глухое раздражение.

Перспективы у него, стало быть.

А я ведь… я ведь говорила! И про перспективы тоже.

- Его императорское величество весьма благосклонно отнесся к моим предложениям…

- Мне жаль, - сухо ответил Чарльз.

- Жаль… Боже! Кто еще об этом знает? И знают ли… возможно, получится решить вопрос. Если вы не венчались в храме, то брак можно будет признать недействительным на основании…

Сердце болезненно сжалось.

- Нет.

- Чарли!

- Мама, пожалуйста, послушай меня. Я понимаю, что тебе кажется, будто ты лучше знаешь, как мне жить. И что делать. И на ком жениться. Но это не так. Я уже не маленький.

- Чарли… - теперь я едва расслышала.

- Я сделал свой выбор.

Сердце все-таки забилось. И радостно так.

- Милисента – удивительная женщина. Я таких не встречал.

Еще более радостно.

- Она умная. Открытая. Честная.

- Боги… ты все-таки влюбился!

- Это плохо?

- Нет, нет, но… любовь мешает мыслить здраво. Кроме того, дорогой, она проходит. Сегодня ты восхищен настолько, что в упор не видишь недостатков. А завтра? Что будет завтра?

- Мы уедем.

- Что?! – а теперь я поняла, что уехать будет не так и просто. – К-куда?

- В Город Мастеров.

- Куда?! – с куда большим выражением повторила матушка Чарли. – Какой город?

Мне показалось, что она едва сдерживается, чтобы не добавить пару слов покрепче.

- Знаешь, почему-то мне кажется, что тебе бы понравилось там.

Вот в этом я весьма сомневаюсь.

- Интересное место. Очень. И с перспективами. Тебе ведь нужны были перспективы?

- Тебе тут перспектив мало?!

- Мама!

- Чарли! Просто выслушай… ты уехал, никому ничего не сказав! А теперь вернулся.

- Извини.

- Нет, я не то хотела сказать. Я очень рада… я просто-напросто безумно рада, что ты вернулся. Я так боялась, так волновалась! Я едва не слегла…

И снова я не поверила. Пусть матушка Чарли выглядела хрупкой, как и подобает истинной леди с востока, но стальная струна тоже тонкою кажется. А поди-ка разорви.

- Сначала один ребенок, потом второй… - теперь голос сделался плаксив. А в коридоре показался мрачный человек в ливрее. Он выразительно нахмурился, явно намекая, что благовоспитанные леди не подслушивают.

Так то леди.

И я показала человеку кулак. А потом, для надежности, и револьвер, который взяла с собой. Тот и убрался. Понимающий.

- И когда я получила письмо… а потом меня пригласил Его императорское Величество… - это было сказано с придыханием. – И сообщил, что ты возвращаешься. И не просто… тебя представят к ордену. Или к медали? Я так и не поняла толком, но совершенно точно наградят! Ты можешь войти в Совет, особенно теперь, когда мой отец… скоропостижно скончался.

Ага. Скоропостижней некуда.

Помню.

- Там какие-то еще проблемы возникли… Император намекнул, что, если ты заявишь права на наследство, он поддержит.

- Нет.

- Чарльз! Ты стал таким… непримиримым.

И это не похвала. Ну, если тону верить.

- Мама, ничего хорошего там не будет. Если я впрягусь в дележку наследства, я в ней погрязну. Да и тебе мало, что ли?

- Я думаю о будущем!

- Я тоже. И поверь, будущее без этих дрязг видится мне куда более радужным.

- Но все-таки… твоя жена… она… как бы это сказать…

Прямо.

Не нравлюсь.

Категорически. И… и не понравлюсь.

- Несколько отличается… от прочих девушек. Я не сомневаюсь, что она… весьма достойная особа.

У меня челюсти свело от нехороших предчувствий. Гадости говорить будут. Такие от… гадостные, но щедро приправленные вроде бы как заботой.

- Но в обществе ей будет сложно.

- Понимаю. И надеюсь, что ты поможешь Милисенте.

