Глава 26 — Два способа ударить в ответ

— Шампанское… — ставят на столик между нами поднос с бокалами.

Наша ложа сама лучшая — губернаторская. Третьего звонка ещё не было… Забираю с подноса бокал, проваливаюсь в мягкое кресло. Вот и третий звонок. Свет в зале гаснет. С удовольствием бы выпила пару бокалов, чтобы отпустил этот изматывающий спазм ужаса в животе, но мне нельзя. Только немного пробую, чтобы составить компанию Георгу. Я благодарна ему за попытки отвлечь меня от всего, что навалилось за последние дни. На автомате открываю сумочку, чтобы выключить телефон на время спектакля. Но он выключен и так…

Отец обещал мне, что не убьёт его. Я не знаю, верить или нет. Я даже не могу договориться с собой — заслуживает он смерти или нет. Потому что из них двух — моего ребёнка и моего бывшего мужа, я выберу, конечно же, ребёнка. И если Роман — угроза для него… Но я надеюсь, что отец решит вопрос с заказчиком, и я перестану быть мишенью. Пусть катится к чёрту живым и здоровым этот ублюдок. Да, я не хочу, чтобы отец моего ребёнка был убит.

— Лерочка… Остановись.

— Что?

Ощущаю, что на моём лице опять страдательная судорога. Господи…

— Переключись. Другого варианта у тебя нет. Всё. Этого человека больше нет в твоей жизни.

— На этого мне плевать. Я оплакиваю другого, Георг. Которого выдумала.

— Он того не стоит.

— Тот, которого я выдумала — стоит, Георг. Я его люблю…

— Отформатируй себя. Тебе станет легче.

— Ты смог отформатировать себя, когда умерла мама?

— Туше… Но я пытался. И делаю это сейчас. Попытайся и ты.

— Да. В этом ты прав. Надо постараться.

Постараться отформатировать душу. Тело уже не отформатируешь. Там мой ребёнок. НАШ ребёнок. В животе в это же мгновение словно зарождается второе сердце. И судорога, что не отпускала всё это время, вдруг расслабляется и превращается в горячий пульс. Моё тело ведёт себя по-новому. Я так мечтала разделить это с Романом! Увы…

Я буду мамой… Остальное всё надо форматировать. Георг прав.

— Ты прав… Давай смотреть спектакль.

— Всё будет хорошо.

Неожиданно он сжимает мою кисть. И держит. И я опять сожалею, что это не мой отец. Но… наверное, когда ты любил очень сильно женщину, то её дети тоже становятся тебе родными хоть немного. Я уверена, что дети моего любимого мужчины стали бы мне дорогими, и я бы не бросила их в сложной ситуации. Благодарно сжимаю руку Георга в ответ. Но тревога всё-таки не отпускает.

— Он же не убьёт его?

— Уверен, что нет. Не беспокойся.

Спектакль прекрасный, но внутри меня слишком много моих личных чувств, чтобы попасться на удочку актёров и погрузиться в их мирок, который разворачивается на сцене. Начинаю терять нить сюжета. Боковым зрением вижу, как вспыхивает на столике экран телефона Георга. Скашиваю на него глаза. «Дамир».

Дамир — это для меня сейчас «Роман». Они где-то вместе. И сердце моё пульсирует в болевых оглушающих ощущениях. «Пусть все выживут» — это моя молитва.

Георг долго смотрит на экран, но трубку не берёт. Вызов отключается. Экран вспыхивает смской. Дотягивается, хмуро смотрит.

— Я на минуту…

Встаёт, уходит из лоджии. Вышел — значит, хочет перезвонить. Повинуясь непреодолимому чувству, я тоже тихонечко встаю и подхожу к тяжёлым портьерам, замирая у приоткрытой двери.

— Слушаю, Дамир… — доносится до меня голос Георга. — Что?.. Ушёл?.. Угрожал?! Ей угрожал?? Аа… — пренебрежительно. — Короче, Дамир… Вот это всё — твоя инициатива, твои люди и твои проблемы. Решай! Я решаю только проблемы Леры и свои. Единственная поправка в наш договор — это переписанное на неё завещание. Всё… Нет! Завещание на внуков мне уже неинтересно. Если ты заказан, то… Нет. Завтра поговорим. Завтра, я сказал!

