Глава 16

– Трением, – послышалась усмешка. – Камень о камень высекает искру любви… – Понятно… – выдохнула я. – Наверное, я пойду! Спасибо вам за подарок. Я обещаю беречь его… – Я тебе его поберегу! – сверкнул глазами ректор, пока я собиралась и направлялась в сторону двери. Стоило мне положить руку на ручку, как вдруг послышался голос: – Ты ничего не забыла? – Ой, – выдохнула я, замерев. Сколько раз я уже сегодня пытаюсь уйти из этого кабинета! Так, что я могла забыть! Все взяла! Коробочку взяла, кресло поставила на место… Или… Или, может, он про поцелуй? Ну да, в конце свидания обычно целуются! – Точно ничего не забыла? – спросил ректор, а за спиной слышались его шаги. – Вроде нет… – прошептала я, косясь на ректора. – Хотел было поцеловать тебя, но нет, так нет! – усмехнулся ректор, а у меня внутри все оборвалось. – Знаете! – вспылила я, краснея до корней волос. – А может я и вовсе не хотела, чтобы вы меня целовали! К тому же приличные девушки на первом свидании не целуются… и… Полыхая, как факел я вылетела из кабинета, направляясь в свою комнату. Подорожник вцепился в меня так, словно мы не виделись тысячу лет, а потом убежал в ванную. Я разделась и … – Так это что за новости? – спросила я, видя, что подорожник нашел самый лучший горшок на свете. В белой керамической вазе сидел он, опустив корни в воду. – Так, пусти! – попросила я, требуя временно уступить мне вазу. Но подорожник отказался. Он сидел в туалете, не желая его никому отдавать. Мол, смотри, у тебя тут целая комната! А ты пристала к маленькому подорожнику, который нашел себе горшок с поливом. И вот как мне не стыдно? – Так, дружочек, – потребовала я, понимая, что если я не объясню ребенку, что это – не ваза, то придется ходить в общественный туалет в конце коридора. Моя рука вдавила кнопку смыва, чтобы напугать наглый кустик. – Урррр! – завертелся водоворот событий, а подорожник застыл с каплями воды на листьях, блаженно растекаясь побегами по ободку. Ему что? Понравилось?!! Стоило всему закончиться, как вдруг я увидела, что он теперь тянет листики к волшебной кнопке. Еще десять раз пришлось обдать подорожник водой, пока он, наконец-то не уступил мне право внести толику удобрений в его новый горшок. Пока я сидела, он бегал вокруг меня, требуя ускориться. И требовательно шлепал листьями по ногам. – Ладно! Иди! – выдохнула я, чувствуя, как на меня накатила волна усталости. Но я мужественно написала четыре листа про сложные отношения горгулий и голубей. Пересчитав стопочку бумаг, я упала на подушку и захрапела. Вечером меня разбудил стук в дверь. – Кто там? – спросила я, щурясь на магический светильник. – В главный зал! Быстро! – послышался резкий голос ректора. Что случилось?