Глава 32

Однажды, когда я буду старенькой чародейкой и буду вести своих внуков в Академию, я обязательно расскажу им про то, как сам ректор лично премировал меня кружевными трусами. Пока всем раздавали грамоты, медали и дипломы, мне достались трусы. И если все будет нормально, даже задеру юбку бабушкиной мантии и покажу. «За особые заслуги перед Академией и ректором!», – расправила я непривычное кружево. – «Трусы вручаются студентке шестого курса…». – Ты что? Собираешься бежать в таком виде? – послышался голос, когда я смущенно тянула носки вверх. – А в каком надо? Доспехи? – ужаснулась я, предчувствуя, что изменения в правилах меня не порадуют. – Сюда иди! – дернули меня грубовато, сдирая резинку для волос. Волосы распустились и прикрыли плечи. Они доставали у меня почти до пояса. – Вы что делаете? – ужаснулась я, представляя, как весь забег сплевываю волосы. – Расстегнула рубашку до третьей пуговицы! Пиджак сняла! – послышался приказ. – Зачем? – ужаснулась я, вспоминая, что в правилах Академии это возбраняется.– Вообще-то по уставу Академии это запрещено. – Приказ ректора. Я выругаю тебя потом! – мрачно произнес ректор, пока я расстегивала пуговицы, глядя на кружево бюстгальтера. – При всех! И похвалю, когда никого не будет! – А можно наоборот? – спросила я, глядя на себя в зеркало. Я была похожа на одну из тех девушек, которые сидят в библиотеке и рассказывают, как вчера в ней лежали! – Юбку укороти! – послышался абсолютно серьезный приказ. Я уже не знала, чего ждать. – Я не знаю как! – дернулась я, чувствуя, что это не к добру. – Ты девочка. Ты умеешь! – смотрели на меня. – Я ее не укорачиваю! – ужаснулась я. – Хорошо. Сиди здесь! Сейчас я кого-нибудь поймаю и отругаю. Заодно и узнаю, – послышался абсолютно серьезный голос. Что происходит? Может, мне еще губы накрасить? Я же на кросс собираюсь, а не на свидание! Дверь за ним закрылась так, что я подпрыгнула. Далеко ходить не пришлось! – Это что за вид! А ну быстро сняла юбку и надела, как положено! – бушевал в другом конце коридора ректор на кого-то. Как же мне не хотелось быть этим "кем-то", случайно попавшим под горячую руку. В ответ слышался писклявый девичий голосок: «Простите, я сейчас же все исправлю! Вот!». Я смотрела на себя в зеркало, понимая, что такой никогда себя не видела. Впервые на меня оттуда смотрит ни запущенная сиротка с причудами, ни скучная отличница, а очень прилежная двоечница, которая умеет прилежать в библиотеке. Один взмах ресниц обеспечивает ей троечку, а улыбка обезоруживает даже суровых боевых магов. Удивленно нахмурившись, я присмотрелась к своему отражению, стягивая ворот, чтобы не отсвечивать заклинанием бюстгальтера. Непривычно и неприлично. Дверь рывком открылась, едва не вылетев с петель! – И чтоб больше я такого не видел! – послышался голос ректора, обращенный в коридор. Он был настолько суров, что мне очень захотелось понять, кого он там поймал за укорачиванием юбочки? – Иди сюда! – произнес ректор, глядя на меня так серьезно, словно мы сейчас не юбку укорачивать будем, а вызывать древнего демона. – А! – дернулась я, видя, как юбка лезет наверх, обнажая колени. Если раньше она была на ладонь ниже колен, то теперь на ладонь выше! Непривычно как-то. Я так никогда не ходила! Срам -то какой! – Чтобы бежать было удобней, – пояснил ректор, глядя на мои ноги. – Подорожник где? Бери больше, чтобы хватило! Я вспомнила про подорожник, доставая с окна коробку. Чахлый росток был сунут под нос ректору. – У меня рука тяжелая, – оправдывалась я, удивляясь, что у меня вообще что-то выросло! – А у меня жизнь тяжелая, – передразнил меня ректор, фыркая на росток. – Ладно, бери, что есть! И спускайся! Пожав плечами, я двумя пальцами вытащила чахлый росток, еще раз удивленно глядя на свое отражение. Я и не знала, что симпатичная! Может, стоит забыть грубого боевого мага, напугавшего мою женственность на втором курсе? Ректор уже исчез за дверью, а я