- Несомненно.

Ага… обещала лиса за курятником приглядывать.

- И все же… возможно стоит… поискать варианты.

- Нет, мама, - я даже представила, как Чарли головой качает. Устало. И упрямо. – Никаких вариантов. Даже если бы мне в голову подобная мысль взбрела, то… не выйдет. Этот брак заключен не на словах.

Я вспомнила силу. И храм. И… и все сразу.

- Ты… ты решился на обряд?!

- Скорее уж так получилось.

- Чарли… ты понимаешь… Боже, как же я устала… это не отменить! Хотя, конечно… не обязательно ставить в известность общество. Просто не поймут. Да, совершенно не обязательно… у нас есть поместье за городом. И твоей сестре в её положении полезен будет свежий воздух. А твоя супруга получит время… привыкнуть. Я найму учителей.

- Неплохо бы. Я тут уже отписал Фарману.

- Фарману?!

- Он отличный маг.

- Да, знаю, но… зачем?

- Милисенте нужно работать над контролем. Да и в принципе не мешало бы внимание уделить. У нее очень яркий дар.

- Дар? Еще и дар… дар – это многое объясняет. Огонь?

- Именно.

- И если передастся детям, а после обряда иного быть не может… роду это пойдет на пользу.

Так просто? Она узнала про мой дар и резко подобрела? Что-то вот… сомневаюсь. Крепко. Скорее уж поняла, что спорить с Чарли – дело бесполезное. И тогда… тогда надо готовиться.

Знать бы еще, к чему.

- …Фарман – это несколько чересчур. Боевик. И слухи пойдут… Боже, они и так пойдут, а если еще и Фарман… нет, нужен кто-то более… более нейтральный. В конце концов, есть же ограничители.

Вот сама их пускай и таскает.

- Ты знаешь, это не безопасно для здоровья.

- У этой девицы столько здоровья, что на нас всех хватит, - не сдержалась матушка. А я подумала, что спать буду с револьвером.

И подарочек одной темнокожей сиу далеко убирать не стану.

Не то, чтобы я и вправду собираюсь, но вот… перспективы, они ведь разными бывают.

- Нет.

- Ладно… но контроля хватит. Ты же не собираешься отправлять её на… куда там? Не знаю, главное, ей ни к чему боевые заклятья. Это в конце концов, не безопасно!

Вот… вот чую, придется мне самой учиться. Главное, Чарли молчит. И матушка его знает куда лучше, чем я. Плохо… все очень и очень плохо.

Не надо было вовсе сюда соваться.

Что мешало в городе остаться?

- И в поместье ей будет удобнее. Наймем кого-нибудь присматривать… скажем обществу, что у девушки адаптация. А там, глядишь, беременность наступит, и будет не до выездов.

- Мама, мне кажется, ты несколько спешишь.

- Наоборот, Чарли. Это ты поспешил. А я лишь пытаюсь как-то все это… успокоить. Нам ведь не нужны досужие разговоры. И о сестре подумай. Эти сплетни сильно ранят её. Ей тоже необходим покой.

Я отступила.

И… что делать? Бежать? От чего? Ничего ведь не случилось. Да и вовсе… запереть меня в поместье? Она и вправду думает, что я там засяду и сидеть буду, вся такая послушная?

А Чарли?

Станет наезжать да детишек делать, род укрепляя?

Хрена с два!

Я им не нежная восточная барышня и… и мне есть куда вернуться. Эдди, он ведь примет. И защитит. Только вот горько отчего-то, что я только-только приехала и уже всерьез раздумываю, как буду защищаться. И от кого?

От человека, которого люблю?

А чай остыл.

Поганый у них тут чай. Слабенький. И травой воняет.

Сидела я не сказать, чтобы долго. В гостиной появился Чарли, изо всех сил пытавшийся казаться радостным. Но то ли я понимала, что радоваться ему не с чего, то ли у самой настрой был поганый, то ли изучить успела.

