Глава 11

О том, что моими спасителями станут черный монстр, наш бородатый сосед, и, за компанию с ними, новый ухажёр моей тёти, я не могла даже предположить.

Но так и вышло.

Даня хоть и не дорос до размера породистого ньюфаундленда, но всё равно смог доказать своре кто здесь самый большой и злой.

Если бы наше знакомство с этим псом началось с той сцены, которая развернулась на пригородной дороге на небольшом участке, освещённом фарами двух машин, то я бы никогда не рискнула бы подойти к нему ближе чем метров на пять, а то и десять.

Когда вожак стаи бездомных собак решил наброситься на Даню, тот не струсил. Гены предков сработали на автомате, и судьба вожака была предрешена, тот ведь даже если и знал, что, атакуя, оставлять открытой шею нельзя, всё равно не смог увернуться от раскрытой черной пасти.

Что до Дани, его лохматость была его дополнительным преимуществом.

Два больших пса сцепились в клубок!

Схватка, на самом деле, была скоротечной, но для меня показалась безумно долгой.

Её финал я не увидела, так как дерущиеся сместились с освещённого участка. Собаки, что до этого ходили кругами вокруг моей машины, переместились в первые ряды зрителей и ушли с дороги, открывая мне пути к бегству. То есть, если бы я в этот момент могла думать, а не переживать за любимого лохматого соседского монстра, то вышла бы из машины и нашла ключи.

Я этого не сделала.

Это сделал бородач. Но ключи он нашёл случайно, наступив на них, идя к моей машине.

Он открыл водительскую дверь и попытался вытащить меня из салона.

Закрытые двери и полностью поднятые стекла приглашали собачий лай, но когда водительская дверь открылась, я оглохла! Это ввело меня в ступор, и я неосознанно противилась даже мысли покинуть автомобиль.

— Вера, пересядь — услышала я приказ.

Мужчина перестал меня тянуть наружу и попытался сесть за руль. Смог он сделать это с трудом, лишь после того как я, прижимая Мультяшу к груди, выполнила его приказ. Да к тому же ему пришлось отодвинуть водительское сиденье до упора назад.

Вертя ключи в руке, он порезался об острый край, разбившийся брелока.

На это сначала никто не обратил внимание.

Хоть машина и стояла долго в гараже, аккумулятор на ней был новый и она завелась с первого раза, несмотря на то что простояла с включенными фарами и аварийкой с час не меньше. Новый водитель успешно сдал назад и увеличил расстояние между машинами.

— А Даня — вопрошала я.

— Вот за кого, а за него можешь не переживать. Ему это только в радость — "успокоил" меня хозяин ранее вполне дружелюбного животного.

(Ну по крайней мере я так раньше считала)

— Неправда он добрый. Если вся свора на него наброситься ему понадобится помощь — пыталась я достучаться до этого бородатого чёрствого чурбана.

— Дане? Помощь? — рассмеялся он — это другим помощь понадобится, а ему нет! Вон смотри, идёт царь зверей!

И в правду с обочины на дорогу вышел ещё более лохматый, чем обычно, черный пёс. Хотя сейчас он был не чисто черный я для себя, все остальные оттенки его шерсти определила, как просто грязные — обочина мокрая, вот и испачкался.

(Все помнят, что я боюсь вида крови?)

Первым порывом было выйти и убедиться, что пёс не сильно "испачкался", но страх, что там в темноте, за пределами освещенной дороги, могут ещё быть другие собаки меня остановил.

Как, впрочем, и слова Ильи.

— Вера, сиди на месте. Домой приедем и там обменяетесь любезностями.

Я не прокомментировала его слова. Молча смотрела как Юра открыл пассажирскую дверь, запуская собаку на заднее сидение и сам сел за руль автомобиля Широкова.

В этот момент у того самого Широкова зазвонил телефон.

Он ответил на звонок наблюдая как впереди стоящий автомобиль разворачивается на 180 градусов и едет в сторону коттеджного посёлка.

— Да жива и относительно здорова, внешне повреждений нет. Да сразу в гараж, а Даню под шланг, проследи чтобы в дом не вломился. Салма убьёт его если он в гостиной ковёр кровью испачкает.

Отдав указание, он отключился и дальше мы ехали молча. Желания разговаривать с тем, кто только что говорил обо мне, как о… о "относительно здоровой" не было, от слова совсем. Кто такая Салма мне не требовалось объяснять, а то что она печётся о чистоте ковров, так это её работа. Так что да, за пятна на белом ковре в гостиной она три шкуры спустит и ещё не известно кому больше достанется лохматому или бородатому.

— Что с телефоном? — нарушил молчание бородатый, уже на въезде в посёлок.

— Батарея села — ответила я.

— А ключи как умудрилась потерять? Зачем вообще останавливаться на ночь глядя посредине дороги? Что так не в терпёж было? И зачем обязательно искать приключения на свою задницу?

И вот если бы он просто спросил!?

Так нет, он меня отчитывал как малое глупое дитя! Стало так обидно, что я решила, нечего мне перед ним оправдываться!

— Не твоё дело! — зло рявкнула и успокоила собаку, которая отреагировала на изменение моего настроения и голоса — всё хорошо, Мультяша, мы уже почти дома.

На мой грубый ответ я ожидала услышать новые умозаключения бородача, по факту моей неразумности и задницы, но у него снова зазвонил телефон. Он ответил на вызов и передал мне трубку.

— Это тебя.

На том конце виртуального мобильного провода была взволнованная тётя.

— Веруся, что случилось? Что эта ещё за история со сворой бездомных собак? Как? Что?