осмотрелась, вытащила из ящика старенькую помаду, выкручивая ее из тюбика. Она еще не выдохлась и сверкала магией. Неумело, но очень осторожно, я накрасила губы, стирая заклинанием лишнее. С ростком в кармане, я спускалась вниз. Общежитие студентов уже опустело. Не было ни криков, ни голосов, ни топота. Все уже были на стадионе. – Пойду, посмотрю, как эти дохляки бегают! Не зря я их тренировала, запуская в них швабру, что не ходили по мытому! – снимала рабочий халат уборщица и вешала его на крючок. Призраки завистливо кивали. Они не могли выйти из Академии и с нетерпением ждали, когда им расскажут о том, как прошел эпохальный забег. Я вышла из Академии, глядя на светящуюся магией аллею, ведущую к академическому стадиону. Меня обогнали две девочки с животноводства, пытаясь заглянуть в лицо, мол, а ты кто? Мы такой не знаем. На шум стадиона стекались опоздавшие. Меня, как участницу, схватили за руку еще на входе и потащили в раздевалку, присвоив магический номер на всю спину. Пока я пыталась его рассмотреть, меня бесцеремонно втолкнули в дверь. Ничего у меня не выйдет! Я вот прям чувствую! Да какой из меня бегун? Я три круга вокруг Академии не могу пробежать! Передо мной оказались два огромных боевых мага в доспехах. Неподалеку торчали заклинатели, обсуждая, считаются ли магические шнурки нарушением правил. И почему никто не додумался до магических шнурков. Справа надрывно кашляли зельевары, обмениваясь перепуганными взглядами. – У меня голова кружится! – причитал один из них, зябко запахивая мешковатую зеленую мантию. – Это – свежий воздух, Арнабет, – тяжко дышал его сосед, глядя мутными глазами на соседа. – Сам никак привыкнуть не могу! Два пророка спорили, что означает растение с ногами, увиденное ими накануне в чаше прорицания. И может ли это знать, что это победа, ведь ни в одном учебнике такого не было! Стоило мне зайти в раздевалку, я сразу поняла, почему она так называется. Здесь раздевают взглядом. Еще бы! Я была единственной девушкой – участницей. Тем более в укороченной юбке. – Ух-ты! Это что у нас за краля? – оживились огромные боевые маги, толкая друг-друга локтями и гыгыкая. – Кхе-кхе! – обрадовались мне зельевары, изредка покашливая и держась друг за друга. Я сжалась в комочек, а потом вспомнила про то, что за мной стоит страшное чудовище и расправила плечи. – … а слово предоставляется нашему уважаемому ректору! Магистр Гелиад, – заявил голос кого-то из преподавателей. «Гелиад», – повторила я имя. Это было как-то связано с солнцем. Кажется, солнечный. – Мы собрались здесь, чтобы … – начал ректор, а в ответ ему слышались восторженные писки. Своей мрачной и прямолинейной харизмой, он уже сразил наповал всех студенток. – … чародеи не бегают! В мирное время это вызывает смех! В военное – панику! Но сегодня мы сделаем гадость и исключение! В правила внесены вперед ногами изменения. Теперь в связи с огромными потерями на старте, к участию в забеге допущены сразу два участника от каждого факультета, чтобы один мог тащить другого, – слышала я голос, чувствуя, что улыбаюсь. Он просто невероятен! Вот как он так может? Нас выводили на огромную дистанцию, полную препятствий. Трибуны были битком набиты. Неподалеку от меня реял магический плакат: «Мангус – побежит!». Потом буква «ж» менялась на букву «д». – Кхе! – пообещал чахлый зельевар, едва шевеля ногами и качаясь от свежего воздуха. Боевые маги прохрустелись косточками и доспехами, все еще с ухмылками посматривая на меня. Это они так заигрывают. Мне говорили. – Так, проверка на запрещенные зелья, артефакты, заклинания! – послышался строгий голос преподавателей. – В круг по одному! Боевые маги спокойно покинули круг, снова разминая спины. – Так, а что это за зелье мы пили? – послышался строгий голос, который заглушал шум трибун. – Это лекарство! От свежего воздуха! – оправдывался зельевар, показывая склянку. Я шагнула в круг и тут же вышла. Все было в порядке. Несмотря на темноту, на