Глава 15. Саша

Лёша и дядя проводят ещё немного времени с Аней, а затем начинают собираться, потому что устали с дороги. Я выхожу на улицу, чтобы проводить их. Лёгкий ветерок нежно касается кожи, даря успокоение. Дядь Серёжа смотрит на меня и переминается с ноги на ногу. Он несколько раз открывает и закрывает рот, словно хочет что-то сказать, но не решается. Снова желает повторить, какой Даниил плохой? Но мы ведь совсем не знаем его, и он помог нам. Если бы Олег больше рассказывал о своём брате… А делать выводы только из-за того, что они не общались и не изображали семейную идиллию, нельзя.

— Гони этого козла подальше от себя! Видно же по его роже, что ничего хорошего от него ждать не стоит! — говорит Лёша с отвращением в голосе.

Он ревнует. Мне кажется, что он увидел в Данииле соперника и просто-напросто ревнует. Мужчина ведь видный, да многие девушки кидаются на таких, как Даниил. Его можно легко фотографировать для обложек глянцевых журналов. Вот Лёшка и взъелся на него.

— Будь осторожна, Сашенька! — обнимает меня дядя. — В случае чего звони. Я пока в городе и примчусь в любое время дня и ночи. Буду думать, как обезопасить вас с Аней. Может быть, получится вывести нужную бандитам сумму из какого-то направления. Я посмотрю.

Дядя обещает помочь, но мы оба знаем, что у него не такой прибыльный бизнес, и если он вытянет из капитала полтора миллиона, то сам сядет на мель. Жена точно не простит его за это.

Я киваю. Они оба садятся в машину, и Лёша бросает на меня прощальный взгляд, а затем заводит мотор и с рёвом выруливает со двора.

Я сжимаю телефон в руке, не решаясь позвонить Даше.

Есть ли у меня какой-то выход?

Мне нужны деньги… Много денег…

Принять их от Даниила я не могу, потому что он очень чётко обозначил свою позицию — он станет хозяином дома, когда выкупит закладную. И я останусь ни с чем. Мы с Аней останемся на улице. Вряд ли Даниил захочет и дальше изображать благотворителя. Он вырос в этом доме, и если не поделил наследство с Олегом, после смерти их родителей, то, что мешает ему сделать это сейчас?

Я прикусываю губу и набираю номер телефона подруги.

— Дашь, привет! — сразу начинаю я, решив, что если не скажу всё сейчас, то потом не смогу. — Я к тебе по поводу работы… Помнишь, ты говорила об агентстве по эскорту, которым занимается твоя сестра?

— Привет, Шура! Помню! А что ты вдруг вспомнила о нём? Неужели созрела? — удивляется подруга. — Просто ты же говорила, что это можно сравнить с проституцией.

Я действительно сболтнула нечто подобное, и Дашка тогда сильно обиделась на меня, заявив, что она таким бы точно не стала заниматься. А потом она рассказывала, что с клиентом всё-таки провела ночь, но чисто по своей инициативе, потому что не мужик попался, а мечта.

— Говорила… Но теперь передумала. Мне срочно нужна крупная сумма. Речь о больших деньгах, и если твоя сестра сможет найти мне заказчика… двух… трёх… Я буду благодарна.

Даша молчит какое-то время, а потом зевает. Наверное, я разбудила её. Я виновато поджимаю губы и хочу извиниться, но она тут же вздыхает.

— Ну… Заказчика-то найти можно… Двух и трёх тоже… А ты уверена, что потянешь? На приёмах нужны роскошные уверенные в себе женщины, если ты будешь зажиматься, то всё провалишь…

— Я уверена, Даш! Ну так что? Ты поможешь мне? — я нервничаю и понимаю, насколько неправильно всё это выглядит и звучит, но ничего не могу поделать.

Деньги нужны мне в течение недели.

— Конечно! Сейчас отправлю ей твою фоточку и спрошу, что она может предложить. Будь на связи. Скорее всего, уже к полуночи будет первая рыбка.

Я с облегчением выдыхаю, благодарю Дашу и говорю, что расскажу всё о своих проблемах как-нибудь при встрече, потому что на крыльце появляется Даниил.

Отключив телефон, я смотрю на мужчину.

— Почему Аню оставил? — спрашиваю у него.

