Глава 11

Я натянула на себя одеяло, чтобы видно было только мои перепуганные глаза. – Ты почему опоздала на урок? – послышался строгий голос. Силуэт ректора нарисовался в дверном проеме и заслонил почти весь магический свет, идущий из коридора. – Простите, конечно! Но у вас нет совести! Разве можно так пугать и вламываться… , – прошептала я. Предыдущий ректор так не вламывался в покои студентов! – Если прислушаться, слышно, как она меня обсасывает! – рявкнул ректор, шагнув в мою комнату и остановившись на пороге. Волшебные будильники с высунутыми языками лежали на полу. Один почему-то валялся возле двери и кряхтел. – Это чем так пахнет? – спросил ректор, глядя на мои чесночные гирлянды. Он принюхался, но дальше не шагнул. Неужели подействовало? Неужели он действительно вампир? – Че-чесноком, – кивнула я, пытаясь заклинанием нашарить форму. – А не могли бы вы… съесть один зубчик? Нет, ну мало ли! Я могла бы и ошибиться. Мне нужно знать наверняка, что не так с новым ректором. Говорят, что в одной Академии был скандал. Ректор оказался оборотнем! И его вычислили студенты. По волосатым ладоням! А до этого случайные убийства списывали на опечатку в учебнике заклинаний. Если он – вампир, то откажется и найдет предлог, чтобы… – Зачем? – спросили меня с каменным лицом. – Он иммунитет… эм…. поднимает! – пояснила я, рассматривая гирлянды. И тут же съедая пару зубчиков. На глазах выступили слезы, но я мужественно его жевала. Теперь осталось проглотить. – У меня иммунитет нормально стоит! – произнес ректор, глядя на мой чеснок. А потом взял зубчик и с каменным лицом съел его. Он молча взял журнал и пробежался глазами. В этот момент я поняла. Лучше бы он был вампиром! – Два по боевой магии! – произнес ректор и посмотрел на меня таким взглядом, словно забивал меня в пол. – Три по защите от магических существ и темных искусств. Хуже могла бы учиться? Или хотя бы опаздывать не на пол урока? – Я … Просто не все предметы у меня получаются, – смутилась я, понимая, что у меня большие и красивые неприятности. И у этих неприятностей серые-серые глаза. – И… Я завожу будильники, но почему-то их не слышу… Поэтому, наверное, просыпаю… – Я буду будить тебя каждый вечер! Итак, в срочном порядке ликвидировать такой недостаток, как опоздания, двойки и тройки! – произнес ректор командирским голосом. – В каком виде ты? Перед тобой целый ректор стоит! – Да-да, конечно, – вскочила я, начиная тут же одеваться. – Конечно, не обещаю… Но буду стараться… – Мне поступила жалоба. За порчу инвентаря у инвентаря. Теперь инвентарь категорический отказывается быть инвентарем, – строго произнес ректор. Я приготовилась, что мне сейчас влетит. Значит, ректору уже настучали про вампира… – Извините, так случайно получилось, – лепетала я, искренне жалея бедного вампира. – Но я все исправила. – Мне только что полчаса жаловались за то, что вы всем потоком предательский напали на безоружного вампира сзади, с целью лишить его моральной девственности с последующим нанесением тяжких задних страданий, – отчеканил ректор, а я приготовилась выслушать то, какая я нехорошая. – Я больше так не буду, – каялась я, вспоминая выпученные красные глаза. – Только не надо меня ругать… Я все осознала… И оказала посильную помощь… – В связи с чем, я постановил, что формально задание было выполнено на отлично! Отнесешь журнал. Оценку тебе исправят! – строго закончил ректор. Эм… Что? Я точно все правильно расслышала? Меня даже ругать не будут? Он за меня заступился? Впервые в жизни за меня кто-то заступился! – Где стенгазета? – спросил ректор, когда я замерла на пуговице пиджака. Какая стенгазета? Я про нее в первый раз слышу!