стадионе было очень светло. Почти как днем. Еще бы! Над ней парили магические огни, которые светили даже ярче солнца. Я стояла на дорожке, отмеченной гербом нашего факультета. Рядом терлись зельевары: «Если че, оттащи меня на травку!». Встав на позицию, я поискала глазами ректора, который сидел, словно король на роскошном троне в окружении стайки рассаживающихся преподавателей. – На старт! Внимание! Марш! – пронесся голос над трибунами, внезапно огорошив меня так, что я замешкалась. Спохватившись, я побежала, обгоняя зельеваров, которые сделали шагов пять и начали задыхаться. Боевые маги усвистели вперед, а следом за ними целой кучкой бежали остальные. Кучка пыталась обогнать, не теряя надежды, что пока соседа будут бить, кто-то вырвется вперед. Я чувствовала, что ужасно отстаю и уже устала, хотя пробежала всего ничего. Но хуже всего было то, что ректор смотрел на меня. Магический кросс был призван показать студентам, что магия – наше все! Где-то позади на травку полз зельевар, а его друг сделал еще несколько шагов и завалился. Это была победа! В прошлый раз, один потерял сознания прямо на старте. – Давай! – орали трибуны, пуская магические салюты. Где-то впереди мелькали алые доспехи боевых магов, с легкостью преодолевающих огромные дистанции. Еще бы! Я своими глазами видела, как во время занятий одному ученику оторвало руку, а ему выдали ее, он расписался ею в ведомости посещения и направился в медпункт, маша в коридорах знакомых. Новые ботинки показали, что лучше было бы бежать в старых. Правая нога обещала отвалиться уже завтра. Я задыхалась, чувствуя, что замедляюсь так, что меня может обогнать улитка, беременная от черепахи. Нога болела жутко, а я присела на траву под дружный: «Фу-у-у-у!», и достала свой росток подорожника. Больше у меня ничего не было, а заклинаниями пользоваться было категорически запрещено. Стоило мне поднести к кровавой мозоли зеленую «пипку» с корешком, как я вскрикнула от боли. Она больно впилась в мозоль. Это что? Удобрения от моей росянки – мухоловки? Или старые заклинания, наложенные на землю? Через мгновение я увидела, как росток увеличивается в размерах и пускает свежие побеги. Брезгливо бросив его на дорожку, я увидела, как он становится на корни. Покачнувшись сначала вправо, а потом влево, он схватил меня и… – Аааааааа!!!! – завизжали трибуны, когда меня вперед ногами и довольно резво понесли по дорожке. – Ааааа! – орала я, придерживая юбку и челюсть. Мы обогнали запыхавшегося заклинателя, который диктовал магическое завещание, глядя осоловелыми глазами и кашляя. Потом мы обогнали второго заклинателя. Он лежал на земле, а его магические шнурки извивались. Словно змеи, запутываясь и шипя друг на друга. Мы обогнали животновода, который выжимал из себя остатки сил. Юбку поднимал ветер, на трибунах творилось нечто невероятное. – Смотрите! Смотрите! – визжал кто-то, когда я приближалась к боевым магам, бегущих нога в ногу. Рефлекторно обернувшись, чтобы дать в рыло особо резвому кандидату на первое место и обеспечить ему первое место на койке в целительском, боевой маг, просвистел кулаком по воздуху. Мы с подорожником пробежали под кулаком одного и устремились в просвет между ног второго. Я завизжала и закрыла лицо руками, вызывая на трибунах такие крики, словно посреди праздника появился дракон. Когда я открыла глаза, впереди маячил финиш. Мы влетели на финишную черту, разрывая магическую ленточку. Она обвилась вокруг моего горла шарфиком, а меня скинуло на пол. Я открыла глаза от того, что по мне кто-то скакал. Это был не ректор. Иначе бы, я очнулась раньше. Встав, я увидела возмужавший лопушок подорожника на тонких кривых корешках, радостно гарцующий вокруг меня. – И у нас есть победитель! – послышался озадаченный голос. – Впервые за всю историю кросса победителем стал… факультет Целительства! Я посмотрела на ректора, но взгляд его мне не понравился. Что? Что не так? Я ведь победила! Часть 2