С колотящимся сердцем сбегаю, падаю обратно на кресло. Параллельно крутятся две фразы. Первая — «ушёл и угрожал», вторая — «завещание на внуков». Это что за херня новая?! Почему Георг говорит об этом? Требует!

С раздражением делаю глоток из бокала, пытаясь унять адреналин.

«Решаю проблемы Леры». Насколько?! Что происходит? О чём был разговор? Спросить Георга напрямую? Неудобно… Я же подслушивала. Чёрт… Чёрт!!!

Через несколько мгновений он возвращается. Краем глаза вижу поперечную недовольную морщинку между его бровей.

У отца спросить? Из них двоих, как это ни дико, я в разы больше доверяю Георгу. Как это странно, когда за пару суток абсолютно чужой тебе человек становится единственной защитой и опорой.

Роман сбежал… Я это чувствую. Речь была о нём. И он угрожал мне?..

Как на иглах досиживаю до антракта.

— Я ненадолго, — встаю с кресла.

Георг чуть заметно кивает, погружаясь в телефон. За дверями ложи два охранника. Один идёт за мной в паре метров, провожая до дамской комнаты.

Не знаю, почему, но я включаю телефон. Я хочу набрать его номер. Услышать его голос. Задать ему вопрос и услышать, как он ответит мне. Как он посмеет мне ответить?! Только психопат может ответить после того, что было!

На телефоне несколько пропущенных от него… Пока я замираю, прислушиваясь к себе — открыть или нет — телефон начинает звонить в руках.

Он!!! От обиды и горечи судорогой сводит тело. Сволочь какая! Зачем звонишь? После всего вот этого? Но я вдыхаю поглубже, нажимая на «принять вызов».

— Да.

— Лер! — выпаливает он и замолкает.

Кровь стучит мне в виски. Всё раздваивается. Я так скучаю по его голосу! Мне так хочется услышать его убедительные признания в любви и уверения, что это всё какая-то ошибка!

Но это не ошибка…

— Привет… — как заторможенная говорю я, так до конца и не определившись, в какой реальности нахожусь: где я его любимая жена или где он пришёл выстрелить в меня.

— Лер… — его голос хрипнет, как обычно бывает, когда он волнуется. — Лерочка… Не бросай только трубку! Послушай меня… Нам нужно встретиться.

— Зачем?

— Я хочу тебе всё объяснить. Я понимаю, что это треш… Что это выглядит так, но…

— Встретиться? Наедине, конечно, да?

— Конечно… — растерянно.

Ага, и облегчить тебе задачу, да? Мне так хочется ударить по нему в ответ. Но у меня нет ни одного способа. Ни одного!!! Или пара всё-таки есть? Должно же быть в нём что-то человеческое?

— Лера, послушай! Это всё начиналось цинично, да! Я скотина, что пошёл на это. Но потом… Я клянусь тебе…

Что он несёт?

— Ром, — перебиваю я.

— Да?

— Я выхожу замуж за Георга, — ляпаю первое, что приходит мне в голову, что могло бы его задеть.

По-детски и глупо? Да!!! Но если это хоть чуть-чуть врежет ему по яйцам, то пусть! Роман помешан на этом… Мы столько прожили вместе. Пусть не любил, пусть! Но ревновал! Такое не сыграешь.

— Чего?.. Зачем?!

— Мне с ним хорошо. Лучше, чем с тобой.

— Ты чо там — под гипнозом, блять?! — рычит он.

— И у меня для тебя ещё один сюрприз.

— Лера, твою мать!

— Сюрприз. У меня для тебя ещё один сюрприз. Ты можешь заехать к нам домой? — не дожидаясь ответа, продолжаю. — В ванной мой халат. Там, в кармане, сюрприз для тебя.

Скидываю вызов. Меня всю трясёт от злости и обиды, и я оседаю по стене вниз. Забиваю в телефон смску, ставлю отложенную отсылку на час. Как раз, чтобы он успел доехать и увидеть мой сюрприз!

СМС: «Артём Георгиевич звучит лучше, чем Артём Романович. Поздравляю!»

Так тебе, сволочь!