Глава 11

– Что-что? – переспросила женщина по ту сторону телефонного звонка.

– Говорю, ваша дочь попала в аварию, – терпеливо повторил Святов.

Повисла пауза. Герман даже трубку от уха отодвинул, чтобы убедиться, что звонок все еще длился и его собеседница не бросила трубку. Она была на связи. И молчала, словно вспоминая, что у нее есть дочь.

– Она… мертва? – ее голос прозвучал так, словно она спрашивала о посылке, которую потеряли, хотя Святов подозревал, что тогда она была бы более эмоциональной, чем сейчас.

– Нет, она жива. Но ей требуется помощь.

– Кхм… деньги?

– Было бы неплохо.

– Вряд ли я смогу помочь.

– А вы… ей бы пожить где-то. С дочерью.

И снова пауза. Тяжелая и гнетущая. Герман уже знал, что ничего не получится, но все равно упорно ждал. И не понимал, почему женщина, имевшая дочь, так равнодушна к ее судьбе.

– Простите, но… вряд ли я смогу помочь.

Снова эта фраза. И пауза. Очередная.

– Ваша дочь нуждается в помощи! – с нажимом произнес Святов и услышал резкие гудки.

Она все-таки бросила трубку! И когда он перезвонил, ему ожидаемо ответил сухой механический голос “аппарат абонента выключен…”.

Святов стоял перед входом в больницу. И не знал, что делать.

Теоретически, Аню можно было оставить в клинике минимум на неделю, но вот с девочкой… с девочкой была проблема. Он не мог ее так надолго оформить в отделение, вчера ему пошли навстречу, но сегодня и дальше… такой возможности точно не было. Но и отпускать ребенка к отцу-пропойце нельзя. Да и не согласится так ее мать. В общем, с какой стороны Герман не старался подступиться к ситуации, выхода не было. Кроме одного, который он все гнал от себя, словно назойливый кошмар.

И все же, зайдя в больницу, поднявшись на нужный ему этаж и зайдя в палату, Герман неожиданно понял, что решения больше нет. Кроме одного единственного. Но это до него дошло уже после того, как он остановился, словно вкопанный, прямо на пороге, и залюбовался открывшейся ему картиной: мирно посапывающей девушкой с разметавшимися по подушке волосами и ее дочкой, смешно подложившей под щечку кулачок.

Святов не знал, сколько прошло времени с того момента, как он зашел до того, как встретился взглядом с резко проснувшейся пациенткой. Она будто почувствовала, что за ней смотрят. И тут же, увидев его взгляд, стушевалась и натянула одеяло повыше. До самого подбородка.

– Простите, я…

– Это вы простите, – сдавленно произнесла Аня. – Мы уснули после процедур и…

Она попыталась встать, но тут же поморщилась и Герман, не минуты больше не сомневаясь, подошел к кровати, схватил стул и, поставив его напротив, сел, уставившись на нее.

Он понимал, что смущает ее, но и выдать сразу все, что было у него в мыслях, не мог. Медлил отчего-то. Думал над чем-то. А затем одним махом выдал:

– Я забираю вас к себе.

Выражение ее лица нужно было видеть. Сначала округлились ее глаза, затем буквой “о” вытянулись губы, а потом порозовели щеки. И так это было искренне и правильно, что Герман невольно залюбовался. И улыбнулся даже.

– Я… вы… в каком смысле?!

Она была то ли ошарашена, то ли возмущена, то ли озадачена. Герман никак не мог понять, какие же чувства испытывала женщина, которую он умудрился сбить в новогоднюю ночь. И не мог понять. Она была для него закрытой книгой, которую неожиданно хотелось открыть. И прочитать. Открывать страница за страницей.

От собственных мыслей стало не по себе. Впервые он почувствовал некую заинтересованность и тут же приказал себе выбросить эти мысли из головы. Ничего хорошего у них в итоге не получится. Потому что Герман не собирался заводить семью. Да и вообще никого не собирался заводить. Он отлично справлялся сам. Даже любовница ему была не нужна.

– Не поймите меня неправильно, но дочь вашу оставлять здесь больше нельзя.

Она активно закивала и не дала ему договорить.

– Мы уйдем сегодня. Еще вчера должны были…

– Вам некуда идти! – Святов отчеканил резко, но правильно ведь сказал. – Ваш муж… он вряд ли сможет позаботиться о вас. Более того… – Он резко замолчал, но все было понятно и без слов.

Аня кивнула, будто соглашаясь, но гордо задрав подбородок, все же ответила:

– Нет. К вам я не поеду.