— Веснушка, я в няньки не нанимался… И в любовники тоже. Ещё раз решишь прятать меня в шкаф, я возьму тебя туда с собой. И поверь мне, ты сгоришь от стыда, когда узнаешь, что там можно не просто прятаться, но и приятно проводить время!

У меня краснеют щёки и кончики ушей. Я отвожу взгляд в сторону и снова скрещиваю руки на груди.

Дьявол!

Научусь ли я когда-нибудь не выдавать с потрохами своё смятение?

Даниил ведёт себя слишком раскованно для родственника, с которым я знакома какие-то сутки. И его уверенность в себе раздражает даже сильнее, чем Лёшино поведение.

— Расскажешь, какие виды на тебя у твоего братца? У вас с ним что-то есть? — чуть вздёргивает подбородок Даниил.

— С Лёшей? Нет. У нас ничего нет, и если тебе будет так спокойнее — он не родной сын дяди Серёжи. Он с малых лет рос с ним, и тот считает его своим сыном, но на этом их родство заканчивается.

— Так же как и наше с тобой, — цедит Даниил.

— При чём тут наше с тобой? — не понимаю я.

— Да так… Пытаюсь просто понять все эти спутанные родственные связи… Но голова кругом, уж прости… А ты знаешь человека с фамилией Добрынин?

Сердце пропускает удар за ударом.

Зачем он спрашивает эту фамилию?

— А к чему это имеет отношение? — задаю Даниилу встречный вопрос.

— К убийству моего брата и его жены, — отвечает он, и я готова прямо на этом месте провалиться сквозь землю.

Дядя не убийца. Он бы никогда не смог так поступить, потому что любил мою маму… Они были так близки с ней… Он бы никогда на это не пошёл.

Или всё-таки?..

***

Анютка сегодня наигралась и почти не спрашивала о родителях. Она много болтала с Даниилом за ужином и уплетала пиццу за обе щёки. У неё было так много впечатлений за этот день, что она рухнула на кровать после душа и моментально заснула. А я всё не могла избавиться от гнетущих душу мыслей. Мог ли дядя оказаться замешанным в убийстве? Или просто Даниил пытается настроить меня против родственников? Знал ли он фамилию дяди Серёжи?

Телефон вибрирует, когда я уже хочу лечь, и я смотрю на экран. Даша скинула фото симпатичного мужчины. Ему лет сорок пять, если не больше, и ему нужно сопровождение на благотворительный ужин.

Мурашки пробегают по коже, стоит мне только вспомнить вопрос Даши — справлюсь ли я.

Сама не знаю, смогу ли позволить взрослому мужику прикасаться ко мне… Мне даже от мыслей об этом становится противно, а что будет на встрече?

Набираю подруге сообщение.

Я: «Сколько он платит?».

Даша онлайн, и она быстро принимается строчить мне ответ.

Дашка: «Четыреста, но пятую часть забирает сестра. Комиссия агентства».

Я поджимаю губы. Мне бы сейчас полную сумму, без комиссий…

На секунду появляется мысль попытаться взять кредит, но я тут же отметаю её. Мне нельзя влезать в долги. Даже если какой-то банк и даст деньги под бешеный процент, мне не с чего будет возвращать долг. И мне могут не одобрить опеку над сестрой, если на мне будет числиться задолженность.

Я: «Я в деле».

Противно становится от собственной решимости отдать себя чужому человеку, но я пытаюсь успокоиться. Всё будет хорошо. Это просто сопровождение, за которое заплатят хорошие деньги. От меня не просят большего, а сама я на это больше не пойду.

Дашка: «Тогда завтра приезжай подписать договор, как раз познакомишься с условиями. Кстати, Аньку привози, мама уже соскучилась по ней и завтра у неё как раз выходной».

Я отправляю Даше улыбающийся смайлик и падаю на подушку. Глаза пощипывает от наворачивающихся на них слёз. Я не хочу превращаться в продажную куклу, но, по сути, мне и не оставляют другого выбора.

Оставив сестру ненадолго одну, я решаю принять ванную, чтобы немного расслабиться, потому что в голове царит самый настоящий хаос. Я думаю о том, как посмотрела бы на меня мама, узнай она, на какую именно аферу решила пойти её дочь. Она бы сгорела со стыда за меня…

Потихонечку выхожу из комнаты, оставив дверь приоткрытой, чтобы услышать, если Аня снова начнёт плакать от кошмаров, и на цыпочках иду в ванну.