— Крёстная, со мной всё хорошо — перебила я этот нескончаемый поток вопросов — мы уже приехали. Вот уже практически у наших ворот.

Мы и в правду уже были у знакомых ворот, которые были открыты.

Въехав на участок тёти, Илья остановился, заглушил машину и демонстративно отдал мне ключи. Вот тут я и заметила, что от сердечка с разноцветными камушками внутри остался лишь один кусочек стекла, стойко держащийся на связке ключей.

Мы всё ещё оба были в машине, и секунды превратились в вечность. Я смотрела на сломанный брелок с каплями крови на срезе, он поранился и не обратил на это внимание. Сердечко разбилось, что должно было причинить ему боль, но этого не случилось. Он даже не почувствовал пореза.

Глаза заслезились, попыталась проморгаться, но поняла что сдержать слезы не смогу.

Да это глупо, но это было так символично.

— Вера, это просто брелок — снова с укором сказал мужчина.

— Это было моё сердечко — вырвалось само, голос дрожал.

— Вера я не специально на него наступил, так получилось. Я не хотел его ломать.

"— Отчего же ты просто профессионально это делаешь!" — подумала, но славу богу, не озвучила это в слух.

— И потом оно могло разбиться ещё когда ты его уронила.

— Ну конечно, по-твоему, я всегда во всём виновата сама — а вот это я не сдержалась и сказала вслух.

На этом наш диалог прервала крёстная, открывшая пассажирскую дверь.

— Веруся, я так переживала, когда Илья сказал, что ты уехала ещё в обед и сама на машине.

— Ну конечно он же всегда уверен, что я только и делаю, что ищу приключения на свою задницу! Ведь так Илья Борисович?

Я вообще не понимаю почему так завелась, но останавливаться уже не хотела или не могла. Лучше рычать чем плакать!

— И я как всегда оказался прав, Вера Александровна. Какого черта ты вообще села за руль если не умеешь водить? — так же с издевкой ответили мне — Не умеешь не берись! А в твоём случае не садись!

— Я умею водить! Я сама сдала на права — заступилась я за своё звание водителя.

— С какого раза? И кто этому поспособствовал? — это уже был сарказм.

Мы уже дискутировали не сидя в машине, а стоя с разных её сторон и смотря друг на друга поверх крыши авто.

— С первого — соврала я, но сделала это уверенно.

— С двадцать первого? — как будто, зная стопроцентно что я вру, переспросил наглый бородач.

Я чуть не поперхнулась следующими своими словами, просто потому что поняла, что уже собиралась сейчас оправдываться перед этим самоуверенным нахалом.

В случайно образовавшейся тишине я услышала, вздох тёти, и уловила боковым зрением её движения. И вот тут я решила уточнить, а почему это Илья Борисович Широков, настолько осведомлен о моём умении водить?

Развернувшись к тёте Вере я уже почти задала ей вопрос, но она опередила меня.

— Ой Верочка, а кто это? Откуда это у нас тут эта чумазая большеглазка?

Ранее притихшая у меня на руках собака поняла, что на неё наконец-то обратили внимание и подала голос.

— Мне показалось что я её сбила, но вроде как повреждений на ней нет — забыв о том, что хотела спросить у родственницы, ответила я — Мультяша, она убегала от той своры и …

— Мультяша? — переспросила тётя, гладя рыженькую собачку по голове и за ушами.

— Ну да, посмотри она так похожа на мультяшную Леди — объяснила я крестной.

Как это получилось я не совсем поняла, но уже через несколько минут, тётя отправила меня принять душ и переодеваться в свою комнату, а сама занялась купанием соками и припрягла бородача сделать первичный осмотр нашего нового члена семьи.

Вопрос о том, что Мультяша остаётся жить у нас даже не поднимался, это было само собой разумеющимся.

К моменту, когда я вернулась уже переодетая в гостиную, в гостиной никого не было. Как, впрочем, и во всем доме. Идти в соседний дом и проверять там ли все я не стала, решила дождаться дома.

Ждать пришлось приличное время.

Осмотр моей собаки был завершен через более чем полчаса, её новый ветеринар остался у себя дома, а вот его друг сопроводил крёстную домой и остался на поздний ужин.

Я же отказалась задерживаться и нарушать их тет-а-тет, забрала Мультяшу и, сославшись что завтра первый рабочий день и я хочу выспаться, пошла спать.

А вдруг, у них и вправду всё серьезно?

Пусть крестная и намекнула, что после ужина Юра уйдет ночевать в дом друга, я, вот честно, не стала бы проверять правдивость её слов.

Ложась спать, я знала, что нельзя разрешать собаке спать на кровати, даже и искупанной, и чистой.

Доктор Широков И. Б. сказал, поставила меня в известность крестная, собака здорова, разве что истощена, чего и следовало ожидать, но блох нет и вообще не сильно она похожа на бездомную дворняжку, хотя и не выставочная, но точно породистая. Людей не боится, водные процедуры, не то что вытерпела, а даже, можно сказать, приняла душ с удовольствие, фена не испугалась, осмотр перенесла спокойно, как будто это привычное для неё дело.

По вердикту доктора — моя Мультяша была породы Спаниель. Просто чуть больше ростом чем положено по стандартам, белого окраса с коричнево-рыжими пятнами и конечно же огромными шоколадными глазищами.

Вот как глядя в эти глаза можно было оставить её спать на полу, пусть там и было постелено специально для неё покрывало, но я не устояла и разрешила на одну ночку, пока не куплю ей лежанку.

Так я исполнила свою детскую мечту и завела собаку.

А на следующий день началась новая работа.