- Может, тоже в гостиницу? – предложила я, отставив чашку с нетронутым чаем.

А к нему даже куска хлеба не предложили.

Тоже мне, цивилизованные люди.

Чарли вздохнул и покачал головой:

- Слухи пойдут.

- И? – вот с чего все так слухов бояться. Ну пойдут. Ну и пускай себе идут. Мне-то с них что?

- Это репутация. Не только моя, но и рода, и наших детей. Возникнут вопросы. Сомнения.

А то так они не возникнут. Но ничего, молчу. Пялюсь в чай. А есть охота… тут вообще кормят? Небось, при гостинице ресторация имеется. Или хотя бы выйти можно, поискать какую таверну, чтоб не совсем поганая.

- Матушка завтра уедет, - спокойно сказал Чарли.

- А я?

- Подслушивала?

Я пожала плечами. С чего отрицать очевидное.

- Дурная привычка, - покачал головой Чарльз, но как-то так, без раздражения, скорее с усталой обреченностью.

- Зато полезная.

А то бы сейчас дальше сидела наивною дурой, ожидая, когда ж меня в семью примут. Теперь-то точно знаю, что не примут. Даже если наизнанку вывернусь и чешуей покроюсь. Стоило про чешую подумать… нет, нет, только драконьего обличья мне и не хватало.

- Матушка – женщина сложная. В свое время она… нашла в себе силы пойти против воли отца. И из семьи ушла.

Знаю.

- И так уж получилось, что весьма долгое время ей пришлось самой заниматься. Домом. Детьми. Делами.

- А твой отец?

- Он служил.

За тридевять земель? Хотя, чего это я… мой папаша вон тоже был таким, что лучше б вовсе не был. И мама, если подумать…

- Она хорошая, умная женщина. Но привыкла управлять. Семьей, делами…

- Тобой.

- И мной. Ей нужно будет время, чтобы принять изменения.

Или изменить их под себя. Но опять же, пытаюсь быть мудрой, как мама велела, и помалкиваю. Слушаю вот.

- Она устроит Августу, и вернется, чтобы помочь тебе.

- Как-нибудь…

- Не спеши. Может, она и не слишком рада, но когда речь заходит о семье, она сделает все возможное, чтобы тебя приняли в свете. И подскажет.

Он и вправду такой наивный?

- Тебе ведь нужен будет гардероб, а я понятия не имею, что сейчас носят. И еще знакомства. Визиты. Ты не можешь ходить одна.

- А с тобой?

- Боюсь, мне еще предстоит держать отчет перед Императором. И не только. Все-таки дело это… - Чарльз покачал головой. – Слишком…

- Гнилое?

- Многих затронуло. Сколько отсюда было вывезено девушек? И каких? Возможно, кого-то ищут. Или нет… случались ведь скандалы, и будут обиженные родственники, особенно, когда узнают, что имело место воздействие.

И эти самые родственники захотят получить головы воздействовавших. А главное, на Змееныша все не свалишь.

Змееныш не успел бы везде.

И стало быть, есть кто-то, кто девушек искал.

Выбирал.

Перевозил.

Не так-то это и просто.

- Я маму могу попросить, - все равно мысль о том, что придется тесно общаться с дорогой свекровью совершенно не радовала. – Она с гардеробом поможет.

- Вряд ли. Прости, не хочу никого обидеть, но твоя матушка слишком долго прожила на краю мира. И вряд ли в курсе последних… как это… тенденций.

Ну и хрен ли с них?

- Да и ей тоже надо бы собой заняться.

- Эдди…

- Милли, - Чарльз глянул с упреком. – Еще немного, и я решу, что ты боишься.

Я?!

Боюсь?!

Да нисколько! У меня револьвер есть. И две дюжины ядов сложного состава. Мне ли бояться… нет, не боюсь. Так. Слегка опасаюсь.

Свекровь все-таки.

- Вот и славно, - Чарли коснулся губами щеки. – Все будет хорошо.

Мужчина. Да что он в женщинах понимает!