Глава 22

Лиля

То, что случилась между мной и Виктором, нельзя назвать чем-то нежным и чувственным, это скорее был животный секс, необходимый для нас обоих, от отчаяния и желания выплеснуть бушующие через край эмоции. Легче после него не стало от слова «совсем»! Только пустота!

Стоя под горячим душем, я все еще ощущала требовательные прикосновения Бурова. Трепет, что мурашками проходил по телу. Смывая с живота следы нашей страсти, я не могла представить, как выйду из ванной и встречусь взглядом с Виктором. Мне было стыдно за свою секундную слабость! За то, что позволила для себя чуточку ласки и мужского тепла! Телу стало легче после разрядки, а вот на душе стало тяжело!

Из ванной я вышла спустя час, оттягивая момент встречи. К счастью или разочарованию, в комнате было пусто. А чего я ожидала, что Виктор лбом будет биться в дверь и просить впустить его? Нет, конечно!

Надев спортивные штаны и майку, я с тяжелым грузом на сердце побрела на кухню. Приблизившись, услышала отчетливый разговор Яниса и Бурова в гостиной. Я замерла, прижавшись спиной к стене. Хотя мужчины старались говорить негромко, кое-что, мне удалось подслушать. И это кое-что, оказалось очень важным! Они говорили о Молоте и его намерениях. Громкое сердцебиение мешало расслышать все сказанное, но некоторые фразы я все же уловила. Услышав последнее, я ошеломленно прикрыла рукой рот, а мои брови, казалось, взлетели высоко на лоб.

— Перед боем, Молот, как обычно, придет ко мне в кабинет и будет требовать новых переводов. Его охрана в последнее время дежурит возле кабинета, не заходя в него. У нас будет шанс убрать Шевцова! — серьезно заявил Виктор Янису, не скрывая ярости.

— Это самоубийство, Витя! — еле слышно ответил Янис, и тут же послышались шаги.

Я напряглась и приготовилась убегать в комнату. Но шаги затихли, а разговор продолжился. Выдох облегчения сорвался с моих губ.

— Мне осточертело плясать по его указке! Ты и сам понимаешь, что день-два — и Молот узнает, что и последний автовоз мы слили! Он нам не даст времени, а просто уберет обоих. И хорошо, если только нас, а не твою Наташу, Лилю, родителей и всех, кого мы знаем! Тебе известно, что Молот не пожалеет никого, узнав, как мы водили его за нос! — Тон стал грубым и жестоким. Я съежилась, чувствуя накал. — А та папка, что ты передал Молоту? Да-да, отчет по последнему переводу, да отдай он ее своему финансисту, и нам конец! Оттягивать больше нет времени и смысла!

— Я понял, брат! Сегодня помозгую, как это лучше сделать, а завтра все окончательно решим. А насчет Лили — подумай! То, что я видел у ее квартиры, мне ой как не понравилось! Нелли не просто так там появилась! И гляделки их между собой меня напрягли! Ты знаешь, кто ее муж!

Мои глаза округлились, а дыхание сперло. Вот как? Янис подозревает меня в чем-то! И ко всему прочему, вливает свои подозрения в уши Бурову! Это не есть хорошо! А что насчет мужа Нелли — кто он? Один из шавок Шевцова, а может, и из полиции? Я уже ничему не удивлюсь!

— Ладно, — устало сказал Янис, и послышались твердые шаги по паркету в сторону выхода. — Наташа дома одна, поеду!

— И надолго она в этот раз у тебя?

— В этот раз я не отпущу! Пусть хоть кусается! — со всей серьезностью ответил Янис и ушел, а я тихим бегом и с колотящимся сердцем отправилась в свою комнату.

Руки тряслись, а в голове появлялся посторонний шум, должно быть, от натянутых нервов. Взяла свой телефон и направилась в ванную. Включила сильный напор воды и забилась в угол комнаты, надеясь, что здесь меня не будет слышно, даже если Буров зайдет. Набрала номер полковника. Через пару гудков в трубке послышался грозный голос.

— Марулес слушает!

— Владимир Петрович, добрый вечер. У меня есть срочная и очень важная информация!

Решение рассказать все пришло абсолютно внезапно. Но в свете последних обстоятельств другого выхода я не видела. Кто знает, чем может обернуться убийство Молота? Вдруг что-то пойдет не так, и пострадает Виктор? Быстро выдала всю информацию, что узнала от Бурова, и про готовящееся покушение, и кто такой Шевцов, или Молот, как его называют в криминальных кругах! Все, что узнала!

— Да ты в самом эпицентре, Лиля! Ты попала на самую развязку, как оказалось! Знаешь… — Полковник тяжело вздохнул и шумно выдохнул, тем самым напрягая меня. — Тебе опасно там оставаться! Я обмозгую все с руководством и думаю, зная дату и примерное время покушения, мы сможем закрыть всех, а потом и предъявить имеющие на них дела! Мы тут тоже так просто не сидели! Узнали кое-что интересное!

— Владимир Петрович, я бы хотела спросить про Бурова! Понимаете, он ведь по сути не виноват и … — начала я, но полковник меня тут же оборвал, вначале громко кашлянув, а затем и заговорив.

— Лиля, ты сама все понимаешь! Капитан как-никак! Что мне тебе объяснять?! Буров выполнял грязные дела Шевцова — значит, виноват! — отрезал Марулес, поставив меня на место.

На душе стало некомфортно и гадко. Неужели это именно тот конец, о котором я думала?

— Простите… — извинилась я, ощутив сильное отторжение от произнесенного слова. Но так велит долг службы, хотя сердце велело противоположное! — Что мне делать дальше? Меня уже подозревает друг Бурова! Боюсь, они меня раскроют!

— Попробуй раздобыть документы, нужно конкретно прижать обоих! А вот в клуб не лезь! Там будут работать спецы, и ты будешь только мешать! Это тебе ясно, капитан Кузнецова? — грозно спросил полковник Марулес, прекрасно зная, что я могу сделать по-своему!

— Так точно! До связи, Владимир Петрович!

Я согласилась только для того, чтобы полковник успокоился. Но сделаю я, как посчитаю нужным. Впрочем, как и всегда! Раз уж оставаться здесь мне отведено от силы сутки, значит, могу делать все, что сама решу!

Вышла из ванной и заметила, что на столике у окна стоит бокал красного вина и записка:

«Попытка номер два: романтический ужин при свечах и никаких дач! Выходи, я жду на кухне!»

Улыбка растянулась на лице, а внизу живота опять растекалось тепло. Как Буров может быть таким хорошим? Как? Почему он не очередной придурок, которого было бы просто обмануть и не чувствовать себя плохим человеком? Его забота ведь все усложняет! Это как воткнуть нож в спину или убить того, кто с любовью и пониманием смотрит тебе в глаза! Настроение после умозаключений упало. Противно от себя и от сложившейся ситуации. Я с горечью в сердце, махнула залпом весь бокал вина, надеясь, что тем самым притуплю совесть и мне хоть на некоторое время станет не так погано от себя!

— Что ж, Кузнецова, твой последний выход! — подбадривающе сказала себе, и с камнем в душе и пустым бокалом в руках направилась на кухню.