Глава 28

Я дёрнулась, стараясь сбросить с себя магические путы. Я старалась сделать всё возможное для того, чтобы освободиться. Только Альваро дёрнул рукой, разворачивая меня к себе, и я увидела едва заметную золотую тонкую нить, которая была у него на пальцах. И когда он дёрнул рукой ещё раз, меня чуть ли не приподняло в воздух, заставляя повиснуть на этой магической удавке.

— Я считаю до трёх. Раз.

Я стиснула зубы покрепче, так, что скулы проступили.

— Два.

Он сделал шаг назад, усмехнулся, глядя на мою непокорность, и провёл ладонью по волосам.

— Три, Айра. — Коротко брошенная фраза заставила меня задохнуться.

Я попыталась хватануть губами воздух, но ничего не вышло. А Альваро, развернувшись, двинулся в сторону дома. Я старалась зацепиться пальцами хоть за что-нибудь, за дверцу кареты, не знаю. Но вскоре поняла, что я просто бьюсь в агонии, настолько сильной, что не могу ничего поделать. Мне кажется, у меня даже губы посинели, а ноги подломились.

В какой-то момент я упала на пыльную тропинку и пыталась ногтями содрать с шеи удавку, которая по мере того, как отдалялся Альваро, давила всё туже и туже.

Альваро дошёл до особняка, развернулся, взмахнул рукой, дёргая меня, как собаку на поводке.

Я поздороваюсь с его шлюхой так, что ей это приветствие поперёк горла встанет, козёл.

И как только эта мысль проскочила у меня в голове, удавка ослабла, но не исчезла. Я с трудом поднялась с тропки, цепляясь пальцами за гладкий бок кареты. Открыла дверь.

— Идёмте. — Произнесла дрожащими губами, которые тут же растрескались.

Катарина, ошалев от ужаса, перехватила Дарину, и они вылезли из кареты. Я взяла их за руки и повела в сторону дома.

Когда оставалось до каменного крыльца больше десяти метров, я прикрыла глаза.

— Катарина, зайдите в дом через террасу и поднимитесь сразу в мою комнату. Дверь закройте изнутри.

— Хорошо, мам. Но если…

— Катарина, пожалуйста.

Дочка поспешно кивнула и, сжав сильнее ладошку младшей, двинулась в сторону. А я, едва переставляя ноги, двигалась к входной двери. Госпожа Рауш стояла в прихожей. Беатриса, бледная, с дрожащими губами, выслушивала что-то от Альваро, не сводя взгляда с его любовницы.

— Рада приветствовать в поместье Шантильи — практически природный заповедник и место многочисленных магических жил. — Произнесла я с сарказмом, склоняя голову к плечу.

Госпожа Рауш постаралась сделать книксен, но из-за живота ей это не удалось.

— Распорядок дня в поместье Шантильи строится по правилам светского этикета. — Сквозь зубы проговаривала я нарочито высокомерно. — За завтраком надлежит быть в полном туалете. Обеды проходят в районе двух часов дня. А после ужина принято играть на клавесине. — И бросив взгляд на Альваро, мысленно добавила: а кому-то на чьих-то нервах. — Рада приветствовать вас, госпожа Рауш, в поместье Шантильи. Надеюсь, вам, как подстилке моего мужа, не составит труда приноровиться и к моим требованиям.

Развернувшись, я резко пошла в сторону лестницы и услышала хриплый рык.

— Айра!

Схватившись пальцами за перила, я немного развернулась и прожгла Альваро взглядом.

— И чтобы у тебя всё было прекрасно, дорогой мой супруг: и хромота на левой ноге, и плешь, появившаяся не так давно!

Альваро дёрнулся, взмахнул рукой, желая дотронуться до волос, а потом зарычал так, что стекла задрожали.

— Альваро. — Тихо произнесла Ясмина, стараясь остановить его.

Но куда уж там.

— Если ты не прекратишь…

Я сложила руки на груди и посмотрела на него тем самым взглядом, которым говорила, что каждый сам кузнец своего счастья. И только что господин Кортес показал, что владеть тиглем абсолютно не умеет.

Когда я оказалась в своей спальне вместе с девочками, то долгое время стояла напротив зеркала, пытаясь сковырнуть удавку силы, которую на меня накинул Альваро.

Я его придушу ночью!

Честное слово!

Проберусь в его спальню и придушу подушкой. Положу на лицо, а потом сверху сяду.

Да, наверное, будет так.

Я понимала, что надо уезжать. А ещё я понимала, что это не только побег. Это обоснованная причина, почему я так поступаю.

С одной стороны — появление любовницы в поместье Шантильи было даже на руку. С другой стороны — она только мешалась. Она же начнёт стучать и наушничать. А мне и так двух соглядатаев было достаточно.

Я не понимала, для чего Альваро нужно, чтобы все его наследники были под одной крышей. Не понимала. Но меня трясло настолько, что казалось, будто бы у меня жар. Я несколько раз провела ладонью по щекам, смахивая с них бисеринки пота.

— Мам, у тебя всё хорошо? — Спросила Катарина, зайдя в ванную комнату.

— Да. Почему ты интересуешься?

— Ты бледная, как полотно. И очень, очень странная.

— Нет, всё хорошо.

— Тётушка хочет поговорить. — Опустив глаза, произнесла Катарина.

И когда я вышла, Беатрис замерла на пороге. Я качнула головой в сторону гардеробной и, оставшись с тёткой Альваро наедине, прижалась спиной к полкам. Меня знобило.

— Вы можете это снять? — Коротко спросила я, задирая подбородок.

Я прекрасно знала, что Беатриса, владеющая магией, прекрасно разглядит на коже золотую удавку. Она опустила глаза и покачала головой.

— У меня никогда сил не хватит переплюнуть заклинание племянника.

— Я должна уехать с детьми.

— Да. — Кивнула головой Беатрис. — Я понимаю.

— Зачем он её притащил?

— Я не знаю.

Я тяжело задышала и посмотрела на тётку Альваро другим взглядом — заложница ситуации. Вместо того, чтобы наслаждаться своей безбедной жизнью, не обременённой ни мужем, ни детьми, она обязана следить за сумасбродной жёнушкой племянника и её двумя детьми. А теперь ещё и привечать в доме шлюху.

Я тяжело задышала, и Беатрис, шагнув ко мне, перехватила мою ледяную ладонь.

— После полуночи, Айра. — Она опустила глаза. — После полуночи я попробую вас вывести. Я не знаю, куда вы направитесь из поместья Шантильи.

— Но это непонятное «где-то» будет однозначно лучше, чем под одной крышей с предателем и его девкой.